После развода. Ты вернешься, но я не прощу - Элли Лартер

Начинает клонить в сон.

И я рад бы уснуть, но Оксана, которой девятнадцать лет и которая никогда раньше не летала на самолете, постоянно пишет в личку с вопросами о том, надо ли ей распечатывать электронный посадочный, надо ли снимать обувь на досмотре и можно ли купить что-нибудь в дьюти-фри?!

Я немного раздражаюсь, но отвечаю, мысленно представляя, как уже совсем скоро буду наказывать ее за то, что лишила меня сна.

В итоге, засыпаю я только в шесть часов утра, когда Оксана вылетает из Сочи в Новосибирск.

Потом просыпаюсь в одиннадцать, потому что приходит новое сообщение на телефон.

Оксана рапортует, что бежит по новосибирскому аэропорту с самолета на самолет. Пересадка у нее маленькая, минут сорок, вроде.

Я пишу ей:

«Отлично! Доберешься до отеля — назови мою фамилию, тебе выдадут ключ-карту», — и засыпаю снова.

Второй раз продираю глаза уже тогда, когда раздается голос:

— Виктор Анатольевич, котик, а вот и я! Ты ждал меня?! Ты что, еще спишь?! А чья это шуба?! Твоей жены?!

Восторженные нотки буквально за пару предложений сменяются истеричными, а я даже не понимаю, какого хрена.

— Какая еще шуба?! — не понимаю я. — О чем ты, киска?!

— Да вот же! — нервно повторяет девушка и тычет наманикюренным пальчиком в висящую на крючке одежду.

Я присматриваюсь и глазам своим не верю: это правда шуба Даши!

Но... как?! Даша ведь осталась в Новосибирске искать нашего непутевого сына!

Я вскакиваю, чтобы подойти ближе и рассмотреть еще раз, и в этот самый момент из спальни моего семейного номера выходит... моя жена собственной персоной!

— Твою... мать, — говорю я тихо, в первое мгновение теряя дар речи.

Зато Оксана дар речи не теряет:

— Ты что, решил нам тройничок устроить?! Боюсь, твоя жена этого не оценит!

Она нервно посмеивается.

— Какого черта, Даша?! — я игнорирую любовницу и смотрю на жену. — Что ты здесь делаешь?! Когда ты успела прилететь?!

— Пока ты спал, — спокойно говорит Даша.

— Ты нашла Макса?!

— Да, он отправился обратно в Сочи. А я решила не отменять отпуск. Вопреки твоему мнению, я считаю, что все-таки его заслужила.

— Неужели! — фыркаю я нервно, совершенно не понимая, что делать дальше.

— А вот что здесь делает твоя девица, мне непонятно, — продолжает жена невозмутимым тоном. — Честно говоря, не думала, что ты настолько опустишься. А ведь еще врал мне, что это было всего лишь один раз и по случайности, по ее инициативе! После одного случайного раза не оплачивают билеты на самолет и не приглашают в семейный номер вместо жены...

— Ты не о том думаешь! — рычу я. — Ты что, отправила нашего сына в Сочи одного?!

— Не одного, а с представителем авиакомпании. Марья уже его встретила, кстати. А ты решил свою профурсетку не встречать в аэропорту, да?! Не настолько она тебе дорога?!

Ее ироничный тон заставляет меня беситься еще сильнее.

Снова подает голос Оксана:

— Мне уйти?!

— Нет, подожди... — начинаю я, но Даша перебивает:

— Да, будь добра.

13 глава. ДАРЬЯ

— Ты что, отправила нашего сына в Сочи одного?! — мой муженек выпучивает глаза так, словно Максу не тринадцать, а три годика, словно это не он сбегал из аэропорта, наплевав на родителей, и словно сам Витя бережет нашего сына сильнее, чем я...

Вы только посмотрите: какой заботливый отец!

Вот только меня его попытка морализаторства только раздражает.

— Не одного, а с представителем авиакомпании, — отвечаю я жестко. — Марья уже его встретила, кстати. А ты решил свою профурсетку не встречать в аэропорту, да?! Не настолько она тебе дорога?!

Не могу удержаться от иронии... не могу — и все!

В этот момент та самая профурсетка нерешительно спрашивает:

— Мне уйти?!

— Нет, подожди... — буркает Витя, но я перебиваю:

— Да, будь добра.

— Ей некуда идти! — возмущается муж.

— А мне есть куда?!

— У тебя есть спальня! А мы будем в гостиной! Тебя никто не звал сюда! Но раз приперлась — терпи соседство!

— Терпеть соседство я готова только с тобой, и то лишь два дня, пока я не уеду в Листвянку. Поедешь ли туда ты — меня уже не волнует.

— Не тебе решать! Номер оплатил я!

— Из общего семейного бюджета, — киваю я. — И в списке гостей указаны трое: ты, я и наш сын. Боюсь, имени твоей студентки там нет.

— Какая разница?! Ее пустили, и никому нет дела, сын она, дочь, сестра или подруга!

Только сейчас до меня доходит, почему Оксане выдали третью ключ-карту. Очевидно, реально приняли за нашу дочь. По возрасту подходит: я вполне могла родить ее в двадцать три.

Вот только не родила. Она мне не дочь, она мне никто, она мне почти враг...

— Мне есть дело, — говорю я. — И либо она уйдет, либо я пойду к администратору и сообщу, что в нашем номере посторонний.

— Ты не посмеешь! — рычит муж.

О-о-о, я еще как посмею!

Не слушая больше его возмущенные возгласы, я поджимаю плечами и выхожу из нашего номера.

Витя орет что-то вслед — но я игнорирую.

Уже знакомой дорогой спускаюсь вниз, на первый этаж, и подхожу к стойке регистрации.

— Простите, — говорю вежливо. — Номер пятьсот одиннадцать. Вы случайно выдали ключ-карту человеку, который не проживает с нами... это совершенно посторонняя девушка...

— Что?! — администратор аж вскакивает. — Боже, простите, не представляю, как так вышло... Она уже ушла?!

— Нет, — качаю головой. — Она внутри. И я не чувствую себя в безопасности.

— Простите, пожалуйста! Мы сейчас же решим этот вопрос!

Администратор и два охранника отправляются выселять девицу, а я шагаю за ними.

Через десять минут Оксана оказывается не только за пределами номера, но и за пределами отеля.

Мы с Витей остаемся наедине.

— Ну ты и стерва, — говорит муж, торопливо собираясь, потому что оставить свою кралю в одиночестве он, видимо, не может.

— Надеюсь, ты понимаешь, что если сейчас снимешь другой номер, то он тоже будет оплачен из семейного бюджета, а значит, во время развода деньги придется вернуть. Я не намерена спонсировать твою любовницу.

— И почему я раньше с тобой не развелся?!

— Задаюсь тем же вопросом, — киваю я. — Но ничего: теперь скоро все кончится. Главное, чтобы ты вел себя хорошо во время развода. Иначе для тебя все только начнется...

— О чем ты вообще?! — морщится он.

— О том, что ректоров, которые имеют в своем кабинете студенток, обычно не очень приветствуют...

14 глава

— Бо-о-оже... — муж закатывает