Иного не желаю. Часть 1 - Виктория Витальевна Лошкарёва

— А вам не кажется… что Этьен просто изображает смирение? — осторожно спросила я. — Ведь ни люди, ни оборотни не могут так сильно перемениться.

— Я не думаю, что он сильно и поменялся, — покачал головой Натан. — Да, разумеется, когда вы от него сбежали, он сделал выводы, но… скорее, Тая, причина прежде всего в вас.

— То есть поменялась я? — я не смогла сдержать нервного смешка.

— Именно в вас, — кивнул доктор. — В стае альфы Баева вы узнали много нового о вашей же расе. Вы занимаетесь с мальчиком, который с трудом контролирует своего зверя, вы наблюдаете за жизнью Альфы Баева и его Луны. И это фокусирует вас не на негативном примере ваших родителей — когда оборотень выступает в роли мучителя и насильника, а на позитивном примере счастливой пары оборотней.

Заметив, что я сильно напряглась, Натан тихо рассмеялся.

— Таисия, мы же с вами уже много раз об этом говорили.

Да, действительно. Все наши комплексы родом из детства.

— Я понимаю, как тяжело вам оставить прошлое в прошлом, — участливо добавил психолог. — Но это нужно сделать, Тая. И желательно ещё сейчас, пока дочка ещё не родилась.

Натан уже несколько раз намекал на то, что мне следует ещё раз «попробовать пожить во Франции», но я до сих пор не чувствовала себя готовой к возвращению назад.

— Процесс притирания между новобрачными неминуем, — заметил Натан. — Особенно, когда один из них Альфа, а вторая — независимая, закованная в броню своих страхов, сильная женщина.

— Этой сильной, независимой женщине пока неплохо живется на территории стаи её отца.

— Но вы же понимаете, что это не будет продолжаться вечно. Девочка будет нужен отец. И только в вашей власти дать ребенку двух любящих родителей или превратить всё в семейную драму. Я надеюсь, что у вас хватит сил принять правильное решение.

На этой высокой ноте Натан решил, что пора заканчивать наш последний сеанс. Натан уже несколько раз продлял своё пребывание в Испании, задержавшись здесь из — за меня. В последнее время я частенько чувствовала себя нехорошо, и, несмотря на своё огромное желание, не всегда была в состоянии посещать приемы психолога.

— Кстати, Таисия, как вы смотрите на то, чтобы продолжить наше общение раз в неделю? — поинтересовался доктор, по привычке кусая дужку очков. — Мне кажется, мы определили и проработали с вами все наиболее уязвимые моменты. Но психика — штука коварная, и так просто не сдается. Необходимо время, позитивный настрой — который у вас уже имеется.

Я согласно кивнула.

— Теперь я попрошу вас вести дневник, тщательно записывая любые моменты, которые вас тронули в течение дня. В конце недели я буду прилетать из штатов — и мы будем анализировать ваше состояние за неделю. Предупреждаю: это тяжелый, сложный шаг вперед, и если вы не готовы, я могу на какое — то время ещё задержаться.

— Готова, — тут же отозвалась я. — Более чем, готова.

На самом деле, я только недавно внезапно поняла, что разговоры с психологом вносили ещё большую сумятицу в мою и так непростую жизнь. Натан, который прекрасно знал и обычаи, и повадки оборотней, во многом оправдывал поведение Этьена.

Все оборотни охотятся на своих самок. Все оборотни доминируют в отношениях. Все оборотни любят жесткие секс.

И вообще, как только Альфа Валуа понял, что вы Тая, не такая — он тут же понял свою манеру поведения.

Самое неприятное, что всё вроде бы было правдой — Этьен действительно сильно изменился. После нашего откровенного разговора он проявлял чудеса предусмотрительности, во многом облегчив мою жизнь. Я не могла не признать, что теперь у меня появилось тихое место, где я могла отдохнуть в одиночестве или в компании, которую сама приглашала; повар — француз, готовивший мои любимые веганские блюда, которые никогда не поставили бы на стол к Альфе в главном доме; кроме того, Этьен оказался вовсе не против того, что я работала удалённо, сказав лишь на это, что гордится моей независимостью.

И всё это делало мою жизнь… ещё более сложной. Я перестала доверять самой себе — своим мыслям, воспоминаниям, чувствам… Ведь, по словам Натана, получалось, что Этьен вроде как и не был ни в чем виноват….точнее, всему виной были мои детские воспоминания и трагедия, которую я пережила из — за своих родителей.

По крайней мере, так считал один из лучших специалистов.

Распрощавшись c Натаном на неделю, я вышла из его кабинета — и сразу же попала в объятия Валуа.

— Что? — всматриваясь в моё лицо, только и спросил Этьен. — Тая, тебя что — то тревожит? Хочешь, Натан задержится ещё на месяц?

Я замотала головой, принуждая себя оставаться в объятиях Этьена. Что, если Натан в сам деле прав — и Этьен вовсе не монстр?

— Как ты себя сегодня чувствуешь? — спросил тем временем Этьен, поддерживая меня за спину и мягко поглаживая мой живот. — Слабость, тошнота?

— Голова после обеда немного кружилась, но сейчас уже всё прошло.

— Пожалуйста, побереги себя, — вздохнул Этьен. — Если чувствуешь себя плохо — оставайся в кровати и просто позови Илью или Настю. И меня, желательно.

Поправив мои волосы, он нежно улыбнулся.

— Я сделаю всё, что угодно, чтобы сберечь своих девочек. Кстати, хочешь воздушного риса?

У меня округлились глаза.

— Как ты догадался? Я полдня об этом мечтала.

Этьен довольно рассмеялся.

— Секрет фирмы, — и чмокнув меня в щёку, потянул за собой. — Я приказал накрыть легкий ужин в твоей комнате. Чтобы ты как только поужинала — сразу спать.

— Спасибо, — благодарно кивнула я. — Это то, что мне сейчас надо.

Этьен кивнул, ничего не ответив. Но я хорошо знала, как ему не нравится моя слабость — и то, что лечащие врачи не находят в этом ничего опасного.

Съев немного картофельного пюре с салатом, я с удовольствием погрызла воздушного риса — и, быстро приняв душ, без сил вернулась назад в комнату, где меня ожидал Этьен. Обняв меня на кровати, он принялся читать одну из историй про Валуа, при этом подкармливая нашу дочь своей силой.

Я же напротив, вымотанная за день, быстро теряла свои силы… И сама не заметила, как заснула.

Этьен

Я смотрел на заснувшую у меня на руках Таю и не мог отвести от неё взгляда.

Бледная, осунувшаяся, она казалось мне такой же прекрасной, как в первый момент нашей встречи. Корил ли я себя за то, что не был к ней достаточно внимателен? Пожалуй, что да. Всё между