Попаданка для императора, или Истинную вызывали? - Любовь Песцова

— Плохо, — вздохнула я. — Ладно. А можно пригласить вместе с мужем, а потом его где-нибудь потерять?

— Так можно, — кивнул он.

И даже не стал спрашивать, почему я так хочу «потерять» где-то графа Корбетт. Снова ждет, когда я сама решусь довериться ему и рассказать.

Ну что ж, если я действительно когда-нибудь расскажу Дамиану свою историю с этим графом, можно будет наверняка утверждать, что после этого леди Оливия очень быстро станет вдовой.

В целом, звучит как шикарный план.

— Элейн, — вдруг сказал он, слегка прищурившись. — Получается, ты как и Вики пришла из другого мира и твоя душа тоже попала в новое для тебя тело?

— Ну да, — кивнула я. — Хотя стоит признать, выглядела я примерно так же в своей прошлой жизни, только старше. Если добавить круги под глазами, тусклую кожу и темные волосы, то вообще почти копия.

— Насколько старше? — Заинтересовался он.

— Когда я переместилась в этот мир, мне уже за сорок перевалило, — ответила я и посмотрела на него с вызовом.

Что это еще за вопросы, я не поняла?

Но еще до того, как я успела возмутиться, Дамиан выдохнул, словно ему только отменили какой-то приговор. Запрокинул голову, как будто собрался обращаться к высшим силам, и пробормотал:

— Слава Богам, не ребенок!

А потом наклонился и поцеловал. Так, как умел только он. Страстно и трепетно одновременно.

Ладно, разобраться с его заскоками относительно возраста можно и потом.

Глава 64

Шли дни. Я осваивалась во дворце уже не как подпольный трофей императора, а как его постоянная спутница.

Хотелось бы мне сказать, что ощущения от таких перемен были удивительными. Но правда заключалась в том, что все изменения проходили мимо меня.

Я постоянно была занята и уставала так, как не уставала после пятнадцатичасовой смены в качестве гримера в театре.

Я действительно последовала совету Вики и начала учиться. Не только магии, но и тому, что следовало знать спутнице императора.

И хотя думать об этом все еще было дико, я как будто потихоньку привыкала. Пыталась искоренить свои старые привычки, училась разговаривать медленно и исключительно высоким слогом.

Ну, нельзя сказать, что это было очень сложно. Крепкие выражения я использовала не из-за недостатка словарного запаса, а для выразительности. Ну и эмоции таким образом выпускала.

Так что разговаривать литературным языком я могла. И активно этим умением пользовалась в ситуациях, когда это было нужно. Далеко не все клиенты поддерживали неформальный стиль общения.

А вот расписание могло убить! Этикет, танцы, история, основы геополитики, затем снова этикет и проклятые танцы.

В какой-то момент я не выдержала, и решила… нет, не прогулять занятие. Но хотя бы немного опоздать на него.

Сегодня мой учитель как раз собирался объяснять, чем отличается закусочная вилка от кокотной.

В общем, я спряталась. Как раз после завтрака свернула не тот коридор и затаилась. Посидела в одиночестве минут пять или десять и поняла, что мучиться от угрызений совести из-за пропущенного занятия хуже, чем мучиться на этих самых занятиях.

Ну и пошла. Но, что примечательно, пошла достаточно медленно. Это совесть позволяла.

И именно из-за такого неспешного променада я заметила Юдит заблаговременно. Подумала о том, чтобы спрятаться, но вовремя задушила в себе этот недостойный порыв.

Я не сделала ничего плохого, чтобы прятаться.

— Элейн?!

Бывшая коллега вытаращила глаза, изучая меня почти с благоговейным шоком.

— Здравствуй, Юдит.

— А ты… почему здесь? В таком виде?

Хм, до крыла Виндзора слухи об истинной паре императора еще не дошли? Ну, если и дошли вряд ли кто-то мог предположить, что ей окажется именно горничная Ее Высочества.

— Это долгая история, — покачала я головой. — А ты почему здесь? Что-то случилось?

Вопрос был насущным. Прислуга из посольства Виндзора покидала крыло, которое им выделили в двух случаях. Либо в свободное время, что было редкостью — я и мои прогулки в яблоневый сад оставались исключением из правил, — либо по поручению.

И так как на дворе был день, а на Юдит красовалась форма, я предположила второй вариант.

— Если честно, я заблудилась. Мне нужен барон Сеймур, а я даже не представляю, где он может быть. Это постоянный консул в империи и он не живет вместе с остальным посольством.

— Логично, — кивнула я, но больше ничего не сказала.

Где найти этого Сеймура я тоже не знала.

— А еще, наверное, нужно найти кого-то из ю-сти-ции, — произнесла Юдит по слогам. — Я ведь правильно говорю? Ее Высочество сказала, что графиню будут судить. Может и для красного словца, конечно. Но лучше сразу кого-то привести, верно?

Я насторожилась.

— Юдит, я ничего не поняла. Но если ты расскажешь в чем дело, обещаю подумать, кого и куда тебе вести.

— Ой, ты ведь ничего не знаешь! — Всплеснула руками девушка.

Кажется, она даже на время отбросила свою неприязнь ко мне, готовясь рассказать сочные сплетни. А может действительно отбросила, кто знает.

В конце концов она меня недолюбливала из-за того, что принцесса мне благоволила… поначалу.

Юдит оглянулась, словно проверяя, не станут ли нас подслушивать, а когда убедилась, что коридор пуст, понизила голос и заговорила.

— Ее Высочество сильно разозлилась на одну из наших аристократок. Ну, ты ведь знаешь какой у нее характер.

Девушка махнула рукой, предлагая самой додумать, что именно я знаю про Алиенору.

— Но портить другим жизнь издалека хоть и можно, а все же сложно. Сначала она попыталась ей пакостить через переписку, а потом решила сюда ее вызвать. И здесь уже репутацию растоптала.

— Это как?

— Ее Высочество сначала вызвала графиню сюда, а потом уничтожила все доказательства того, что это из-за ее приглашения леди Корбетт приехала в империю. Дама-то замужняя, это неприемлемо! Взяла и отправилась в другую страну без мужа. Если бы принцесса вызвала, тогда да. А так как Ее Высочество открестилась, вышло, что графиня кругом виновата.

— Что?

— Ну да. А теперь Ее Высочество и вовсе заявила, что видела, как графиня мужу изменяет с каким-то имперцем. Скандал такой был, ужас! А сейчас решила с позором на родину выдворить. Жаль, конечно. После такого репутации у графини не останется. Хорошо, если жива останется. Вряд ли, конечно. Муж может казнить и в своем праве будет.

Девушка пересказывала сплетни с таким упоением, что сразу становилось понятно — ей вся эта ситуация безумно нравится. Нравится, что досталось на этот раз не ей, а кому-то, кто