Вынужденный договор с демоном - Ирэн Блейкстар

я, нажав на неё, отворила дверь. Поднырнув под руку, выскочила в коридор, а дверь поспешно захлопнула. Боясь, что Амель начнет преследовать, я по инерции наложила запирающее заклинание.

Сердце безумно колотилось. Ноги дрожали. Я прислонилась спиной к двери и облегченно выдохнула. Отчего-то у меня было ощущение, словно побывала в клетке с хищником и выжала.

Глухой удар в стену и последующие за этим ругательства мгновенно привели меня чувства. А следом с той стороны дернули за ручку.

Испуганно вскрикнув, я бросилась в свою квартиру. До моего слуха из апартаментов Амеля долетали мощные удары таранных заклинаний по двери.

Я успела добежать до собственной двери, когда Амель выбил свою. Она с грохотом полетела на пол. А коридор огласил властный приказ:

— Яния, стой! Нам нужно поговорить.

ГЛАВА 74

«Никаких разговоров!» — пронеслось в голове, пока я спешно накладывала на входную дверь защитные и охранные заклинания.

Мне не хотелось проверять, станет ли Амель взламывать мою дверь для разговора. Поэтому, хоть и было страшно, я действовала чётко: укрепила защиту и рванула в кабинет.

Захлопнула и эту дверь, набросив защиту и на неё. Поскольку кабинет я использовала под артефакторскую мастерскую, охранное плетение здесь было усиленным. Пройти эту преграду будет не так просто даже боевому магу.

В ушах стучало сердце. Казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди. Итог разговора с Амелем и впрямь оказался неожиданным.

Зато наглядная демонстрация моих новых способностей стала очень поучительной. С таким даром и проклятия на неудачу от Фа́тона, бога везения, не требуется. Я рискую закончиться раньше, случайно придушенная в объятиях обезумевшего поклонника.

Однозначно: теперь я буду усиленно учиться контролировать новые способности. Вот только до занятий ещё нужно дожить.

Растерянно осмотрела кабинет, и взгляд остановился на письменном столе. Ровными рядами там стояли экранирующие контейнеры с заготовками для артефактов. Привычка создавать артефакты в любое свободное время не покинула меня даже в спокойной обстановке «МортиСтали».

Я подняла глаза. Над столом висела книжная полка с учебниками из Штальской академии магии. А ещё там стоял дневник моего деда.

Идея пришла неожиданно. Я не была уверена в успехе, но попытаться стоило.

Больше ни на что не обращая внимания, рванула к столу, стянула с полки несколько книг и принялась лихорадочно их листать. Недавно в разных источниках я натыкалась на разрозненные упоминания магии крови.

Связываться с этой магией, если ты не вампир, было опасно. Маг, использующий собственную кровь, сильно рисковал. При ошибке в ритуале самое малое, что могло с ним случиться, — это выгорание. В худшем случае — смерть. А использовать в ритуалах кровь других разумных было запрещено под страхом смерти.

Впрочем, запреты не помешали ренегатам нарушить эти ограничения, тем самым чуть не уничтожив мир. Именно после их жутких деяний контроль над магами крови ужесточился. За использование этой магии можно было схлопотать большие неприятности. И то лишь при условии, что магичишь со своей кровью.

Но как бы ни была страшна и запретна магия крови, адепты всё равно изучали её в Академии. Потому что «врага» нужно знать в лицо. И сейчас я искала все упоминания ритуалов и заклинаний этого магического направления.

Рассуждала так: если при создании артефакта взять за основу мою кровь, а воздействие направить внутрь, то мои способности, с большой вероятностью, вступят в резонанс и нейтрализуют друг друга. Правда, я сомневалась, что одна и та же магия может резонировать лишь из-за смены направления.

В теории идея была стройной и легко выполнимой. На деле же всё оказалось куда сложнее. Я поняла это спустя два часа, пересмотрев все учебники. Не помог даже дневник деда: он не любил магию крови и не исследовал это направление.

«Что ж, значит, будем импровизировать», — мысленно подытожила я.

Сначала потянулась за болванкой для артефакта, но случайно дотронулась до висевшего на шее амулета против рун притяжения. И тут меня осенило: «Вот оно, нужное решение!»

Я сдёрнула с шеи амулет и придирчиво его изучила. Увиденное понравилось: амулет можно было поместить в артефактный медальон, создав нужный резонанс, который я планировала усилить собственной кровью.

Конечно, задумка была рискованная именно из-за амбиций юной необученной магички. Но я должна была попробовать.

— Великий Гильмес, не оставь меня без внимания и направь мою руку, — произнесла ритуальное воззвание к божественному покровителю нашего рода и нацепила гоглы.

Меня ждала важная и ответственная работа.

* * *

Утро нового дня принесло целую гамму эмоций. Мне дико хотелось спать. Над созданием артефакта я просидела до утра, поспав всего пару часов. И сейчас даже третья порция кофе не помогала мне взбодриться.

Потому бодрая и свежая Эвия вызывала глухое раздражение. Так и хотелось развернуться и уйти досыпать, чтобы ещё и оборотницу не видеть.

От переутомления, сильного магического истощения и вчерашней нервотрёпки у меня раскалывалась голова. Несмолкающая трескотня Эвии лишь усугубляла ситуацию. Хотелось взвыть почище оборотня, досадуя, что нельзя эту активную девицу куда-нибудь спровадить.

Но я держалась. Источником моей выдержки было предвкушение исследователя: я смогла создать артефакт и теперь жаждала его проверить.

Словно в ответ на моё желание дверь в приёмную открылась, и решительной походкой вошёл Амель. Он бросил взгляд на мгновенно притихшую оборотницу, помедлил и распорядился:

— Мисс Эвия, соберите отчеты у финотдела и отдела планирования и сделайте итоговый анализ.

— Будет исполнено, господин Амель! — выпалила оборотница и стремительно рванула из помещения.

Дверь с грохотом закрылась, и мы с рыжим остались один на один в пустом помещении.

Райден ещё с утра уехал в мастерские по делам, пообещав вернуться только к обеду. И теперь я пожалела о его отсутствии. Мне было неуютно наедине с Амелем.

— Яния… — хрипло начал он, запнулся, откашлялся и продолжил нормальным голосом: — Я хочу извиниться за своё вчерашнее поведение.

Амель, стоявший до этого у дверей, шагнул ко мне, поморщился и сделал ещё один шаг.

— Мне сложно объяснить, по какой причине я так себя повел. Но заверяю, такого больше не повторится.

Рыжий снова поморщился, сглотнул и дёрнул шейный платок, ослабляя узел. Казалось, ему трудно дышать. Он отступил на шаг, потом ещё один.

Когда же он оказался у двери, я отчетливо услышала глубокий облегченный вздох. Бросив на меня странный взгляд, рыжий развернулся и молча покинул приемную.

С уходом Амеля я поняла две вещи. Во-первых, мой артефакт работал. То, что рыжего корежило, стоило ему подойти ко мне, красноречиво подтверждало успех эксперимента. Способности словно перлицевались, и теперь вместо «притяжения» срабатывало «отталкивание».

Меня такой результат