Леди и вор - Мария Камардина

в черепной коробке. Джеймс стиснул зубы и попытался сосредоточиться на словах ректора. Тот уже рассказывал, кто такой Джимми Даррел, чем он важен, что с ним случилось и почему лорд Элессар считает возможным беспокоить Королеву по столь ничтожному поводу.

— В нашу последнюю встречу вы даровали мне право одной просьбы, — проговорил он. — И я хотел бы использовать это право сейчас.

Ясмин поднялась. Бусинки снова зазвенели и зашуршали, она подошла ближе и аромат духов стал сильнее. Джеймс попытался задержать дыхание, но не преуспел. Королева присела на подлокотник кресла, протянула руку — ее пальчики украшали массивные серебряные кольца, закрывающие разом несколько фаланг и увенчанные длинными, острыми когтями. Джеймс вздрогнул, когда холодный металл коснулся его подбородка, но послушно поднял голову и встретил взгляд Ясмин.

Глаза цвета янтаря, глубокие, теплые, удивительно знакомые — только в глазах Анны жило пламя, а взгляд Королевы отливал зеленью. Но похожи, странно похожи… Джеймс невольно вспомнил слова доктора Ливси о некой даме — той кому предназначалось платье. Прекрасное платье из зеленого бархата, прекрасная леди с удивительными глазами…

Глава 43, в которой кровь творит чудеса

Кажется, он думал вслух. Глаза Королевы расширились, когти впились в кожу.

— Ливси? Вы знаете его? Отвечайте!

На границе сознания Джеймс услышал предостерегающий окрик Элессара, но янтарные глаза вдруг заняли весь мир, всю вселенную, и он рад был сказать все, что знал, и даже то, что считал забытым. О драконах и свитках, об экспериментах над людьми, о русалках, о докторе и его змее… Королева задавала вопросы, и отвечать на них было сущим наслаждением, лишь бы и дальше сидела рядом, смотрела, прикасалась…

— Ясмин!

Джеймс со стоном откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. Голова снова раскалывалась, над ним кто-то разговаривал на повышенных тонах: недовольный мужской голос, раздраженный женский — звенящий, высокий, впивающийся в мозг сотнями стеклянных игл.

–...никакого права!

–...не смейте на меня кричать!

— … буду вынужден на заседании Совета…

— Сэр, — хрипло выдохнул Джеймс, — можно, вы подождете с разборками, пока я сдохну? Я быстро, честное слово…

Лорд-ректор выругался и присел рядом.

— Вы все еще хотите воспользоваться своим правом на просьбу? — ледяным тоном проговорила Королева откуда-то сверху. — Или мой моральный облик волнует вас больше?

Джеймс с трудом приоткрыл глаза и увидел, как Элессар кивнул.

— Его отец, — проговорил он, не глядя на вора, — погиб, спасая мою жизнь. Вытащи его.

— А Совет?

— К черту Совет. Все к черту. Пожалуйста, Ясмин.

Джеймс услышал удаляющиеся шаги. Хлопнула дверь, видимо, Королева вышла — он продолжал слышать рядом с собой тяжелое дыхание лорда-ректора. И раз он все еще не сдох…

— Это правда?

Пауза. Вздох.

— Да. Выживешь — расскажу подробнее, пока береги силы.

Он все равно попытался приподняться, но боль плеснула изнутри огненной волной, заставив закашляться, а на плечо легла тяжелая ладонь, прижимая к креслу.

— Сиди и будь добр продержаться до того момента, когда Ясмин принесет лекарство.

Джеймс хотел кивнуть, но ограничился мыслью о кивке — шевелиться было страшно.

— Насчет Ливси…

Еще одна пауза, подлиннее.

— Они были знакомы, в юности. Влюблены. А потом ее призвали сюда, мать хотела попрощаться. А он… — Лорд-ректор тяжело вздохнул. — Неважно. Я сам виноват. Он мог бы стать блестящим специалистом и даже одним из ее мужей, но сильно сглупил, а теперь… Превращение людей в драконов — черт побери, я так надеялся, что они угомонятся! Придется лезть в эту Гренландию, а если Редж…

Он продолжал говорить, негромко, словно сам с собой, и Джеймс почти не слушал. Боль жгла изнутри, мешая думать.

Анна. Мысли вновь возвращались к ней. Анна будет с ним. Должна. У них все получится, все обязательно сложится…

Он почти отключился и прозевал возвращение Ясмин. В себя его привел резкий запах нашатыря — Джеймс закашлялся, и почти сразу к губам прижалось стекло.

— Пей, — шепнул у самого уха Элессар. — Кровь драконов целебна для людей, в малых дозах, но кровь Королевы творит настоящие чудеса. Ты будешь жить, Лисенок Джимми. Я никогда не смогу расплатиться с твоим отцом, но все-таки… Пей.

Жидкости хватило на несколько глотков — теплая, густая, сладковатая на вкус, совсем не похожая на кровь. Хотя кто знает, каковы на вкус драконы… Джеймс медленно облизал губы, старательно вслушиваясь в себя. Он почти не помнил, как его откачивали в прошлый раз, после возвращения из храма. Интересно, из чего Ливси делает свое противоядие? Смешно думать, что в распоряжении контрабандиста есть кровь Королевы драконов, но запах похож, и вкус...

— Что ты сказал?!

А он что-то сказал? Джеймс открыл глаза и прямо перед собой увидел маленький стеклянный пузырек — на донышке оставалось несколько капель молочно-белой жидкости. За пузырьком обнаружился лорд Элессар, а дальше…

Королева Ясмин с очень странной улыбкой.

— Какой умный мальчик, — медленно проговорила она. — Наставник, вам стоило потратить свое желание на что-то другое. Встаньте, пожалуйста.

Лорд Элессар медленно поднялся на ноги. Джеймс кое-как выпрямился, но дракон качнул головой, веля оставаться на месте. Противоядие действовало стремительно, боль почти утихла, зато радость от исцеления поднималась изнутри, росла, и хотелось упасть на колени перед спасительницей — не то в благодарность за спасение, не то…

А точно ли отравлением было вызвано его состояние? Или вопрос был в наркотической зависимости?..

Джеймс вцепился в подлокотники кресла, стараясь выровнять дыхание.

— Сиди, — рыкнул лорд Элессар, не оборачиваясь. — Ясмин, не нужно. Дай нам уйти.

— Я так хотела вам помочь — но вы ведь прямо отсюда отправитесь ябедничать Совету. Увы, у меня нет выбора. Посмотрите на меня… Вы ведь не хотите никуда уходить, правда?

Она взяла ректора под руку, заглянула в глаза. Джеймс на всякий случай зажмурился, хотя и понимал, что если Королева очарует Элессара, он один ничего не сможет противопоставить Королеве и ее слугам. А та продолжала говорить, медленно, ласково, убаюкивающе — ей всегда было интересно, почему лорд-ректор не выставлял свою кандидатуру на роль ее мужа, и ведь они могли стать отличной парой, она могла родить ему сильных сыновей…

— Джимми, наша компания утомила ее величество. Нам пора. Сюда, живо.

Лорд-ректор нетерпеливо поморщился, осторожно отстранил Ясмин — она выглядела удивленной, — и цапнул Джеймса за рукав рубашки. Тот поднялся, осторожно, опасаясь головокружения — но пронесло. Дракон крепко вцепился в его руку, на пальцах сверкнули когти.

— Королева драконов, Джимми, владеет особой магией, — произнес он таким тоном, будто читал лекцию. — Считается, что это обусловлено необходимостью защищать ее потомство и не допускать склок между ее