Хозяйка усадьбы в долине драконов - Мия Нуар

В зале начались танцы, и пары красиво кружились по залу. Дариан пригласил драконицу с длинными пепельными кудрями на танец и повёл к центру зала. Внутри заскребли чёрные кошки тонкими коготками по кружеву моей души.

Это будет последнее приглашение на приём, которое я приняла. По этикету я не имею права уехать так скоро. А так хотелось бы…

На арочном входе появилась сутулая фигура мужчины, в которой я без ошибки узнала барона Фредерика Гепарди.

О, Боги Арагонии!

Сердце тут же встрепенулось, а тревога завыла внутри.

— Ильдар! — я судорожно вцепилась в свой бокал с лимонадом на дне.

— Я вижу, Эльнара… Барон Гепарди, королевский травник. Он частый гость на приёмах управляющих дракаром, — попытался успокоить меня аптекарь.

Коктейль оказался неполным, и судьба добавила ко всему прочему появление дядюшки.

— Дариан мог его не приглашать! — проговариваю возмущённо.

— Он, скорее всего, прибыл вместе с одним из драконов. Именное приглашение не обязательно. Гепарди никак не успокоится. Долина Сэлл, как кость в горле травника, — пробурчал граф.

Я хмыкнула, не отрывая взгляда от зловещей фигуры в чёрном камзоле.

— Я и не рассчитывала, что барон успокоится.

Беседа с графом Кейном немного отвлекла меня от хозяина праздника и Гепарди, который сразу отыскал меня взглядом среди толпы приглашённых.

Резкий, сжигающий взгляд Фредерика говорил сам за себя. Я ответила таким же. Ненависть к этому человеку поднималась из глубин моей души. Этот человек не имеет права ходить по землям долины, в которой он совершил страшные деяния.

Я пересмотрела все яды, которые мог подсыпать Гепарди в засахаренные фрукты, но пока что яд, не дающий особых признаков и маскирующийся под болезнь, пока не нашла.

Это было важно. Я детально перечитала слишком гладкое предсмертное описание, составленное и подписанное Разом Машаранье, но ничего не нашла, за что можно зацепиться. А распитие чая с этими же фруктами отвело от барона Гепарди подозрения.

— О чём думаете, баронесса? — Ильдар обеспокоенно заглядывал в мои глаза. — Не хотите поделиться?

— Физотропия… Я опробовала её действие на Эхнарь Ливара.

— И? — граф замер в ожидании ответа.

— Вы сомневаетесь, что Гепарди приложил руку к смерти моих родителей? Гепарди рассорился с родителями из-за… — я бросила взгляд на гору Чес и замолкла. Всё, что рассказала кухарка, невероятно, но… Действие физотропии не может дать сбой. — Из-за чезера…

Седые брови Ильдара приподнялись.

— Моя мать обнаружила пещеру, в которой растёт это интересное растение, — продолжила удивлять Ильдара.

— Этого не может быть! Все пещеры горы Чес исследованы, и если там рос чезер, его уже бы обнаружили.

— И тем не менее… Растение прячется в горе Чес. Духи драконьей горы не хотят делиться своими тайнами с простыми смертными, — я усмехнулась.

— Эльнара… Не ввязывайтесь ни в какие авантюры. А если вам грозит опасность… — граф направил взгляд в сторону барона Гепарди, который кружил вокруг драконов и заискивающе любезничал. — Вы обязательно меня предупредите.

Музыканты заиграли мелодию нежного каватеса, и Дариан, бросив несколько фраз Паризу Тартон, обогнув его, направился через зал. Я видела, как встрепенулась блондинка, что вальсировала недавно с лордом-драконом, ожидая, что и этот танец дракон подарит ей. Но, преодолев весь зал, Дариан навис надо мной и протянул руку.

Всё, что я вижу, — это синие глаза и очертания высокой мужественной фигуры и эта картина дурманит голову.

— Мисс Эльнара, подарите мне свой танец, — полные губы растянулись в лёгкой улыбке.

Я усмехнулась. Я подарила тебе свою жизнь, дракон… Но ты, похоже, меня всерьёз не воспринимаешь. Развлечение?

Во рту стало горько, и, сглотнув, положила свою ладонь в его руку. Знаю, что каждый в этом зале, в том числе высокородные драконы, детально разберут каждое наше движение.

— Я по кому-то очень соскучился, — низкий бархат обжёг.

— Я что-то не заметила, — прошипела в ответ.

— Ты ревнуешь?

— Я? С чего ты так решил? — удивлённо переспрашиваю.

— Твои прекрасные глаза хмурятся весь вечер и бросают молнии на графиню Мильнс.

Хо… Красивая блондинка в изумрудном — графиня Мильнс.

— Твой праздник, лорд-дракон, сплошное… Испытание.

— Испытание?

— Барон Гепарди, — я сжала недовольно губы. — Зачем травнику отправили приглашение?

Дар пожал плечами.

— Возможно, я упустил из виду необходимость исключить барона Гепарди из списка приглашенных. А помощник разослал их по предыдущему.

— Не забудь исправить в будущем, — с укором бросила и, набрав в лёгкие воздуха, с трудом выталкиваю: «Нам нужно поговорить».

— Я слушаю тебя.

— Наедине, Дар, — резко произнесла.

— Не самый лучший момент, — Дариан бросил взгляд на своих друзей драконов. — Не будем давать повода для сплетен.

— Мы всегда будем по разные стороны. Да?

— Я не хочу сейчас об этом говорить! — резко ответил Дариан.

— У нас нет будущего, и ты даже мысль об этом не допускаешь, — обреченно подметила. — Вся долина Сэлл догадывается, где ты приземляешься, Дар.

За окном снова ударила молния в гору Чес, и я завороженно проследила за огненным рисунком с небес до подножия горы. От догадки прожгло так, что я сжала плечи Дариана ладонями.

Молния!

Чезер питался огненной стихией! Она была нужна ему. Давала силу и… Рост!

Эхнарь и Аделина попали в пещеру именно тогда, когда не просто разыгралась непогода, а грозовые тучи начали отправлять на землю молнии. Вот почему пещеры осмотрены вдоль и поперёк бароном Гепарди, а чезер так и не упал в руки барона.

— Мы увидимся с тобой завтра, Эль, — цедит сквозь зубы Дариан.

— Я думаю, что не стоит, мистер Гэллахан… — встречаюсь взглядом с синими глазами Дариана.

Звуки мелодии закончились, и я поклонилась перед милордом. Махнув подолом красивого платья, направилась в сторону зала, где я оставила графа Кейна.

*каватес — медленный танец

Глава 71

Глава 71

Не отрывая взгляда от фигуры дракона, я следила, как Дариан вернулся к своим соратникам. Щёки стали пунцовыми, я чувствовала жар, который разливался по всему телу, и злость на высокородного дракона. А больше — на себя…

Я слышала всегда одну и ту же фразу, но жила своими чувствами и своими желаниями, как и сказал Ильдар Кейн. О том, что моё сердце будет разбито в итоге, я, конечно, понимала, но