Опорочить чемпионку - Юлия Михайловна Герман

— Кофе будешь? — спрашивает Ари, и голос у нее ровный, хозяйский, будто не она полчаса назад смотрела в окно на папарацци с таким видом, будто решала, прыгать с восьмого этажа или не стоит.

— Не откажусь, — Пит проходит в гостиную, кладет ноутбук на журнальный столик. Я иду за ним, чувствуя, как в груди снова начинает закипать глухая злоба. От ситуации, того, что должен втягивать в это друзей, и от собственного бессилия.

— Что-то нарыл? — спрашиваю без предисловий.

Пит садится на диван, открывает крышку ноутбука. Экран загорается, отражаясь в его уставших глазах.

— Нарыл достаточно, чтобы понять: это не случайность и не взлом по глупости, — он поднимает взгляд на меня, потом на Ари, которая несет к нам две чашки кофе. — Садись, Ари. Это тебя касается в первую очередь.

Она медлит секунду, потом ставит кружку на столик и садится на подлокотник кресла, рядом со мной. Я кладу руку ей на спину, чувствуя, как под тонкой тканью домашнего костюма напряжены мышцы.

— Мой человек пробил IP-адрес, с которого было залито видео. Первая публикация появилась с анонимайзера, конечно, но дальше его начали расшаривать боты и несколько крупных пабликов. Мы отловили момент первой заливки, до того, как видео ушло в сеть. Тот, кто это сделал, либо идиот, либо был уверен, что его не вычислят, — Пит делает паузу, переводя взгляд с меня на Ариану. — Адрес ведет в офисное здание… — в этот момент я уже предчувствую взрыв.

Я ощущаю, как Ари напрягается под моей рукой. Внутри все леденеет от нехорошего предчувствия.

— В какое здание? — спрашиваю хрипло.

Пит смотрит на меня в упор. В его глазах нет ни злорадства, ни осуждения.

— В офисное здание твоей семьи, Мик.

Тишина взрывается. Сначала она просто повисает в комнате, тяжелая, как свинцовое одеяло, а потом я слышу звон в ушах. Ари замирает, и я чувствую, как ее дыхание останавливается на секунду, чтобы потом вырваться наружу судорожным всхлипом.

— Это ошибка, — мой голос звучит чужим, скрежещущим. — Не мог Вик... Он подонок, но не настолько. Это... это кто-то из сотрудников, доступ получили, черт знает что...

— Я тоже так думал, — Пит откидывается на спинку дивана, потирая переносицу. — Но кому это еще выгодно, бро? Подумай сам.

Слова падают в тишину, как камни в стоячую воду. Круги расходятся медленно, но неотвратимо.

Ари резко поднимается, отстраняясь от моей руки. Лицо у нее белое как мел, только глаза горят неестественным, лихорадочным блеском.

— Виктор? — переспрашивает она, будто не расслышала. — Виктор слил видео? — голос срывается на хрип.

— Данные не врут, — Пит пожимает плечами, но в этом жесте нет равнодушия, скорее сожаление. — Я передал инфу в правоохранительные органы, как и обещал. Теперь это не просто наше расследование, а официальное дело.

Глава 80

— Да ну нах… — не верю.

— Можешь сам проверить, — отвечает холодно Державин.

— Виктор... — произносит Ари. Я смотрю на нее и вижу, как она закрывает лицо руками и ее плечи вздрагивают. А затем она выпрямляется и, отвернувшись от нас, уходит на кухню.

Я вскакиваю, поддаваясь порыву.

Кулаки сжимаются сами собой, в глазах темнеет от ярости.

Нет же! Нет!

Вик — мой старший брат. И зачем ему это делать?

Неужели он мстит мне за то, что я увел у него девушку? Но он ведь первый трахнул мою подругу и даже не понял, насколько это для меня было болезненно.

К тому же он трахнул ее не из-за какого-то безумного влечения и чувств, а потому, что мог. И ради одного-единственного раза, не имеющего значения, он рискнул нашими отношениями.

Хотя у меня с Ари все не так! И неужели он сейчас мстит мне за наше счастье?

— Я убью его, — выдыхаю я, и голос звучит так, будто это говорит не человек, а зверь. — Я, блядь, собственными руками его придушу.

Ведьма оборачивается, и в ее глазах испуг.

— Мик, стой! — Ари хватает меня за руку, повисает на ней всем телом, не давая рвануть к двери. — Не смей! Не смей сейчас туда ехать!

— Пусти! — пытаюсь вырваться, но она вцепляется мертвой хваткой, а Пит поднимается с дивана, вставая у меня на пути.

— Она права, бро. Ты сейчас приедешь, начнешь махать кулаками и в итоге сядешь сам. А ему только этого и надо. Он же не просто так это сделал? — Пит смотрит на меня в упор. — Дай органам сделать свою работу. Там видео, экспертиза и все дела. Он ответит по закону.

— По закону? — я усмехаюсь нервно. — За слив интимки ему дадут штраф, может условно. А мою девушку, — я поворачиваюсь к Ари, — мою девочку, которая стала чемпионкой и которую должна была ждать большая карьера, теперь называют порнозвездой! Ее карьере пизда! Из-за него! И ты говоришь мне про закон?

— Мик, — Ари тянет меня вниз, заставляя сесть обратно на диван. Она садится рядом, берет мое лицо в ладони. Ее пальцы ледяные, но взгляд... взгляд уже не безумный, а сфокусированный и трезвый. Таким она смотрит на соперниц перед решающим матчем. — Посмотри на меня.

Я устанавливаю с ней зрительный контакт и вижу в ее глазах мою собственную ярость. Но в отличие от меня, не злость управляет ведьмой, а она ею, словно питаясь от своей ярости.

— Ты никуда не пойдешь. Слышишь? Не смей ломать себе жизнь из-за этого ублюдка, — бросает хладнокровно. — Я не для того игнорирую всю эту грязь, чтобы смотреть, как ты садишься в тюрьму за драку, а после нас будут полоскать еще сильнее. Миш, они же под микроскопом изучат все причины, по которым это произошло. И удар будет не только по моей карьере, но и по всей твоей семье.

— Ари...

— Нет, — она зажимает мне рот ладонью. — Ты обещал мне, что никогда больше не дашь мне плакать. Пообещал мне сам. Я тебя об этом не просила. Вспомни свои слова о том, что будешь рядом. Так будь! — ее глаза вспыхивают от ярости. — Будь рядом сейчас. Не уходи. Не оставляй меня одну со всем этим.

Ее слова как ушат ледяной воды. Ярость не уходит, она никуда не исчезает и клокочет где-то в груди, требуя выхода. Но любовь к моей ведьме, страх за нее, желание защитить оказываются сильнее.

Я беру ее за руку и прижимаю к себе, зарываясь лицом в густые волосы, вдыхая запах, действующий на меня как успокоительное.