Оживим лекарскую лавку, или Укольчик, Ваша Светлость? - Мотя Губина

— Я знаю, что мы должны быть сильными. Но страшно, — пожаловалась Дина, прикладывая руку к груди. — Как же вы, госпожа?

— А я-то что? — удивилась такой постановке вопроса. — Мы все в одной лодке. И сейчас для нас главное…

— Делать запасы! — встрепенулась служанка. — Сейчас же начнут лавки опустошать!

— Нет! — я перехватила её на полпути и усадила обратно. — Пока нет, Дина. По крайней мере, в такую давку, какая сейчас начнётся, я тебя не отпущу. Так что сидим и слушаем меня.

Все кивнули и застыли. Один Ритин летал в облаках, о чём-то сосредоточенно думая, но я была уверена, что парень меня слышит.

— Итак, мы должны подготовить как можно больше наборов для первой помощи. От ссадин, ушибов и последствий драк в магазинах. Лучше всего, чтобы они были с магией и восстанавливали людей с одного глотка. Ритин?

— Есть такие, — кивнул он, даже не посмотрев в нашу сторону.

— Отлично. Тогда ещё нам нужно как можно больше успокоительного. Сейчас людям может потребоваться медицинская помощь, чтобы пережить новый этап жизни. Ну и, наконец, запасы, — предупреждая победный возглас Дины, я подняла руку. — Запасы лекарств. Мы не знаем, сколько продлится зачистка. У нас должно быть как можно больше медикаментов. Разных. В том числе и лекарской магии. Чистой. Для будущих зелий, — я умолчала о том, что это на случай, если зелья будут нужны, а лекаря, который сможет их напитать, не будет. Не хотелось пугать Дину и Ганса. Хотя, судя по виду, подросток и так обо всём догадался.

Он помрачнел и проговорил:

— Тогда я тоже буду сдавать магию.

— Исключено, — очнулся от своих дум Ритин, — у тебя магия в зачаточном состоянии. Если постараемся её выжать, то ты вообще без всего останешься. Дай ей возможность укорениться. Лучше учись, малой, больше толку будет.

Ганс не обиделся и, кивнув, спросил со всей серьёзностью:

— Тогда я, может, сейчас пойду? Или я вам нужен?

— Иди, — отпустила его, — лучше каждое утро учись. Помочь нам ты всегда успеешь. А мы ещё не всё обсудили.

— А мне что делать? — заволновалась Дина, провожая паренька взглядом. Она ёрзала на месте, всем своим видом показывая нетерпение. Ей хотелось хоть что-то делать. И желательно прямо сейчас.

— А ты, может, домой сходишь? — я вздохнула. — Возможно, что работы будет много в ближайшие дни. А твои домашние наверняка тоже испугались нового и непонятного явления. Пошла бы, да успокоила всех. Передай, что наместник сделает всё возможное для безопасности города и окрестностей.

— Ох, правы вы, — кивнула она, — и то верно. У меня там, наверное, и соседка в панике бегает, и тётка. А муж мой… — она обречённо махнула рукой, — спит, поди, после поля. Даже и не знает ничего. Я лучше тогда завтра приду, с самого утра. Буду помогать вам, госпожа, травы разбирать. И запасы сделаю… — она задумалась и сама себе кивнула. — Точно, посажу ещё сегодня картошку. Думала отложить, но это дело будет не лишнее…

Мы остались на кухне вдвоём с Ритином, и лишь тогда вампир поднял на меня взгляд.

— Боитесь?

— Немного, — призналась я. — Но, если честно, не за себя, а больше за вас. И за город. Страшно быть одним медиком в округе. Я могу не справиться. А если кто-то не сможет получить помощь?.. Боюсь, это будет тяжело пережить. Я никогда не теряла пациентов.

— Ну, за пациентов не скажу, а вот за себя вы можете действительно не переживать, — кивнул он. — По крайней мере, пока у вас есть я.

— Ты хочешь сказать, что будешь меня защищать перед тварями хаоса?

— Конечно, — фыркнул он. — Если я вас потеряю, с меня дядя голову снимет. В прямом смысле.

— Но Ритин, — я нахмурилась, — а сам ты не боишься? Ты ещё совсем молодой. Сколько тебе? Лет двадцать? Думаешь, я дам тебе так рисковать собой?

— Вот только не надо возрастом на меня давить, — улыбнувшись, он показал острые клыки. — Я вампир, не забыли? Вас слушаться в этом вопросе не намерен. А что касается моей жизни, то меня ждут в Академии. У меня большие планы на жизнь, так что помирать здесь я точно не планирую, не переживайте.

Я тяжело вздохнула. Если бы всё зависело только от нашего желания…

Я была права, так как после обеда к нам потянулась стойкая струйка горожан, которая всё ширилась, ширилась, а под вечер и вовсе превратилась в непрерывный поток.

— У меня болит голова! — жаловалась женщина, пришедшая к нам с повязкой на лбу. — Даже думать не могу. Как глаза закрываю, так страшно становится!

— Мадам, возьмите настойку ледяного цветка, — Ритин щёлкнул пальцами, и Ганс послушно понёсся к стеллажу за нужным отваром, — моментально убирает все неприятные симптомы.

— Ой, и мне надо! — заволновался круглый мужичок с продуктовой авоськой. — У меня ещё сердце стучит как бешеное! Эти гады, не дай Всевышний, к нам просочатся, и всё!

— Ох! Не наговаривайте, — возмутилась первая клиентка.

Мои парни только и успевали крутиться, выдавая то одно лекарство, то другое. Многие ещё и впрок брали… на всякий случай.

— Где лекарь?! — внёсся в лавку мужчина с совершенно чумным взглядом. — Моей беременной жене плохо.

— Жена где? — остановил его ледяным голосом вампир, не давая возможности прорваться внутрь.

— В повозке сидит!

— Так тащите её, дверь лекаря прямо по коридору.

Мужик кивнул и, получив чёткие инструкции, метнулся обратно на улицу, чтобы буквально сразу вернуться с хрупкой пузатой девушкой на руках и без остановки влететь в приоткрытую дверь моего кабинета.

— Кладите на кушетку, — приказала я, доставая стетоскоп. — Что случилось?

— Ей плохо стало! — в панике воскликнул он. — Увидела заслон и так переволновалась, что…

— Госпожа лекарь, я рожаю! — всхлипнула женщина.

— Быть не может, Глинда, тебе ещё месяц ходить! — прервал супругу мужчина. — Не переживай, сейчас госпожа лекарь посмотрит и даст тебе что-нибудь. И всё вернётся как было!

— Что вернётся как было? — хмуро переспросила