Все дело в кузнеце - Кристина Шефер

Мы пришли в деревню ранним утром. Люди уже вовсю занимались делами: кто-то гремел посудой, кто-то хлопотал с живностью.

Нас заметили сразу. Остановились, уставились с удивлением, но пока не подходили и не спрашивали. Дети облепили заборы, таращились с безопасного расстояния, но к нам не приближались.

Когда мы дошли до, видимо, главной площади, к нам вышел сухощавый, но всё ещё крепкий старик. Невысокий, с короткой стрижкой и длинной белой бородой, подчёркнутой кустистыми бровями. Вид опрятный. На нём свежевыглаженная рубаха со шнуровкой, кожаные штаны и куртка. Без шапки и шарфа, будто только что из дома выскочил.

Он окинул нас цепким взглядом тёмных глаз и погладил бороду, что-то подмечая и делая выводы. Медведя рядом со мной тоже не обошёл вниманием. Тот, как ни в чём не бывало, тёрся головой о моё плечо, выпрашивая ласку. Пришлось развернуться и чесать ему за ухом. Взгляд же я старалась не отрывать от пожилого мужчины. Мы так простояли какое-то время.

Он первым начал разговор:

— Доброе утро. Вижу, вы нашли нашу пропажу? Спасибо вам, люди добрые. Всё ли цело? Али наш мишка чего натворил? Мужчина, не вас ли ранил? За ним до этого такого не водилось, но… Всё бывает в первый раз. Верно?

Только Адриан открыл рот, чтобы ответить, но я его опередила. Почему-то не хотелось врать этому человеку. Хоть где-то проявить честность.

— Нет. Медведь не виноват. Мой спутник сам неудачно упал в горах. Вот шли в поисках помощи и набрели на медведя, он спал в лесу.

— Понятно. Не повезло вашему спутнику. У нас есть хорошая знахарка. Она поможет.

— Там перелом руки и растяжение на ноге.

— Справится, не переживайте. Рунда, займёшься парнем?

Из толпы вышла женщина лет ста двадцати, крепкая, чуть полноватая. Подошла к Адриану, по-хозяйски разметала мою перевязь и ловко прощупала руку. Кивнула. Лицо у неё было суровое, но приятное. А уж косы… Никогда не видела такой толщины кос. С мою руку. Вот это шикарные волосы. Густые, почти чёрные, переливающиеся на свету.

— Отлично, — подытожил старик и продолжил. — Меня зовут Вальм. Я — староста деревни. Что же, Рунда, бери сразу этого молодца. Потом приведёшь ко мне, как закончишь и он проспится. Завтра с утра подойдёт?

— Приведу, староста, — кивнула женщина и повела Адриана в свой дом.

— А ты, красавица, иди за мной. Я тебя накормлю, обогрею. А то вся уже трясёшься, — хохотнул он.

Затем опустил глаза к мишке, которого я всё ещё чесала между ушами.

— А ты, негодник, иди домой. Проспись, смени облик. Завтра я к тебе зайду.

Медведь в ответ что-то ворчливо взревел — не грозно, а словно в ответ.

Староста выслушал, стрельнул глазами в меня и продолжил:

— У меня она будет. Никуда не денется. Завтра вместе придем. Давай, иди. И верни себе человеческий вид!

Конец фразы староста кричал уже в спину медведя, который уходил куда-то обратно.

А меня староста повёл в дом, который стоял прямо за его спиной. Дом большой, бревенчатый, с двумя этажами. Просторный двор — с местом для живности, огородом и зоной для отдыха.

Мы прошли через узкий предбанник и оказались в огромной комнате. Это была кухня-столовая-гостиная в одном. Создавалось ощущение, будто весь первый этаж — это одно большое, тёплое сердце дома. Всё выполнено из дерева и камня: стены бревенчатые, лестница тоже, с красивыми резными перилами, которые, как ветка, изгибались и перетекали в ступеньки. Таким способом были сделаны и стулья, словно выточены из единого массива и отполированы до блеска. И большой обеденный стол, и ручки у дивана.

Камин, зона кухни и пол рядом с ней были выложены камнем. Остальное всё дерево. Везде лежали уютные узорчатые ковры, висели аккуратные батистовые занавески. Диван покрывало толстое, тёплое даже на вид одеяло с подушками. Всё дышало уютом. Было очевидно, что в этом доме живёт женщина. Мужчина один не создал бы такого тепла. Но главное, что указывало на его статус, это непередаваемо вкусный запах, доносящийся от очага. Лепешки, нет?

— Да вы не стойте, девушка. Раздевайтесь. Сейчас мы вас отогреем и накормим, — обратился ко мне Вальм, помогая мне снять одежду и выводя из состояния ступора. И только сняв плащ и верхнюю тунику, которую я накинула ещё на берегу в попытке согреться, поняла, как же тут тепло и как же я замёрзла.

— Роза! Роза! Где ты? У нас гостья, — закричал он в пустоту комнаты.

Ответом мы услышали громкие шаги на лестнице, и перед нами предстала маленькая и полная женщина. Она несла в руках просто гору одежды. Что это женщина, я поняла только по юбке, которая мелькала снизу.

— Ты меня знаешь. Я тебя видела. Из окна выглядывала, не удержалась. Так что всё знаю, — сказала она весело. — Меня зовут Роза. Я жена этого ворчуна. Вот, порылась в старых вещах наших дочерей, нашла несколько тёплых платьев. Думаю, это быстрее девочку согреет.

Потом, заметив, как я застыла, Роза прищурилась.

— Хотя я, наверное, зря сюда всё это принесла.

— Вальм, ступай к знахарке, посмотри, не нужна ли ей помощь. А мы тут с девочкой управимся. Приходи через час, к завтраку.

— Это ты хорошо подумала, я и не догадался. Хорошо. Тогда я пошёл.

С этими словами староста надел обратно верхнюю одежду, шапку, шарф, схватил со стола оладушек, как воришка, и вышел.

— Вот теперь другое дело! — произнесла Роза и скинула всю эту одежду на диван.

Теперь я смогла её разглядеть как следует. Небольшая, немолодая, но всё ещё энергичная женщина, под стать своему мужу. Но всё же помоложе его будет. Стройная для своего возраста, с полностью седыми волосами, собранными в какую-то сложную шишку на затылке, перевязанную лентой. На лицо хорошенькая: курносый нос, румяные щёки, большие карие глаза, губы бантиком. Одета она в шерстяную бордовую юбку, тёплую белую рубаху с вышивкой по горловине. Женщина буквально излучала тепло и заботу.

Вода уже согрелась. Пойдем, я тебе тут ванну сделаю. Мы моемся в основном в бане, но сейчас затопить баньку мы не успеем.

Роза шустро меня вытолкала в соседнее помещение, отделенное от основного бордовой занавеской в цветочек. Все же на этом этаже не только одна комната.

Это оказалось небольшое помещение с деревянной же ванной по центру, двумя бочками, полными воды, с одной стороны, комодом и парой ведер с другой,