Клыки - К. Л. Спир

Я сжала губы и попыталась взять себя в руки.

— Боунс, я не виню тебя за то, что сделала Мадам, — сказал он таким нежным голосом. — Я не поэтому не пришел повидаться с тобой.

Почему мне было еще хуже, когда люди не винили меня? Что, черт возьми, я должна была делать со всем этим чувством вины?

— На самом деле это было двояко, — продолжил Немо. — Я подумал, что тебе тоже нужно время, чтобы прийти в себя. Я не хотел, чтобы тебе пришлось иметь дело с этими травмами так скоро после, э-э, всего. Вторая причина в том, что у меня… — Он прочистил горло и провел рукой по своим редеющим седым волосам. — Я глубоко не люблю врачей, лечебницы и большинство медицинских вещей — не из-за тебя. Это то, с чем я сталкивался большую часть своей жизни.

— На самом деле ты первый целитель, которому я смог позволить обследовать себя за, ну, много-много лет. Когда я заболел этой болезнью, я не позвал тебя. Я убедил себя, что смогу переждать. — Он поморщился. — Глупость человека, я полагаю. Смит был тем, кто обнаружил, что мне плохо, и послал за тобой. Твоя целительная сила невероятна, Боунс. Даже под сторожевой башней, когда ты исцеляла меня, это была такая долгожданная передышка от боли. Не только потому, что ты исцелила мое физическое тело, но и потому, что ты вложила свои эмоции в свою силу.

Мое сердце забилось быстрее, когда я уставилась на него.

— Я чувствовал твое сожаление, твой ужас, твою боль от того, что ты была вынуждена сделать. Пока ты лечила меня, это было больше, чем просто облегчение боли. Это было похоже на утешение, на что-то настолько мощное, что на мгновение укрыло от всего. — Он улыбнулся, его глаза заслезились. — Если бы ты не была рядом, давая мне эту передышку, я не знаю, смог бы я выдержать эту боль. Я мог бы сломаться и отказаться от имен, и погибло бы больше хороших людей.

Он сделал паузу, глядя на меня, пока я изо всех сил старалась не потерять контроль над своими эмоциями.

— Я также знаю, что это было не только со мной. Я поговорил с Мист, чтобы узнать, чувствовала ли она то же самое, когда ты исцелила ее. Она заговорила об этом без всякой подсказки. Она стала по-настоящему яростной, защищая тебя. Кажется, она предположила, что я собираюсь наказать тебя, и она не собиралась этого терпеть. — Он снова улыбнулся, и от доброты в его глазах у меня потемнело. — Я верю, что все, кого ты исцелила в той комнате, чувствовали то же самое. Они знали твою боль и чувствовали твой комфорт. Ты, вероятно, дала силы держаться большему количеству людей, чем ты даже думаешь.

Мист. Я также не проверяла, как она. Сэм придвинулся ближе, и я заметила, что он протягивает мне еще один носовой платок. Я взяла его со слезящимся выражением благодарности на лице.

— Трей знал, что ты сыграешь важную роль в освобождении крепости от Мадам. Он много раз говорил мне, что ты не просто лечишь людей. Ты даришь им надежду. Когда он пришел и сказал мне, что едет с тобой, чтобы помочь тебе сбежать от Мадам, я поначалу не хотел отпускать тебя. Он ясно дал понять, что не спрашивает разрешения, а сообщает мне об этом из вежливости.

Теперь я действительно плакала. Сэм обнял меня за плечи.

Немо снова откашлялся, и на его лице отразилась боль.

— Он заставил меня пообещать, что если что-то случится и вас двоих затащат обратно в Убежище, я сделаю все, что в моих силах, чтобы убедиться, что ты выживешь. Он был готов пожертвовать своей жизнью ради здешних людей, но он был непреклонен в том, что мы не могли позволить Мадам убить тебя — убить надежду, которую ты подарила стольким людям.

Боль в груди была невыносимой. Так много эмоций бушевало во мне. Ярость, горе и любовь смешались воедино. Сэм тоже обнял меня другой рукой, и я слышала его прерывистое дыхание.

— В конце концов, я мало что мог сделать, так как Мадам посадила меня под замок, но я хотел, чтобы ты знала, что Трей понимал риск, когда решил помочь тебе сбежать. — Последовала короткая пауза. — Я коротко переговорил с Маком перед их отъездом, и он сообщил мне, что рассказал тебе о радиограмме Трея.

Я напряглась.

— У него не было времени посвятить меня во все подробности, но он сказал, что ты была очень расстроена, что он не рассказал тебе раньше. Боюсь, это была бы моя ошибка. Я надеялся дать тебе немного времени и велел остальным подождать. — Он тяжело вздохнул. — Я надеюсь, ты простишь старику его ошибочную попытку защитить тебя.

Руки Сэма сжались вокруг меня. Я сделала глубокий, прерывистый вдох и подняла голову, слегка поморщившись от состояния рубашки Сэма из-за моих слез. Немо печально улыбнулся, когда я встретилась с ним взглядом.

— Это все, что я хотел сказать, но если у тебя когда-нибудь возникнут какие-нибудь вопросы, всегда пожалуйста, Боунс.

— Эмбер, — хрипло сказала я.

Брови Немо вопросительно приподнялись.

— Меня зовут Эмбер.

Он улыбнулся, его глаза потеплели.

— Значит, Эмбер.

— О, чуть не забыл, — сказал Сэм, его голос был почти таким же хриплым, как у меня, — у Мака для тебя сообщение.

Немо выглядел удивленным, но жестом попросил Сэма продолжать.

— Эмми попросила его вернуть Лану, чтобы она могла вылечить ее, так что они возвращаются с ней.

Немо взглянул на меня, но не выглядел удивленным.

— Спасибо, Сэм. Я приму необходимые меры. Они уезжают сегодня или завтра?

— Завтра утром.

Немо кивнул, его взгляд стал немного отстраненным.

— Хорошо. Я сообщу остальным.

— Спокойной ночи, сэр, — добавил Сэм, подталкивая меня к двери.

Мы не разговаривали, пока не вышли из дома Немо. Снаружи было темнее, чем я ожидала. Мы пробыли там некоторое время. Сэм втянул в себя воздух и порывисто выдохнул.

— Ну, это было… хорошо.

— Не знаю, смогу ли я сейчас съесть свой ужин, — сказала я дрожащим голосом.

— Честно говоря, я тоже, — пробормотал он.

— Мы можем пойти домой?

— Да, — он взял меня за руку и сжал ее. — Пойдем домой.

Когда мы вошли в лечебницу, Так поднял глаза от того места, где он сидел у дровяной печи, листая книгу. Его брови приподнялись, когда он оглядел наши слегка растрепанные, заплаканные лица.

— Все в порядке? —