Сладострастие. Книга 2 - Ева Муньос

Я обнимаю ее.

— Спасибо.

— Я люблю тебя. — Она целует меня в лоб. — Прими душ и надень что-нибудь удобное, девочки скоро придут.

Она уходит.

Я просматриваю записи своего первого года здесь, когда я была всего лишь простой курсантом в учебном центре. Моей единственной целью и заботой было стать лучшей в своей группе. В этой школе я познакомилась с Брендой, Ириной и Лайлой.

Перечитываю страницы, заполненные благодарностями, наградами и фотографиями лучших за год, среди которых Братт и Паркер, которые попали в новости за свою отличную работу в том году.

Любопытно, в каком порядке Луиза разместила их фотографии: одна напротив другой в одном разделе, ведь в то время она и понятия не имела, что они ненавидят друг друга до смерти.

Перечитываю небольшую надпись внизу.

Сержант: Братт Льюис Фрей.

Англичанин. Сын генерала Джозета Льюиса и Марты Фрей. Пять наград за: храбрость, стратегическое мышление, планирование, боевые навыки и военные операции. Благодарность за участие в международной команде по хоккею и регби.

На другой стороне — фотография Паркера.

Сержант: Доминик Паркер Вебер.

Немецкого происхождения. Сын командира Райана Паркера и Элоизы Вебер. Второй лидер своей группы, четыре награды за: храбрость, меткость, навыки поиска и солидарность. Благодарность за вклад в группу солдат, поддерживающих искусство. Обладатель премии за лучший рисунок в номинации «Художественные таланты.

Я просматриваю информацию о Паркере... Медаль за солидарность? Художник? Не могу поверить, что это тот же ворчливый тип, с которым я сталкиваюсь каждый день. Меня заинтриговало, и я решила поискать этот самый рисунок-победитель. Нашла его в конце, там была фотография, на которой он лежал рядом с холстом. Я присмотрелась к фотографии, в то время он мне нравился, и было приятно слышать, как он произносит мое имя по-немецки; конечно, он был совсем не таким, каким является сейчас. Я сосредоточиваюсь на портрете, его не видно ясно, но в нем есть кое-что знакомое. Единственное, что можно разглядеть, — это название работы: — Селеста.

— Ты еще не переоделась? — спрашивает Бренда, прислонившись к дверному косяку.

— Я как раз собиралась. — Я закрываю альбом.

Она опускается рядом со мной, ее беременность уже заметна.

— Ты знала, что Паркер художник? — спрашиваю я по дороге в ванную.

— Да, он преподает на альтернативных курсах.

— Я представляла его всем, кроме художника. — Я снимаю футболку. — Когда он вернулся, он вел себя как диктатор, и я не могла не сравнивать его с Гитлером.

— Все в отряде видят его так же, хотя нельзя отрицать, что он очень хороший солдат и художник. У него даже две картины выставлены в небольшой галерее.

— Откуда ты это знаешь?

— Однажды он уронил брошюру, и я всегда вижу такие же листовки, когда бываю в его офисе.

— Иногда я вижу только то, что мне выгодно.

— Иди в душ, — говорит она, включая телевизор, — потому что мы скоро начнем.

После душа я присоединяюсь к группе женщин, которые порхают и болтают по всей комнате: Лайла, Ирина, Бренда, Лоренс, Лулу, Александра и... Анджела.

Я приветствую ее небольшой улыбкой. Сказать, что я не ревную, все равно что сказать, что слоны розовые. Ее отношения с Кристофером более чем подтверждены, это тема, которую все обсуждают в коридорах и кафе.

— Девочки, — Лайла забирается на диван, — сегодня мы собираемся проститься с девичьей жизнью Луизы. В связи с последними событиями алкоголя не будет, но веселья будет много.

Все в один голос кричат.

— Давайте поприветствуем самую сексуальную девушку из всех!

Луиза выходит в пижаме с очками в форме звезд и кучей пушистых пашмин вокруг шеи, напоминающих мне о моих подростковых годах.

— Я не смогла отделаться от Анжелы, — комментирует Александра, стоя рядом со мной, — Ирина настояла, чтобы я привела ее.

— Неважно, — отвечаю я. — Она не виновата в том, что происходит, просто пытается завести друзей.

Вечер начинается с шуток, еды и веселья. Я стараюсь насладиться моментом, ведь такие моменты бывают редко, но остаются в памяти на всю жизнь.

Мы поем караоке, жарим маршмеллоу и подглядываем за соседом Луизы, который, по словам Лулу, является тренером в спортзале.

Я стараюсь, чтобы Луиза наслаждалась каждой секундой. Я был ужасной опорой для нее, и, несмотря на то, что у меня сейчас все плохо, я не могу быть эгоисткой и отказывать ей в счастье.

69

«ЖИВУЩИ СЧАСТЛИВО ВМЕСТЕ»

Братт

Морской бриз проникает сквозь мою футболку, солнце светит, а Средиземное море сверкает, разбиваясь о волны. Я тащу чемодан, а Саймон идет рядом.

— Приятно вернуться домой, — говорит он.

Я похлопываю его по плечу. С тех пор, как мы сели в самолет, он стал немного бледноватым и потеет больше обычного.

— Постарайся успокоиться. Ты испугаешь Луизу.

— Я знаю, просто я... я нервничаю и мне нужно немного дезодоранта.

— Саймон! — кричат вдали.

Девушка с черными волосами машет руками, привлекая внимание.

— Аура! — Он бежит к ней и обнимает ее. — Я уезжаю на месяц, а ты становишься гигантом.

— Братт, давно не виделись... — приветствует она меня.

Я улыбаюсь, это младшая сестра Саймона. Я видел ее два или три раза за все время, что знаю его.

— Как все? — спрашивает Саймон, садясь в маленькую машину.

— Сумасшедшие и отчаянные, — отвечает девушка, садясь за руль.

Я изо всех сил стараюсь не сломать ноги, устраиваясь на сиденье.

— Подруги Луизы приехали час назад. — Она заводит машину. — Она похожа на курицу-маму, бегает туда-сюда, организуя все необходимое.

— Одного года им не хватило, чтобы все подготовить?

— Не будь неблагодарным. — Она ударяет брата кулаком. — Мы просто хотим, чтобы это был лучший день в их жизни.

Они разговаривают между собой, а я любуюсь прекрасным пейзажем острова. Улицы находятся всего в нескольких метрах от моря, ветер приносит с собой запах и влажность океана. Путь занимает недолго, и мы останавливаемся у дома Саймона. Его отец ждет его на тротуаре.

Я знаю его много лет, так как он несколько раз бывал в Лондоне. Я приветствую его рукопожатием и отступаю, позволяя ему обнять сына.

— Давайте быстро пообедаем, — приглашает он нас в столовую, — потому что мама Саймона ждет нас в отеле.

Он совсем не похож на своего сына: у Саймона черные волосы и голубые глаза, не такие, как у Рэйчел, его глаза более темные, настолько, что иногда кажутся черными, а у его отца каштановые волосы и карие глаза.

Я несколько раз пытался найти в нем сходство с