Вопреки твоим обидам - Дина Сдобберг

Перед тем, как я женился в первый раз, она куда-то пропала в доме моей матери. Да я и не настаивал. Женщина, которую я тогда выбрал, высмеивала наши обычаи, говорила, что это дикость. И этого дара не оценила бы.

А перед моим отъездом из дома за Куницей мама вернула мне мою добычу.

— Не для Алии был этот дар, — сказала мне мама. — А теперь пригодится. Положишь под ноги своей судьбе.

Лена сидела на кровати, расчёсывая волосы после душа, когда я вошёл в комнату с этой шкурой на вытянутых руках.

Лена внимательно наблюдала за мной. Когда я опустился на колено и положил шкуру к её ногам, она отложила расчёску.

— Ты говорил, что шкуру самолично добытого волка дарят невесте, — оказывается и эти мои рассказы она тоже хорошо помнила.

— Да, — кивнул я, целуя её ладонь. — Ты же выйдешь за меня?

Четыре года спустя.

— Товарищ майор, ваша жена в здании, — предупредил меня дежурный на входе, позвонив по внутреннему телефону.

— Хорошо, — ответил я и стал ждать.

Ждать пришлось недолго.

— Что случилось? — спросил её я, так как просто так у меня на работе Куница не появлялась.

— Вот что случилось! — положила она на стол передо мной заключение Алины. — Ты мне объясни, это что за монголо-татарское нашествие?

— Понятия не имею, я ни к монголам, ни к татарам никакого отношения не имею, — улыбался я. — А тут написано, что моя жена снова в положении.

— Третий раз за четыре года! — со вздохом опустилась на стул рядом с моим столом Куница. — Мы потянем?

— Я думаю да, — присел перед ней на корточки я и обхватил её ноги. — Если ты согласишься.

— Надеюсь, что хоть в этот раз будет девочка! — фыркнула моя Куница. — Назовём как бабушку. Может тогда она двух старших станет меньше баловать?

— У моей матери огромное и любящее сердце, так что можешь не надеяться, — улыбался я. — Но можешь попробовать назвать младшего Сайхан, внимание бабушки на пару минут точно отвлечёт.

— МладшЕГО? — прищурилась моя любимая Куница.

— Сыновья рождаются от страсти, девочки от нежности, — шептал ей на ушко я. — Много ли в наших ночах нежности, моя хищная Куница?

Эпилог

Город будоражили слухи. Никто ничего точно не знал, от того всё большим количеством подробностей обрастало странное происшествие, случившиеся совсем недавно.

Неожиданно все рекламные видеощиты стали транслировать короткий ролик с моментом, когда две девушки подходят к машине, одна из них вдруг делает шаг назад, явно отказываясь садиться в машину. Тогда из машины выскакивают два мужчины в глухих масках и силой затаскивают девушку в машину.

Весь город замер. Все прекрасно понимали, чем грозит девушкам подобное. Особенно, когда девушка из хорошо известной всем семьи. А на видео был момент похищения дочери мэра, Ясмины.

Её отец, прийдя к власти в городе много лет назад, когда ещё сама Ясмина лежала в люльке, уже почти двадцать лет бессменно руководил городом. И подобные вещи, казалось, навсегда остались в прошлом. Заур жёсткой рукой пресекал любой разгул криминала. И ссылка на право на месть и подобные отголоски обычаев для него оправданием не являлась.

Особую пикантность подобной политики мэра придавал тот факт, что сам он был крепко повязан хоть и дальними, но родственными узами сразу с двумя кланами, фамилии которых в первую очередь с тем самым преступным миром и ассоциировались. Агировы и Тахмировы.

Впрочем, для нового поколения это были лишь слухи. Для них чаще эти фамилии мелькали в связи с огромным курортом или аквапарком, спортивным комплексом, занимавшим почти целый квартал, и спонсированием городских реконструкций и мероприятий.

Тем значимее было происшествие с дочерью мэра и отсутствие хоть какой-то реакции со стороны её отца и родственников.

Вот и сейчас Заур обедал в достаточно популярном ресторане вместе с Амираном Тахмировым, они что-то обсуждали и даже смеялись.

— Доброго дня уважаемые, — подошёл к ним один из тех, чья семья по-прежнему цеплялась за решения старейших, сходы и особые права.

— И тебе всего хорошего, Наиль, — ответил ему Амиран. — Ты что-то хотел? Присаживайся, чего стоять за разговором?

— Да, смотрю, отдыхаете, думаю, надо подойти, — улыбался мужчина, вот только взгляд выдавал жадность до чужого горя. — Заур, что-то разговоры по городу совсем непонятные идут. Ты скажи, если помощь нужна. Поиски организуем.

— Ты о чём? — не сразу понял Заур. — А, якобы о похищении Ясмины?

— Такое горе, как пережить, — начал активно сочувствовать Наиль с шакальим блеском во взгляде, не замечая подошедшего сзади Рамира Тахмирова. — Подожди, что значит "якобы"?

— Свадьба у нас, — ответил ему Рамир, заставив Наиля резко обернуться. — Вот брат и решил, чтобы всё красиво было. С похищением, с богатым выкупом и гуляниями на неделю.

— Свадьба? — сразу погас огонь любопытства во взгляде незванного помощника.

— А чего тянуть? Дети давно выросли, о том, что они жених и невеста мы ещё с рождения Ясмины договорились. Пора бы уже, — ответил ему Амиран.

— Хочется молодёжи романтики и адреналина, — усмехнулся Заур. — А то волнений то не было, отцы договорились, всё за них решили.

— Это и правильно, Заур. Кто лучше отца для дочери мужа выберет? Наши предки не зря такое правило ввели, — потерял интерес к слухам Наиль, да и очевидно же. — А здесь зал смотрите, где застолье устраивать?

— Да такое событие, хочется со всеми радостью поделиться, но сколько не смотрю, а всё у нас, на курорте, кажется, что лучше будет, — ответил ему Заур.

— А вы что, поверили, что действительно кто-то Ясмину похитил? — мягко уточнил Рамир, едва заметно улыбаясь. — Весь город знает о том, что Ясмина невеста Арлана Тахмирова. На неё взглянуть косо, значит нас, Тахмировых, оскорбить. Кто на это отважится? Где этот герой?

— Да думаю, что все гадают, что это за новые развлечения у молодых такие, — выдавил улыбку Наиль. — А как два и два сложат и о свадьбе догадаются, всё на свои места и встанет.

Наиль поспешил уйти не только из-за столика, но и из ресторана вообще. Рамир Тахмиров унаследовал от отца высокий рост и достаточно изящное, даже сухощавое, телосложение. Вот только мало кто обманывался на его счёт. Да и взгляд у парня был такой, что сам по себе проступал холодный пот у вызвавших его недовольство. И этот вкрадчивый тон был явно плохим знаком.

— Что с Ясминой? — тихо спросил Заур, убедившись, что