Лекарство для преступника - Николь Найт

Роман кивает. — Нам повезло с такими друзьями. Даже если ты ещё официально её не встретила.

— Уверена, она мне понравится. Кто уживается с Джо, тот точно святой.

— Очень верно. Хотя то же самое можно сказать и про меня.

— Ты не так уж плох, — улыбаюсь, приподнимаясь в кровати. — Просто слегка вспыльчивый.

— Скорее горячий и возбужденный, — смеётся он. — Сколько недель врач сказал подождать, прежде чем мы сможем снова заниматься сексом? Роман был терпелив, но мы оба отчаянно ждём возможности наверстать упущенное.

— Он сказал ещё три недели для активной нагрузки… но если ты будешь нежным…

Глаза Романа расширяются, на губах появляется соблазнительная улыбка. — О, я могу быть нежным. На самом деле, я даже не показывал тебе, насколько могу быть нежным. Почему бы тебе не лечь и не позволить мне позаботиться о тебе так, как ты заслуживаешь?

— Как мне отказаться от такого предложения? — Роман мягко касается моих губ, и я откладываю сэндвич в сторону. Еда может подождать. Я хочу кое-что другое.

ШЕСТЬ НЕДЕЛЬ СПУСТЯ

Роман крепко держит меня за руку, когда мы выходим из зала суда. На улице в Лас-Вегасе стоит невыносимая жара, но это не мешает толпам репортеров собираться у здания на вынесение приговора доктору Бауэру.

— Мистер Моланари, как вы считаете, приговор был справедливым?

— Как вы себя чувствуете, Мэдисон?

Они кричат вопросы, но Роман уверенно проводит нас через толпу до грузовика. Как только мы садимся внутрь, я наконец ощущаю, что могу свободно дышать. Несколько минут назад Бауэр был приговорён к пожизненному заключению без возможности условно-досрочного освобождения. Это высшая мера наказания, которую он мог получить, и ощущение облегчения просто невероятное. Он действительно уходит навсегда и больше никогда не сможет никому причинить вред.

Сначала было тяжело это переварить. Этот человек был моим наставником. Я восхищалась им и почти всё, что знаю о медицине, узнала от него. Мало ли что происходило за кулисами… Меня тошнит от мысли, что я была частью этого, но я знаю, что ничем не могла предугадать его настоящие намерения, и Роман постоянно напоминает мне об этом.

Между нами всё лучше и крепче, чем когда-либо. Мы устроились в новом ритме жизни с Тайем, который кажется таким естественным и правильным, что я едва помню, какой была моя жизнь раньше. Мои родители уже несколько раз навещали нас, и это было очень приятно. Хотя наши отношения с ними никогда не будут идеальными, они полностью приняли роль бабушки и дедушки для Тайя. Возможно, это своего рода второй шанс, но они обожают его, и он отвечает им взаимностью.

Роман кладёт руку мне на колено, пока мы выезжаем, лавируя между людьми. — Ты в порядке?

Я киваю. — Наконец-то я чувствую, что всё закрыто с этим человеком. Он больше не сможет нам навредить.

— Верно, дорогая. И я уверен, что в тюрьме он получит всё, что заслуживает.

— Откуда такая уверенность? — подозрительно смотрю на него. Роман прекрасно умеет держаться в стороне от всего, что связано с доктором Бауэром, но у него тоже есть пределы. Бауэр покусился почти на всех, кого Роман любил, только из-за зависти к его успеху, и если честно, я понимаю, откуда у Романа это чувство. Иногда мне самой хочется немного возмездия.

Роман смеётся, не глядя на меня. — На публике просто предчувствие. А между нами, у меня есть друзья в довольно «тёмных» местах, которым нечего терять. Бауэр долго не протянет за решёткой.

— Неплохо слышать это, хоть и немного неправильно, да?

— Совсем нет, — качает головой он.

— Куда мы едем? — замечаю, что Роман свернул с шоссе, а не поехал домой.

— Хотел просто проветрить голову после суда этим утром. И у меня есть сюрприз для тебя.

— Какой сюрприз? — спрашиваю, когда он сворачивает на гравийную парковку.

— Расслабься. Пошли. — Он помогает мне выйти из грузовика. Я уже сняла гипс несколько недель назад, но всё ещё чувствую боль, если долго стою.

Я иду за ним по дорожке в парк, где стоит небольшая скамейка. Когда мы подходим ближе, я вижу, что это скамейка в память о Талии.

— Этот город хранит много воспоминаний для моей семьи, и большинство из них плохие, — начинает Роман. — Я потерял жену, чуть не потерял сына, и чуть не потерял любовь всей моей жизни. Раньше я любил Лас-Вегас, особенно когда мы только переехали сюда, но теперь он как будто душит.

Он продолжает смотреть на скамейку, и я беру его руку, поглаживая её тыльную сторону. Роман тяжело выдыхает и достаёт что-то из кармана. Сначала я думаю, что это кольцо для помолвки, но вижу лишь лист бумаги. — Я много думал, и теперь, когда я немного отошёл от дел организации, думаю, пришло время переезда.

Я поднимаю брови от удивления. — Переезд?

Роман кивает, протягивая мне листок. На нём напечатаны три билета в один конец в Сан-Франциско: для меня, для него и для Тайя. — Я знаю, что твоя должность останется за тобой в следующем году, но думаю, нам стоит поехать сейчас.

— Ты серьёзно? — пытаюсь всё осознать. — Я думала, ты не можешь покинуть Вегас. А как же работа?

— В Сан-Франциско одни из крупнейших портов мира. Раньше я занимался в основном наземными перевозками, но с доступом к портам… — он поднимает бровь и улыбается. — Скажем так, переезд пойдёт нам всем на пользу.

Я резко смеюсь. Сложно всё осознать, но честно говоря, он прав. Время идеально подходит — Тай скоро будет на каникулах, и у нас будет достаточно времени найти жильё и обустроиться до его возвращения в школу. Я тоже с нетерпением жду возвращения к работе. Перерыв был приятным, но сидеть сложа руки я не умею; отдых сделал меня немного невыносимой.

— Ты уверена в этом?

— Абсолютно, — берёт мою руку Роман. — Как я сказал, я готов оставить прошлое позади и начать создавать новые воспоминания с тобой. И с нашей семьёй. Так что, как тебе идея?

Я не могу не улыбнуться. — Звучит невероятно.

— Надеялся на такой ответ. — Широкая улыбка Романа. Он подхватывает меня на руки, кружит и целует.

Новый старт звучит потрясающе, а новый старт для нас троих — ещё лучше.

Свежий старт. Место, где мы можем строить нашу жизнь вместе, где будем растить детей. Место, полное приключений, возможностей и всего нового. Кажется, что мы закрываем дверь на тяжёлую главу в нашей жизни и вместе шагаем к