Юленька и дракон. Дело вдовы Завадской - Адель Хайд

— Ой! — вдруг запнулась Агриппина, аккурат, когда мы про огурцы начали обсуждать.

— Что такое, Агриппинушка? — спросила я.

Агриппина замялась, напомнив мне ту неуверенную девицу, которая сомлела при виде князя Северского.

— Я же забыла! — сказала она наконец. — Тебе же доктор с драконами запретил общаться!

Я прикрыла рот рукой, стараясь не засмеяться, и посмотреть, как Агриппина выкарабкается

— Но знаешь, что, Юленька, ты за столом поближе садись. Постарайся держаться подальше от мужской части семьи Голицыных.

Ну, этому не суждено было сбыться. В общем-то, Агриппина и сама понимала, что по этикету не положено дамам друг с другом ютиться, как тогда мужчины будут за дамами ухаживать.

И рассадили нас с ней в разные концы стола, чтобы представители бравой части семьи Голицыных могли за нами поухаживать.

Обед прошёл сытно и интересно. Сначала нам дали насладиться едой, тут было что попробовать. И расстегаи с курицей, и пироги с капустой, и густые щи с потрошками, в семье Голицыных предпочтение отдавалось всё же местной кухне, а не модным заграничным веяниям, когда в бульоне и поймать нечего.

На горячее давали мясную томлёночку, или можно было рыбки откушать. Судя по вкусу и аромату, ещё утром судачок в Волге плавал.

А когда ожидали десерт, то генерал-лейтенант Голицын, глава семейства, в прямой военной манере поинтересовался:

— Купили ли вы уже фабрику?

— Нет, — ответила я. — Пока думаем, надобно ещё одну посмотреть.

— Даже не думайте, Юлия Павловна! — сказал он. — Фабрика Кондрашова достойна покупки, может и не новая, но стоит на реке, есть возможность достроить что-то. — Князь надо сказать, прямо мои мысли с «с языка снимал», и вдруг добавил, — вот только фабрика выпускает всякую ерунду — бархат, плюш…

Я обратила внимание, что супруга Голицына сделала такое лицо, как будто она ему на ногу наступила. Но он, видать, привычный, виду не подал.

— Разве же это дело? — продолжил князь. — Разве ж стране это надобно?! Я вот слышал, ваша фабрика ткацко-прядильная сейчас большой заказ делает для армии. Видел уже поставки, отличное, отменное, надобно сказать, качество! Вот и здесь, на нашей фабрике, тоже надо для армии выпускать!

А мне вдруг в голову идея пришла, что надо бы попробовать нитку такую придумать наподобие кевларовой, и шелко-ткацкое производство как раз для этого подходило, чтобы в армейское сукно вплетать. Пулю, конечно, не задержит, но удар штыка или кинжала выдержать сможет.

И я, видимо, задумалась, потому что князь Голицын вдруг хлопнул рукой по столу:

— Вот! Наш человек! Видно сразу — я только идею подал, а Юлия Павловна уже её продумывать начала!

Я улыбнулась:

— Да идей у меня много, Иван Петрович. Мне бы вот только знаний побольше.

— Так этим мы вам поможем! Сева! — сказал он, обращаясь к младшему сыну, который, по словам Агриппины, занимался больше аграрными проектами. — Вот у тебя же целая лаборатория. Можем ли мы помочь Юлии Павловне с её задумкой?

Всеволод Голицын взглянул на меня:

— А чего же не помочь? Конечно, сможем. А в чём задумка-то?

— Ну, — решилась я высказать, — вот бы нитку такую, чтобы смешивать с обычной и вплетать в сукно армейское. И чтобы она удар кинжала или штыка выдержала.

За столом установилась