Минутку, пожалуйста - Эми Доуз

Я хочу подарить ей весь мир.

И если Дин откроет эту дверь и скажет, что может дать ей больше, чем я, он чертовски ошибается.

Дин открывает дверь, стоя передо мной в одних трусах. В доме темно, и он щурится от света фонаря на крыльце, как раз когда я замечаю позади него знакомую брюнетку, завернутую в простыню.

Во мне вспыхивает ярость, и я отвожу руку и расчетливо бью Дина в лицо. Он бревном падает на пол, а я трясу пульсирующей рукой и топаю мимо его стонущего тела к Линси.

Я останавливаюсь на полушаге, когда брюнетка оборачивается.

Только это не Линси.

Блядь.

У Дина из носа хлещет кровь.

— Ты гребаный идиот! — ревет Дин, схватившись за лицо. — Кажется, ты сломал мне нос.

Спустя несколько мгновений мы оказываемся в ванной Дина, и я лечу его рану. Незнакомка убежала наверх, прячась от психа, который только что вправил нос человеку, на которого напал, и держит его за переносицу, пока кровотечение не остановится.

Голос Дина звучит гнусаво, когда он говорит:

— Тебе лучше не выставлять за это гребаный счет.

Я закатываю глаза.

— Просто скажи, где Линси, и я уберусь отсюда.

Он вырывается из моих рук и заменяет мои пальцы своими.

— Она у Кейт, чертов психопат.

Я хмурюсь, потому что вчера был с Майлсом, а тот не сказал мне ни слова.

— Она жила не у тебя?

— Нет, — гнусавит он. — Она отказалась остаться у меня из уважения к тебе. Ты даже не представляешь, как сильно она тебя любит, мудила.

От этих слов грудь стискивает от боли, потому что я все еще боюсь, что это не правда. После всего, что я наговорил, всего, что сделал… вдруг она уже не испытывает ко мне прежних чувств?

— Я тоже ее люблю. — Эти слова странно ощущаются у меня на языке. Странно, но правдиво.

Дин пронзает меня серьезным взглядом.

— Ты любишь Линси?

Я киваю.

— Иначе я бы тебя не ударил.

Брови Дина взмывают вверх, и, что удивительно, уголки его губ приподнимаются в улыбке.

— Ну, по крайней мере, теперь я знаю, что ты будешь за нее бороться.

Посещение другого дома оказывается гораздо более плодотворным, потому что Кейт открывает дверь с широкой улыбкой.

— Наконец-то, черт возьми.

Я тяжело выдыхаю и смотрю мимо нее в дом.

— Линси здесь?

Майлс, сидя на диване в гостиной, ловит мой взгляд и виновато улыбается.

— Как дела, доктор Мудак?

В ответ на его приветствие я поджимаю губы.

— Мог бы сказать, что она здесь.

Он мотает головой.

— Всегда принимай сторону своей дамы. Если бы ты это знал, то не оказался бы в таком затруднительном положении.

— Могу я увидеть Линси? — Я с головы до ног вибрирую от напряжения при мысли о том, что снова ее увижу. Кажется, прошли месяцы, хотя на самом деле всего неделя.

Кейт кивает и, не сводя с меня глаз, голосит во всю глотку:

— Линси, твой широкий жест здесь! — Лицо Кейт искажается, когда она тычет пальцем мне в грудь и, прищурившись, говорит: — Тебе лучше иметь наготове громкую речь, или я упаду на колени и буду бить по твоим причиндалам так сильно, что у тебя месяц не встанет.

Я поднимаю руки вверх, сдаваясь, и тут мое внимание отвлекает появившаяся за спиной Кейт Линси.

На ней пижамные штаны в цветочек и розовая кофточка, она слишком красива, чтобы быть сейчас так далеко от меня.

— Мы можем поговорить? — спрашиваю я, когда она подходит ближе к двери.

Она бросает нервный взгляд на Кейт, которая ободряюще потирает ее руку. Глубоко вздохнув, Линси выходит на крыльцо. Желтый свет фонаря отбрасывает на нас тусклый свет посреди жаркой летней ночи.

Я смотрю на живот Линси, мне не терпится прикоснуться к нему, и я нерешительно спрашиваю:

— Как ты?

— В порядке. — Она потирает руки и проходит мимо меня, чтобы встать перед качелями на крыльце.

— Тебе холодно? — спрашиваю я, указывая большим пальцем на дверь. — Мы можем войти внутрь.

Она отрицательно качает головой.

— В последнее время мне все время жарко.

— Гормоны, — поясняю я.

Она прикусывает нижнюю губу и жует ее.

— О чем ты хотел поговорить?

— О нас. — Я пожимаю плечами. — Я скучаю по тебе, Джонс. Мне безумно тебя не хватает.

Надув щеки, она с силой выдыхает.

— Я тоже скучаю по тебе, Джош, но...

— Но, — прерываю я, вставая перед ней. У меня руки чешутся обнять ее. Мой язык жаждет ощутить ее вкус. Тело отчаянно хочет почувствовать ее. — Но я был гребаным мудаком.

Она печально кивает.

— Мудаком с большой буквы.

— Доктором Мудаком, — добавляю я в надежде заставить ее улыбнуться.

Она не улыбается.

— Джош, это не смешно.

— Знаю, и я пришел сюда не смешить. Я пришел сюда, чтобы вернуть тебя.

— Это будет не так просто, Джош. Я хочу большего, чем мы были раньше. Я люблю тебя, безумно, и не хочу быть с тобой лишь наполовину. Я хочу тебя всего — хорошего и плохого. Хочу, чтобы ты разобрался со своим прошлым. Вот почему я девятнадцать раз звонила в больницу Джона Хопкинса, пока не связалась с Кайлой, с которой, кстати, чертовски трудно связаться.

— Почему ты пыталась дозвониться до Кайлы?

— Потому что хотела связаться с Марком. Тебе нужно поговорить с ним и разобраться с демонами прошлого.

— Подожди... что? — сдавленно спрашиваю я. — Это ты уговорила Марка навестить меня?

Она удивленно поднимает брови.

— Марк приходил к тебе?

— Да. — Я смеюсь. — Вчера вечером он пришел в больницу, чтобы поговорить со мной.

— Я не знала, — отвечает Линси, с любопытством моргая. — Кайла сказала, что сделает несколько звонков. Она так и не сообщила мне, чем все закончилось.

Мое сердце воспаряет к женщине передо мной, которая еще не отказалась от меня. Теперь я хочу показать ей, что это не зря.

— Я тебе кое-что принес.

Я роюсь в заднем кармане и достаю письмо Марка, полученное больше года назад. Письмо, которое я нашел в развалинах детской. Письмо, которое я слишком боялся вскрыть из-за слов, которые могли в нем содержаться.

— Я хочу, чтобы ты прочла его. — Я протягиваю ей письмо. — Я не открывал его, потому что в нем хранится очень темная часть моего прошлого. Прошлого, которое, как мне казалось,