Во власти чувств - Эмилия Вон

меня за то, что я сделаю с ее отцом, и никогда не сможет простить, как бы я ни старался заполучить ее доверие и любовь. О каком доверии могла идти речь, если я своими руками уничтожу ее отца?

Каждая клеточка мозга кричала, что это нелогично, что у нас и так нет шансов – Маттео никогда не позволит этому случиться, – но я противился. Чертово сердце не принимало эту правду. Я страшно запутался и не знал, как выбраться из этой ситуации.

Как я оказался в ней?

Всего год назад моей заботой были мысли, где и с кем я проведу ночь, какой клуб мы посетим с друзьями сегодня. А сейчас я был по уши в дерьме, из которого, складывалось ощущение, я не найду выхода.

– Нет! Не надо! Пожалуйста!

Крик Адрианы рассек тишину в доме и заставил меня схватиться за пистолет, лежавший на столе. Однако когда я обернулся, я не увидел никого, помимо девушки, застрявшей в пучине кошмара.

Я убрал оружие, закрыл ноутбук и направился к ней. Адриана перекатывалась на кровати из стороны в сторону, пот стекал с лица, глаза зажмурены, из них текли слезы, терзающие мою грудь. Ей было больно.

– Отпусти, пожалуйста. Нет. Нет! – повторяла Адриана, не просыпаясь, поэтому я аккуратно положил руку ей на плечо, чтобы медленно и осторожно вывести из сна.

– Эй, принцесса, это я – Алессио. Открой глаза.

Она не реагировала, лишь неистово повторяла:

– Нет! Прошу!

У нее давно не было кошмаров, но сейчас они захватили ее, страдание и боль на ее лице отражались слишком ярко, задевая и какую-то частичку меня.

Сев на кровать, я притянул дрожащее тело к себе, поглаживая спину и волосы, чтобы успокоить и помочь ей выбраться из ужаса, в котором она неосознанно заперла свой разум. Я нашептывал ей слова, которые, надеялся, помогут:

– Ш-ш-ш, детка, это всего лишь сон. Все хорошо. Я здесь, с тобой.

Тело Адрианы расслабилось в моих объятиях, а через несколько долгих минут она открыла глаза, в которых собралось озеро слез, и встретилась со мной взглядом. Боль застряла в горле, когда я увидел ее борьбу. В зелени прятались демоны, взявшие над ней власть. В этот раз Адриане удалось вырваться, но нам нужно было с этим что-то сделать. Кошмары должны были прекратиться. Я должен был позаботиться об этом, чтобы больше никогда не видеть это потерянное и напуганное выражение лица.

Ну а пока я притянул Адриану к себе на колени, продолжая медленно поглаживать ее по спине, оставляя легкие поцелуи на ее висках, давая ей возможность прийти в себя.

Она тихо плакала, ее слезы катились по щекам и спадали мне на кожу, когда она обхватила меня за шею и уткнулась в нее. Крупные капли оставляли след от изнурительной боли, которую она чувствовала в этот момент. Я хотел забрать ее всю.

Мне никогда не приходилось чувствовать такое – не хотелось разорвать грудь и спрятать внутри себя кого-то, чтобы защитить, сберечь от всего плохого в этом гребаном мире. Но я хотел сделать это ради Адрианы. Мне невыносимо было слышать ее страдания и видеть ее такой разбитой, с болью в ее красивых глазах.

– Все хорошо, принцесса, я здесь.

Адриана сильнее вжалась в мои объятия и усилила захват на шее, словно боялась, что я отпущу ее, и только через несколько минут, все еще всхлипывая, она немного отодвинулась, отпустив меня, и протерла глаза тыльной стороной ладони.

– Это был ужасный кошмар, – заикаясь, шепотом произнесла она. Ее крохотное тельце тряслось от рыданий, она выглядела такой несчастной и разбитой.

– Хочешь рассказать? – осторожно спросил я, стирая слезы с ее мягких розовых щек.

Адриана молчала какое-то время, опустив голову и избегая меня. Я дал ей время решить, хочет ли она поделиться со мной своими переживаниями, и готов был принять любой ее ответ, однако для нее это было бы шагом к исцелению, потому что я прекрасно знал, каково это – держать своих демонов в себе и бороться с ними в одиночку.

– Это был тот собор… – начала она свой рассказ, продолжая смотреть на свои пальцы, теребившие край белого покрывала. – Там было так холодно и безлюдно, когда я зашла. На мне было платье, но не свадебное, а черное, строгого кроя – похоронное. Я направилась к алтарю. – Адриана сделала глубокий вздох, перед тем как продолжить: – Когда дошла до него, я увидела на полу Данте, лежащего в крови в той же позе, как в тот день. Его глаза были открыты, в них была пустота.

Она закрыла глаза, словно вспоминая день ее свадьбы, и крупная капля скатилась по щеке. Рассказ давался ей тяжело, она снова переживала этот кошмар, но была чертовски смелой, потому что решилась на это. Я взял ее теплую ладонь и сжал в своей, давая понять, что я рядом и готов разделить с ней ее печаль. Адриана не поднимала голову, не смотрела на меня, но и не уклонялась от моих прикосновений, что я воспринял как хороший знак. Смахнув слезу, она продолжила:

– Мама тоже была там, она лежала недалеко от Данте в другом углу в своем красивом изумрудном платье, которое было на ней в тот день. Я подошла к ней и села рядом, поглаживая ее холодную руку. Раны в ее груди были там же, как и улыбка на лице, – и только сейчас она решилась поднять голову с печалью в глазах. – Я никогда не забуду эту улыбку, особенно теперь, зная, что она прикрыла собой папу.

Проклятье.

Я не знал этого. Все случилось так быстро. Когда по собору разнеслись первые звуки выстрелов, я находился в дальнем углу у выхода, откуда мог следить за всем происходящим. Помню, как наблюдал за Адрианой в свадебном платье, идущей к алтарю навстречу своему будущему мужу, как Данте взял ее руку из руки Маттео. Я ненавидел его в этот момент, думая, что парень получил то, что хотел я.

Я собрался свалить, чтобы не видеть, как моя мечта уплывала у меня перед глазами, а я не мог ничего с этим сделать, когда услышал выстрелы. Началась перестрелка, толпа кричащих людей смешалась в небольшом помещении, и образовалась давка. Когда я наконец смог добраться до Адрианы, она уже была на грани обморока у ног своей матери. Маттео отдал приказ увезти ее, и я не мешкал – подняв ее на руки, вышел из церкви и увез оттуда. Она вся перепачкалась в крови, в своем свадебном платье и