Ты вариант - Аллен Дэви

раз спрашивает, все ли в порядке и не нужно ли мне что-нибудь поесть или попить. На первый вопрос я киваю утвердительно, на второй – отрицательно. После первого периода они с Мишель уходят за едой, а когда возвращаются, подруга смотрит на меня с сочувствием и больше ничего не говорит.

Прихожу в себя только со звуком сирены об окончании третьего периода. Оглушительная победа «Ястребов». 4:2.

Мы решаем посидеть на трибунах, давая возможность народу выйти. Мишель предлагает сделать фото на память. Я поправляю волосы и натягиваю улыбку.

После небольшой фотосессии, когда трибуны почти опустели, мы направляемся к выходу. В голове роятся мысли, не давая сосредоточиться ни на чем. Хочется убежать, спрятаться и переварить увиденное и услышанное.

Мы выходим в холл, где уже почти никого нет, и останавливаемся недалеко от выхода. Обнимаемся на прощание с Мишель и обещаем как-нибудь еще встретиться втроем.

Делаю пару шагов, но меня останавливают аплодисменты. Оборачиваюсь и вижу всю команду «Ястребов» во главе с тренером. Только сейчас замечаю подготовленное место импровизированного интервью, куда и направляется команда.

За капитаном идет Марк в спортивном костюме и белых кроссовках. Колечко в брови поблескивает на свету.

Он улыбается и охотно отвечает на вопросы журналистов, которые уже собрались вокруг команды. Видно, что Марк получает от этого процесса удовольствие.

Пытаюсь отвести взгляд, но широкие плечи, точеный подбородок и темные глаза не дают этого сделать. Словно магнитом мои глаза прикованы к нему. Решаюсь еще на один поступок – беру телефон, не обращая внимания на другие сообщения, открываю наш диалог и быстро набираю:

Даша:

Поздравляю с победой.

А дальше происходит то, чего я никак не ожидала, что заставляет мой желудок свернуться в тугой узел. Марк достает телефон из кармана широких спортивных штанов, слегка улыбается, качает головой, а затем хмурится и, не отвечая, кладет его обратно.

Я округляю глаза, проглатываю разочарование и пишу еще одно сообщение:

Даша:

Мог бы просто сказать, что перехотел общаться. Зачем сразу игнорировать?

Марк снова достает телефон, его брови сдвигаются к переносице, но в этот раз он не спешит убирать его в карман. Поднимает голову и, обводя взглядом зал, находит меня. На пару секунд я вижу раскаяние в его глазах, но заставляю себя отвернуться.

– Пойдем? – больше молю, чем прошу Полину.

– Конечно.

По очереди еще раз обнимаемся с Мишель и протискиваемся к выходу сквозь толпу. Напоследок бросаю взгляд на Марка, который все еще стоит в той же позе и с тем же выражением лица.

Мне удается распознать, как он одними губами произносит: «Я напишу», но я собираю всю волю в кулак и отрицательно мотаю головой.

Придя домой после матча, я снова беру в руки телефон и замечаю два новых сообщения. Одно от Марка, а второе от незнакомого номера.

Марк:

Прости. Я обязательно найду время и напишу тебе позже.

Если сообщение от Марка меня расстраивает и я решаю пока больше не отвечать, то сообщение от неизвестного номера настораживает.

Незнакомый номер:

Не молчи, ДАША. Нам нужно встретиться.

Этот человек явно меня знает. По совету отца пробиваю номер телефона через банк, и неприятная дрожь пробегает по телу, когда вижу имя своего бывшего парня. Принимаю второе за сегодня важное решение: не отвечать ни одному из парней.

Глава 30

Дарья

Последние два дня я чувствую, будто выпала из своей жизни. Будто наблюдаю за ней со стороны, сквозь запотевшее стекло. Все вокруг кажется каким-то приглушенным, нереальным. Звуки доносятся издалека, лица размываются, словно акварель на мокрой бумаге. Даже собственные мысли кажутся чужими, как будто кто-то другой шепчет их мне на ухо. Я пытаюсь ухватиться за что-то знакомое, вернуться в колею, но пока безуспешно.

Как я и думала, Марк просто пропал. Перестал писать, звонить. Словно жизнь откатилась на месяц назад, когда мы еще не были знакомы.

В эти моменты особенно остро ощущается одиночество. Не та благословенная тишина, когда можно побыть наедине с собой и своими мыслями, а давящая, всепоглощающая пустота. Хочется просто уткнуться в чье-то плечо и выплакаться, рассказать о своем состоянии, но я знаю, что это бесполезно. Никто не сможет понять меня до конца. Даже Полина.

Возможно, стоит попробовать что-то изменить. Вернуть себе ощущение реальности через простые, осязаемые вещи.

А может быть, стоит просто переждать. Перетерпеть этот период апатии и отчуждения, как пережидают бурю в укрытии. Дать себе время на перезагрузку, на восстановление сил. Ведь после каждой зимы всегда приходит весна.

И может быть, Марк появится. А может быть, и нет. В любом случае моя жизнь не должна вращаться вокруг него. Я сама – центр своей вселенной, и только я могу вернуть себе радость.

Как и обещала, иду на групповую степ-аэробику к Полине. Оказывается, это отлично отвлекает. Я час пыталась не умереть от ее занятий и интенсивности. Я люблю спорт, люблю бегать, но делаю это в свое удовольствие и для поддержания формы, поэтому я вспоминаю, почему больше не хожу на групповые тренировки.

Костя оказывается довольно симпатичным: густые каштановые с небрежным прямым пробором волосы, которые давно пора подстричь, массивный подбородок с трехдневной щетиной, средний нос с небольшой горбинкой и полные губы. Если бы не рассказы Полины и сегодняшняя тренировка, я бы никогда не подумала, что он такой приставучий.

Он останавливает тренировку каждые десять минут. Сначала я даже благодарна ему за это, могу передохнуть, но потом это начинает надоедать и раздражать. То покажите это, то и то. Все-то ему нужно знать: как делать правильно, а как неправильно. Под конец тренировки я устала не только физически, но и эмоционально.

– Прости, но он оказался быстрее меня, – тихо говорю я, подходя к Полине. – Я не успевала бороться за твое внимание. Это просто невозможно.

– Ничего, – она улыбается и мягко спрашивает: – Ты не торопишься? Может, сходим в нашу кофейню, поговорим? Тем более есть что отметить…

– Что отметить? – уточняю я, и Полина загадочно улыбается.

– Я подписала договор на квартиру и уже тридцатого числа могу въехать.

– Да ладно! Я так рада за тебя! – счастливо обнимаю подругу.

– Спасибо, – она обнимает меня в ответ. – Не представляешь, как я рада.

Через полчаса мы располагаемся за нашим любимым столиком у окна, заказав кофе и по кусочку фисташкового чизкейка. Полина снова жалуется на Костю, стонет и пытается понять, за что он ей достался, а я лишь сочувственно смотрю на нее