Разрушенная любовь - Кейт Крю

чтобы поговорить с ним. Там будут все, так что это хороший шанс поспрашивать про Дэвида. Мне нужно найти способ, чтобы он остановился, а наши отцы — дружки с шерифом, так что жаловаться в полицию бесполезно.

— А что именно ты собираешься спрашивать про него? — спросил Кай.

— Похоже, он угоняет машины из гаража на треке, — сказала я. Их брови взлетели вверх. — Коул сказал мне на днях, когда мы были там. Разные машины. Я начала задумываться, не продаёт ли он их. Думаю, так он и достал «Феррари».

— Но зачем? Разве его семья тоже не из богатых?

— Не знаю. Это было бы не в первый раз, когда какой-нибудь мажор пытается заработать, хотя в этом вовсе не нуждается.

— И ты думаешь, твой отец отпустил бы его, если бы знал об этом?

— Я бы так подумала. По крайней мере, надеюсь. Не могу поверить, что машины — это единственное, что берёт Дэвид. Папа дал ему доступ ко многим вещам в бизнесе, в том числе и к финансовым вопросам. Если он так спокойно забирает машины, он вполне может брать и большее. Пойти на эту вечеринку может помочь. Я знаю, там будут девчонки, перед которыми Дэвид будет красоваться, и, я уверена, они расскажут мне всё.

Они все кивнули, обдумывая это.

— И что дальше? — спросила Куинн. — Ну, если всё подтвердится, что ты собираешься делать?

— Надеюсь, я смогу показать папе доказательства, и он поможет всё остановить. Сейчас у Дэвида нет ни единого шанса попасться. Судя по всему, наши отцы предпочитают закрывать на это глаза, а без них шериф и пальцем не пошевелит.

— Во сколько нам нужно быть там? — спросил Фокс.

— Нам?

— Да, нам. Ты что, не хочешь, чтобы я пошёл с тобой?

— Я имею в виду, да, хочу. Конечно, хочу. Просто не думала, что ты сам захочешь пойти.

— Уверен, что хочу быть везде, где и ты. Особенно, когда ты собираешься поговорить со своим отцом о своём бывшем, возможно, преступнике, которого тот обожает и который тоже будет там. — он усмехнулся. — Даже не думай, что я оставлю тебя одну в такой момент хоть на одну грёбаную секунду.

— Отец Дэвида тоже будет там. Они с моим лучшие друзья.

— Отлично, объяснение того, почему я разбил лицо его сыну, станет отличной темой за ужином.

— Я хочу, чтобы ты пошёл, конечно, но это не вечеринка с пивом и барбекю. Это костюмы и галстуки, коктейльные платья, сплетни богатых, танцы. Папа терпеть их не может, но вынужден ходить, потому что основал свой фонд. Веселья там мало.

Фокс застонал.

— Ну, это неважно. Я всё равно иду. — все переглянулись, пока Фокс проводил рукой по лицу. — Но я отказываюсь надевать галстук.

— Ладно, просто хороший костюм. У тебя есть такой?

Фокс посмотрел на свои грязные джинсы, футболку и потёртые ботинки, а потом бросил на меня выразительный взгляд.

— Кто из нас вообще похож на человека, у которого в шкафу висит хороший костюм?

Джакс толкнул меня в плечо.

— Всё ещё не один из этих гламурных парней в костюмах и на «Ягуарах», да, Эш?

Я покачала головой.

— Ни капельки. И мне это нравится.

Фокс обнял меня за талию, притянул к себе и поцеловал.

Джакс застонал и закатил глаза.

— Прекрасно. Ещё одна счастливая парочка в нашем полку. — он посмотрел на Рэнсома и Куинн. — А то у нас их почти не осталось.

Он развернулся и пошёл обратно к машине, над которой работал. Рэнсом и Куинн последовали за ним, подтрунивая насчёт того, что ему бы не помешало найти девушку.

Фокс снова наклонился ко мне и поцеловал.

— Если ты куда-то идёшь, я тоже.

— Мы так и не поговорили о том, чтобы быть парой, да? — спросила я.

Мы провели всю неделю вместе, но он больше не поднимал тему «парня», и я определённо не собиралась делать это первой.

— Нет, я подумал, раз это напугало тебя в первый раз, то стоит подождать, прежде чем говорить об этом снова.

— И как долго ты собирался ждать, чтобы снова это упомянуть? — спросила я, рассмеявшись.

Его лицо расплылось в улыбке.

— Вечно? Я рассчитывал, что ты в какой-то момент сама всё поймёшь. Дело не в том, что я не хочу говорить об этом. Просто я не хотел оказаться разочарованным.

— Ты думаешь, я бы отказала тебе?

— Может, ты просто возвращаешься к здравому смыслу, — сказал он, целуя меня в шею.

— А может, я жду, когда ты сам это скажешь.

Он развернул кепку задом наперёд и покачал головой.

— Если всё зависит только от меня, то да, ты моя. Отчасти потому, что тебе, похоже, не противно моё лицо, отчасти потому, что я обожаю твоё, отчасти потому, что ты потрясающая во всём, и отчасти потому, что сама мысль о том, что кто-то ещё сможет прикасаться к тебе так, как я, заставляет меня хотеть выцарапать себе глаза.

— Такая тяга к драме, Фокс. Мог бы остановиться на «да».

— А в чём тогда веселье? — сказал он с яркой улыбкой.

— Ладно, тогда… парень, так парень.

Он схватил моё лицо, притянул меня к себе и поцеловал.

— Немедленно прекрати, — сказала я, когда его пальцы скользнули вдоль моего позвоночника.

— Что? Целовать тебя?

— Нет, пытаться соблазнить меня на грязные мыслишки, когда нам нужно идти за покупками.

— Что? Я ненавижу шопинг. Пошли обратно в постель.

— Жаль. Я люблю шопинг, а нам нужны вещи на завтра.

Он застонал, поднялся и махнул команде, чтобы закруглялись.

— Ладно, тогда давай покончим с этим.

* * *

Я провела последние два часа, собираясь, нервничая настолько, что меня могло стошнить.

Я слышала всех в гостиной. Они пришли поддержать нас так, как это могут только друзья. Мои друзья.

Я глубоко вдохнула. Я выбрала чёрное платье в пол. Верх был без рукавов, с глубоким V-образным вырезом спереди и полностью закрытой спиной из сетчатой ткани. Два разреза спереди шли вдоль ног, обнажая их при каждом шаге. Оно было откровенным, очень откровенным. Включая почти весь шрам на моей груди.

Фокс видел его уже много раз, но остальная команда только один или два раза. Я выставляла себя напоказ, но больше не могла этого скрывать.

Не после того, как сказала Фоксу, что он не должен прятать свой шрам.

Я надела чёрные босоножки на ремешках и ещё раз посмотрела в зеркало. Не помню, когда в последний раз я так нервничала перед подобным мероприятием.

Я вышла, выдохнув с дрожью, когда ступила в гостиную. Послышались комплименты от