Зови меня Лука - Дана Япик

Все тот же строгий, женский голос из-за ее спины, звучит уже не так уверенно:

— Что происходит⁈ Даруш, отвечайте на вопрос!

Ситуация дурацкая, но я и сам улыбаюсь, потому что уже все понял. У Сабины руки за спиной наручниками скованны, но ей все нипочем. Стоит по-деловому, словно не ее пять минут назад задержал спецназ.

— Вы — Лиля? Андреева Лилия Игоревна, верно⁈

Майорша бледнеет и растерянно делает шаг назад. Полицейские позади меня замерли. Не понимая, что здесь происходит, ослабили хватку. Я воспользовался их заминкой и немного приподнялся, пытаясь сесть. Меня тотчас остановили, возвращая в положение «мордой в пол». Делаю рывок и поднимаю голову. Набираю в легкие воздуха побольше.

— Ляйсан! Посмотри на меня! Это я, Лука! Я… твой старший брат…

Услышав это слово «брат», она делает шаг назад и удивленно ловит ртом воздух. Ее взволнованное лицо бледнеет. Подошла ближе и смотрит на меня словно на призрака, широко раскрыв глаза. С недоверием качает головой, но в темно-зеленых глазах, очень похожих на мои — слезы. Подняла голову в сторону бойцов и с трудом сохраняя твердость в голосе, произнесла:

— Снимите наручники…

А те, не особо торопятся. Застыли и смотрят на ее взволнованное лицо.

Она повторяет:

— Снимите, мать вашу, наручники с него!

Тот что был ближе всех, подсуетился и вместе с подоспевшим напарником подняли меня на ноги, размыкая наручники. Тру запястье и первым же делом девочку мою к себе прижал покрепче. Сабина ко мне прильнула и молча смотрит на них всех.

Майорша достала дрожащими пальцами пачку сигарет из кармана офицерского кителя и закурив одну, отвернулась в сторону, делая несколько быстрых затяжек. Обернулась, стирая слезы щек и негромко произнесла:

— Все, отбой. Оставьте нас, ребята. Ждите снаружи!

Один за другим парни в камуфляже неторопливо покидают наш двор, прикрывая за собой дверь.

Мы стоит втроем и молчим. Сабина пальчиками мою руку сжала и словно подталкивает меня вперед. Сама отошла в сторону, присев на каменное ограждение. Умница. Понимает, что поговорить нам будет проще, наедине.

Отряхнул брюки, пиджак поправил. Не хочу сомнительным внешним видом своим смущать ее еще больше.

Всматриваюсь в лицо этой невысокой, черноволосой девчонки в офицерской форме, что переминаясь с ноги на ногу, минуты две пялится себе под ноги. Сигарета в ее пальцах дымит, но она явно забыла о ней и не прикуривает.

Медленно подхожу к ней. Перехватываю сигарету из ее пальцев. Затянулся пару раз, затушил и отбросил в сторону.

Поднимаю взгляд на нее и выдохнув, говорю:

— Ямочки у тебя на щеках точь-в-точь как у мамы. Я и забыл о них… Совсем взрослая, стала. Вон какая вымахала, тыквочка…

Смотрю на нее и улыбку едва сдерживаю. Да, ни капли у меня сомнений, что это и есть моя младшая сестра, Ляйсан. Тут и теста ДНК не нужно. На свою точную копию смотрю. Только она ниже на две головы и волосы у нее вьются один-в-один как у мамы. Еще и ямочки эти…

Как только она это слово «тыквочка» услышала, ожила. Вспомнила свое прозвище детское. Только я ее так звал.

Сестра пытается ответить, сказать что-то, но губы дрожат, приоткрывает рот и ни звука…

Пора спасать. Прижал ее к себе. Она уткнулась лбом мне в плечо. Крепко так обнимает, словно боится, что я исчезну. Слышу, носом шмыгает. Слезы потекли рекой. Плачет.

— Все хорошо… Не держи это в себе. Это слезы радости. Где еще тебе реветь, как ни у старшего брата на плече…

Она выдохнула громко, на меня глазищи подняла с мокрыми черными ресницами. Смешная и трогательная. А у меня, сразу отклик в сердце — мое! Давно я этого отклика не слышал. Уже и не думал, что почувствую его. Усмехнулся, ладонь вытер и аккуратно с ее щек слезы вытираю.

— И как звать мне тебя, теперь, Лиля или Ляйсан?

Смеется, шмыгая носом и икая говорит на выдохе:

— К… Как хочешь, зови, мне в… все равно… Л… Лука… не верю что ты это…

— Я. Не сомневайся. Второго такого нет, уж поверь. Буду тебя Лясей звать, как в детстве, пойдет?

Она кивает и снова ко мне прижалась крепко, обняв меня руками.

Спустя час, сидим все за столом на кухне, в этом доме к которому никак не привыкну. Сабина рядом со мной, напротив сестра и один из ее коллег. Как я понял, это друг ее лучший — майор как и она.

Говорим обо всем и ни о чем, но главное, вместе мы теперь. Сэндвичи съедены, кофе выпито. Чуть коньяка пригубили за встречу.

Ляйсан улыбается мне, сидит по простому, откинувшись назад в кресле. Курит, обдумывая все, что я ей о своих мытарствах рассказал.

Сначала я не хотел ничего обсуждать. Не хотел грузить ее этим, ни сегодня ни позже. Но сестра сама все выпытала. Профессиональная деформация сказывается. Но зато как по близкой ей теме разговор пошел, расслабилась. Беседа пошла ровнее, без пауз. Понимаю, ко мне ей снова привыкнуть нужно. Не стал спорить. Все как есть, рассказал.

Сабина слушала нас, изредка отвечая, когда сестра ее спрашивала. В отсутствии мамы Гули, именно моя девочка хозяйничала. Я не просил ее, она сама все сделала. Стол накрыла, идеальный. Как в лучшем ресторане сидели. То кофе заварит нам свежий, то десерт с фруктами принесет к коньяку. Идеальная моя девочка, сам удивился. Не знал что она такой заботливой может быть, такой кроткой, нежной…. Не нарадуюсь. Общаюсь с сестрой, но сам, втайне любуюсь невестой своей…

Сестра как только узнала, что мы всю ночь на ногах провели, стала собираться.

— Отдыхайте! Не последний раз видимся. Сабиночка, спасибо родная, все очень вкусно. Беру тортик, беру! Лука, набери меня вечером как проснешься, хорошо⁈ Обязательно. Документы все что есть, хочу видеть. И Кузьму, юриста твоего, тоже. Все что есть, неси. У нас с прокуратурой вашего района неплохие отношения. Поспрашиваю, что это за хрен с горы, Яковлев… Я его не помню, маленькая была. Но найти его, точно, не проблема…

— Ляся… Я бы не хотел чтобы из-за меня, ты работой рисковала. Давай, ты прямо сейчас успокоишься и все забудешь. Побудешь мне младшей сестрой, а не майором. Договорились?

Ее коллега сощурил глаза и засмеявшись, закивал головой.

— Забыть? Наша Лилия Игоревна, не тот человек который легко что-то «оставляет». Тебе Лукьян еще предстоит познакомиться с характером нашего майора.

Сестра фыркнула и покачала перед носом друга указательным пальцем.

— Александр Николаевич… друг мой, я же и обидеться могу….

Сабина