Белая Леди - Мария Новей

– Я держу свое слово, детка, – произнес он и нажал на кнопку.

Я вскрикнула, когда яркая вспышка на мгновение озарила узкий коридор. Сбоку что-то треснуло, хлюпнуло, а потом с глухим стуком повалилось на пол. Легкий сквозняк с улицы донес до меня тошнотворную вонь паленой плоти. Голова закружилась, ноги подкосились, и я куклой повисла в руке Тенера.

– Тупая сссука… – голос слышался словно через вату, – Сам закрою…

Меня отпустили, и я без сил рухнула на пол. Подняв голову, увидела удаляющиеся ноги и мертвое тело Чэрэн. Ее руки и ноги были согнуты в нелепых положениях, а вместо головы на металлическом полу раскиданы розово-серые ошметки, обильно заляпанные кровью.

Подкатившая тошнота заставила мое тело согнуться пополам. Ужас и отчаянье снова накрыли меня с головой, как в тот день, когда погибли родители. Меня сильно трясло и выворачивало наизнанку. Сил, чтобы подняться на ноги и попытаться бежать, совсем не осталось. Как и мыслей…

– Поднимайся! – раздался надо мной голос Тенера, – Скоро вылетаем.

Я подняла голову и посмотрела вперед. Деверь катера медленно закрывалась, делая полоску света все тоньше и тоньше. Это исчезал свет моей жизни, моей надежды…

– Нееет!!! – вдруг заорал Тенер, – Только не опять!

Он снова сжал в руках пистолет, направляя его в закрывающийся проход. Я попыталась сосредоточиться и только сейчас почувствовала присутствие еще одного духа.

– Вик! – крикнула я, но из горла вырвался лишь сиплый стон.

В просвете что-то замелькало, а потом я увидела мужскую руку, которая словно распорка встала между дверью и проемом. Было слышно, как натужно гудят механизмы протеза, и как от усердия рычит Виктор, пытаясь отодвинуть закрывающуюся дверь.

– Да ты… совсем ебанутый! – крикнул Тенер и выстрелил.

Снаряд попал в дверь, вспыхнул совсем рядом, разлетевшись на десятки искр. Второй пролетел над головой у Вика, исчезнув в увеличивающемся проходе. Для третьего выстрела Тенер решил подойти ближе и шагнул к выходу… Собрав последние силы, я, не вставая с колен, бросилась вперед и схватила его за ногу. Потеряв равновесие, мужчина с грохотом повалился на металлический пол.

– Отцепись, сука! – завопил альфа, но я лишь сильнее сжала руки.

Тогда Тенер свободной ногой попытался сбить меня, как прилипшую к ботинку грязь. Жесткая подошва попадала мне по пальцам и по голове, но я, крепко сжав зубы, продолжала его держать. Впереди раздался громкий рык, а спустя мгновение по металлическому полу загрохотали ноги моего альфы. Бросив попытки отцепить меня, Тенер прицелился и выстрелил в бегущего к нам Виктора, но промахнулся, потому что в последний момент я успела сбить его руку.

Бам!

Виктор с размаху пнул в лицо Тенера, и меня, как куклу, отбросило в сторону. Откатившись к стене, я замерла, чувствуя жуткие отголоски бушующего духа моего альфы и слушая звуки ударов, хруст костей и сдавленные предсмертные стоны Астры.

Я знала, что Виктор не проиграет этому ублюдку. Я знала, что он его убивает. Я чувствовала, как энергия Тенера постепенно затухает, и не открывала глаз, пока она полностью не исчезла…

А потом я почувствовала теплые руки, которые бережно приподнимают меня и осторожно убирают волосы в сторону. Я смотрела на любимое лицо, забрызганное чужой кровью, на светлые серые глаза, переполненные тревогой, и не могла сдержать слезы, которые градом катились из глаз.

– П… прос… ти – проблеяла я разбитыми губами, но он ничего не ответил, молча поднял меня на руки и пошел к выходу.

На улице было ясно, солнце висело высоко, а где-то вдали щебетали птицы и гудели двигатели вновь прибывших кораблей. Я прижималась к груди Вика, чувствуя, как под пальцами стучит его сердце. Теперь я не сомневалась. Я точно знала, что, несмотря ни на что, останусь с ним навсегда. И не только я…

– Вик, – я посмотрела на его лицо, – у меня есть важная новость…

Внезапно мужчина остановился и слегка пошатнулся. Он смотрел куда-то вперед, и выражение его лица было очень напряженным.

– Вик?

Альфа рвано выдохнул, вздрогнул и с большим трудом опустился на колени. Отпустив меня, он прижал руку к своему боку, а потом отстранил ее и с удивлением посмотрел на свою окровавленную ладонь.

– Вик! – вскрикнула я, бросаясь вперед и, задрав темную кофту, с ужасом уставилась на опаленную дыру в его животе, из которой толчками выливалась кровь, – Ты… ты ранен…

– Не угадала, принцесса, – прохрипел Виктор, теряя равновесие и заваливаясь на спину, – я убит… с такой дырой я до капсулы… не дотяну…

– Нет! – стащив с себя кофту, я скомкала ее и прижала к ране, – Все будет хорошо… будет хорошо…

Из глаз снова катились слезы. Руки, перепачканные его кровью, сильно дрожали, а изо рта вырывались уже не слова, а нечленораздельные звуки… Я смотрела на бледнеющее лицо, взгляд, который постепенно стекленел, но ничего не могла сделать. Дух Виктора угасал с каждым биением его сердца, которое стучало все слабее и тише.

– Прости… – выдохнул он.

И больше не вдохнул.

– Нет… нет…  не уходи…

Я подняла его тяжелую голову и с силой прижала к груди. Энергия моего альфы полностью исчезла.

– Помогите!.. Помогитеее!.. Кто-нибудь!..

Мой охрипший вой еще долго раздавался по территории парковки, прежде чем нас заметили патрульные дроны и передали информацию сотрудникам космопорта. Тело Виктора Сталь погрузили в специальный катер и увезли, а меня отправили в клинику, где мне предстояло провести целых три долгих месяца, чтобы подлечиться и сохранить жизни двум маленьким альфам.

ЭПИЛОГ

Остров Сёр-Квалёй, Планета Земля,

«Первая» солнечная система, 2714 год.

Белые острые верхушки гор тянулись по всему горизонту, частично скрывая ночное небо, по которому переливалось изумрудное полотно северного сияния. Здесь на Земле оно казалось даже красивее, нежели на Севере, и любоваться им можно было прямо из окон собственного дома. Именно этот факт был решающим при выборе места для постоянного проживания. А еще мороз, мало солнца, длинные ночи и зима, снег… Что еще нужно альбиносу для комфортной жизни?

Оторвав взгляд от прекрасного ночного неба, Элара еще раз с тоской взглянула на прямоугольный мраморный памятник и который раз смахнула с него налипшие снежинки. Она приезжала сюда несколько раз в год. Проведать, попросить прощения, поплакать, пока никто не видит.

– Мне пора возвращаться, – тихо сказала она и, нажав кнопку на шлеме, опустила защитное стекло.

Оседлав аэроцикл, девушка завела двигатели и почти сразу набрала скорость. Пригнувшись, она слилась со своим транспортом и длинной