В поисках артефактов и любви - Ирина Властная

стене, точнее к картине, на которой в полный рост императорская семья была изображена. Век бы не видела это творчество, просто магическая нить точно через грудь императора проходила. Лучше бы зеркало здесь повесили!

– Пусть сначала поймают! – и не думал сдаваться лорд Ирвут, за один край рамы хватаясь. Аранский без лишних слов за второй ухватился, и громоздкое произведение искусства покинуло своё место на стене.

Я ожидала в стене какой-нибудь сейф увидеть или хитрый тайник, но… в стене просто несколько углублений было. Точнее, четыре ниши: в одной папки лежали, в другой – шкатулка стояла, а две оставшиеся – пустые были.

– Вот так просто? Никакой подставы, никаких замков, никакой убийственной магии? – потребовала я объяснений сразу от обоих драконов.

Одна голова – хорошо, а две лучше!

– На картине был защитный контур, такой же, как и на дверях, – как-то насмешливо Аранский отозвался, мол, нам всё по плечу, тем более какая-то защита императорских тайн.

– Да и вряд ли Император предполагал, что у него в спальне хозяйничать будут, – подтвердил Ирвут мои мысли.

Моя белоснежная нить в шкатулку упиралась. Тёмная, украшенная со всех сторон драгоценными камнями, она сама по себе уже сокровищем была. Если её на запчасти разобрать и по камушку продать, то не только на домик в Среднем районе хватит, но ещё и детям с внуками останется.

Основание у шкатулки квадратное было, с чуть скруглёнными углами, и опиралось на четыре золотые лапы, которые были выполнены в виде крошечных дракончиков, свернувшихся кольцом, которые таинственно мерцали глазами-рубинами. На дугообразной крышке идеально подогнанными кусочками лазурита была какая-то геральдическая загогулинка выложенна, определённо к роду Шаоррон относящаяся. Замок шкатулки тоже был отдельным произведением искусства – золотая защёлка с гравировкой дракона, стерегущего сокровища.

– Что-то слишком много драконов, – пробормотала, закончив осмотр этого сияющего шедевра.

– Какая интересная вещица, да ещё и принадлежащая моему роду! – восхищённо присвистнул лорд Ирвут. – А мы ведь считали, что это вы у нас её украли, Аранский.

Какие всё-таки удивительные отношения у рода Аранских и рода Ирвут.

– Своих сокровищ девать некуда, вот ещё вашего барахла нам не хватало! – нахмурился зеленоглазый дракон и осторожно рукой над шкатулкой провёл. – Я смогу снять магическую защиту, но тут что-то ещё намешано…

– Не понадобиться, Айтир, это не просто шкатулка, а артефакт сохранности. Начнёшь ломать есть большая вероятность, что содержимое уничтожится. Любой артефакт силу своего создателя чувствует, – не вынимая шкатулку из ниши Ирвут над ней руками водить начал. – Хорошо, что я с вами, да?

Мне столь высокое магическое искусство недоступно было, и я в нём совершенно ничего не понимала.

– Не понимаю, зачем Императору прятать венец от своего же наследника? – мне очень хотелось верить, что в шкатулке именно венец был спрятан, а не очередной артефакт, который утерянным считался, а на самом деле просто от всех спрятан был.

– Значит, дело в избраннице Гердира, – предположил Аранский, а потом и вовсе удивительную вещь сделал, к Ирвуту вполне миролюбивым тоном обратился: – Тайр, ты не в курсе?

– Нет, не интересовался этим вопросом, – отозвался сосредоточенный голубоглазый дракон, – О па, готово!

Замочек щёлкнул и жестом заправского фокусника лорд Ирвут крышку шкатулки откинул.

– Да, ладно! Ну, сколько можно?! – психанула я окончательно. – Мало того что мы в покои Императора проникли, так ещё и венец не нашли!

На красном бархате в шкатулке лежал кинжал… один в один, как тот, который мне Аранский давал, когда я «Благородный опал» из ротонды выковырять пыталась.

Пока оба дракона в скульптуры прекрасных мужчин превратились, то есть замерли без движений и лишь в их глазах неистовая буря пылала, я без опаски к кинжалу из голубой стали потянулась, и мои пальцы на белоснежной рукояти сомкнулись.

Чистая радость передалась мне от артефакта, словно он счастлив был из сверкающего плена шкатулки выбраться.

– Кинжал власти! – глухо Аранский очевидный факт озвучил, взглядом к нему прикипев.

– Айтир, кинжал принадлежит тебе по праву, но я не буду возражать, если леди Олия отдаст его мне. Награда более будет более, чем достойная, – обольстительно улыбнулся лорд Ирвут, да ещё бровями так многозначительно поиграл, явно на себя в качестве награды намекая. Только вот у меня эту улыбку вызвало, а не интерес.

– Это не так работает, Ирвут, – как-то обречённо Аранский в ответ огрызнулся. – Олия сама должна выбрать награду.

– О, так это же прекрасно, – ещё больше расцвёл соблазнительной улыбкой золотоволосый дракон, и плечи расправил, и подбородок так гордо вскинул, демонстрируя себя во всей красе… вдруг я чего-то замечательного в нём не успела разглядеть.

– Мне ничего не нужно, Айтир, этот артефакт твой, без каких-либо наград и условий, – смотрела я в зелень глаз Аранского, в которых пульсировал драконий зрачок, – а то, чего я хочу, вряд ли будет мне когда-либо принадлежать.

С моих уст слетела формулировка передачи артефакта, и Кинжал Власти согласно потеплел в моих руках, явно одобряя мой поступок.

– Прелесть моя, – не спешил забирать у меня из рук свою собственность Аранский, – тебе принадлежит моё сердце, моя душа, моя жизнь и мои крылья…

– Стихии! Сам лорд Айтир Аранский признаётся в любви в моём присутствии! – присвистнул Ирвут. – Если кому скажу, мне никто не поверит!

– Вот и помолчите! – раздражённо рявкнула на него. – Мне, вообще-то, здесь в любви объясняются, а вы весь романтический настрой сбиваете! Сиопи! – без малейших сомнений набросила я на слишком разговорчивого дракона заклинание тишины.

Ирвут открыл было рот, чтобы возмутиться, но тут же захлопнул его. Попробовал ещё раз ­­– результат не изменился. В голубых глазах дракона молнии засверкали, обещая мне кару небесную, но у меня свой дракон был, который от всех бед защитить, и я с трудом удержалась, чтобы Ирвуту язык не показать.

– Смелая моя, – одобрил Аранский мои магические эксперименты в отношении золотоволосого дракона, а потом так, между делом, заметил: – Люблю тебя, – и осторожно кинжал из моей хватки освободил. – Так что там тебе никогда принадлежать не будет? – лукаво он на меня прищурился.

– Да, вроде как уже и принадлежит, только я не догадывалась об этом,