Чертовски неправильный мужчина - С. Р. Джейн

моей жизни вели незримый счет. Каждое действие – для меня, для мамы – записывалось в их воображаемую счетную книгу. Самое раннее: отец кричит на мать, что она «должна» ему за его труд. Будто воспитать меня – уже недостаточно.

Ладонь вжалась в ткань, я сделала глубокий вдох.

– Потом она ушла. Бросила меня. И тогда «должна» стала я.

Я подняла глаза – вместо жалости увидела терпение… и понимание, будто все встало на свои места.

– Это не закончилось. После… после отца… появились Карверы. Они постоянно напоминали, как помогли мне. Что я обязана им за крышу над головой. За оплату танцев, когда потеряла стипендию. Майкл особенно любил перечислять мои «долги».

Грудь сжало, я судорожно вдохнула.

– Всю жизнь мне твердили, что я обуза. Что любая помощь – сделка. Я… не хочу такого между нами. Не хочу, чтобы ты сомневался в моих чувствах. Особенно если учитывать, какая между нами разница.

Особенно потому что я до сих пор не могу рассказать тебе все, – пронеслось у меня в голове.

Я уткнулась в простыню, не в силах смотреть на него.

– Я умру, если ты когда-нибудь скажешь, что я «должна» тебе за твою любовь, – выдохнула я.

Пальцы Кэмдена коснулись моего лица, мягко приподняв подбородок.

– Ты не поверишь, если я просто пообещаю, что такого не будет. Поэтому вот что: я поклянусь говорить тебе, если когда-нибудь почувствую что-то подобное. Устроит, малышка? Доверишься мне хотя бы в этом?

Я смотрела на него, вспоминая последние недели. Его слова, его поступки.

И вдруг меня осенило. Я твердила себе, что не доверяю ему – но это была ложь.

Я доверяла ему. Больше, чем кому-либо. Его забота с самого начала. Его терпение, пока я не полюбила в ответ. Его помощь без условий.

Его любовь, в которой я никогда не сомневалась.

– Хорошо, – прошептала я. Он замер.

– Что «хорошо»?

– Я верю тебе. Я… доверяю.

Он закрыл глаза, выдохнул – и притянул меня к себе.

– Разрешишь заботиться о тебе? Помогать воплощать твои мечты. Поверишь, что я скажу, если что-то пойдет не так?

Я вдохнула глубже – это был решающий шаг. Я отдавала ему последний осколок себя. Тот, которым он мог уничтожить меня.

– Да, – наконец ответила я. – Разрешаю.

Кэмден поцеловал меня и уложил рядом.

– Поспи еще, малышка, – прошептал он. Я уткнулась носом в его рубашку, вдыхая знакомый запах. – Остальное я беру на себя…

Глава 30. Анастасия

Это действительно было важно. Я поеду на свой первый выездной матч – первый с момента, как начала встречаться с Кэмденом… и полечу на частном самолете Линкольна вместе с Монро, Блэйк и самой Оливией Дэвис. По крайней мере, я так думала. Кэмден объяснил детали как-то уклончиво.

Впервые в жизни я сознательно пропустила репетиции ради этого.

Это казалось серьезным шагом в наших отношениях.

Как любил подчеркивать Кэмден, не настолько серьезным, как татуировка на причинном месте… но близко к этому.

Он уехал раньше, чтобы лететь с командой, а я ждала в лобби машину, которая должна была отвезти меня к самолету. Кэмден просил оставаться в пентхаусе, но я слишком нервничала и спустилась вниз. Несмотря на все усилия, я уже успела привязаться к нему еще до того разговора на прошлой неделе, который перевернул мою жизнь. Особенно в ситуациях, где нужно было общаться с людьми.

Все будет хорошо. Матч пройдет отлично, а когда Даллон снова начнет ругать меня за пропуск тренировки, я просто проигнорирую его. По крайней мере, сделаю это лучше, чем вчера.

– Ты серьезно, Анастасия? Выходной? Тебе вообще важно это выступление? Труппа?

Я прикусила губу, сдерживаясь, чтобы не напомнить, что сегодня он сам опоздал на полчаса… опять.

– Думаешь, можно приходить и уходить, когда вздумается? Это не хобби, это твоя карьера!

– Я знаю, Даллон. Я, черт возьми, знаю!

Моя ярость ошарашила нас обоих, и он на секунду запнулся.

– Не проси больше выходных, Анастасия. Или я найду другую партнершу.

Размышления об этом точно не помогут мне сегодня наладить контакт с новыми людьми. Если я буду зацикливаться на пропущенной репетиции, то только испорчу себе настроение. А для Кэмдена это важно.

И я не собиралась его подводить.

Машина приехала, и всю дорогу до частного ангара я дрожала от волнения.

Частный ангар. Я все еще не могла поверить в реальность происходящего.

Я никогда не летала даже на обычном самолете, а теперь вот-вот должна была ступить на чей-то личный джет.

Когда мы добрались до ангара, сердце забилось еще сильнее. Передо мной стоял самолет – стильный, мощный, внушительный. Водитель открыл дверь, и ноги стали ватными. Я медленно подошла к трапу, ведущему на борт, ухватилась за поручень и заставила себя подняться.

Я только ступила на верхнюю ступеньку, как в дверном проеме показалась женщина лет семидесяти в фартуке с котиками. В руках она держала поднос с печеньем. Серебристые волосы аккуратно уложены в пучок, а улыбка – самая добрая из всех, что я видела.

– Здравствуй, дорогая! – радостно воскликнула она, протягивая поднос. – Печенье? Только что испекла.

Я ошарашенно замерла.

– Печенье?

Из узкого коридора слева вышла еще одна женщина, настоящая бабушка из сказки.

– Ты, наверное, Анастасия? Какая прелесть! Хотя чего еще ждать – мистер Джеймс и сам мужчина хоть куда. – Я не смогла сдержать улыбку, когда пожилая дама театрально закатила глаза, будто вот-вот рухнет в обморок. – Я Эдна, а это Мэйбл. Сегодня мы о тебе позаботимся.

Мэйбл улыбнулась еще шире.

– Ну чего ты стоишь? Бери печенье и устраивайся поудобнее. Это шоколадное – мой фирменный рецепт.

Мне понадобилось пару секунд, чтобы перестать пялиться, будто я никогда не видела печенья. Зато тревога куда-то улетучилась, сменившись полной растерянностью. Неужели частные авиалинии выглядят именно так? Никогда не слышала, чтобы стюардессами работали бабушки. Кэмден точно утаил этот момент, когда я засыпала его вопросами о полете, пытаясь подготовиться.

Скорее всего, специально. Ему бы понравилась моя реакция, окажись он здесь.

– Спасибо, Мэйбл, – наконец выдавила я, беря печенье.

Когда я шагнула в салон, взгляд упал на открытую дверь кабины пилотов – там, судя по всему, тоже сидели женщины за семьдесят… Их было трое, и все трое дружелюбно помахали мне.

Я обернулась, чтобы пройти дальше, и увидела Блэйк, Монро и Оливию, которые чуть не падали со смеху.

– Добро пожаловать на «Бабушкины авиалинии», – пропела Блэйк.

– Вот так наши мальчики борются с опасностью, которую несут мужчины-пилоты, – язвительно добавила Монро, но по ее ухмылке было ясно, что ей