Шторм ярости и мести - Мелисса Рёрих

чем на пятьдесят процентов, — жестко произнес Рордан. — Кроме того, Виллы расположены на окраине Дремучего леса Снов. Там обитает сила Наследия Серафины. Те, кто мечтает о ребенке, добиваются большего успеха именно там.

Ладно, Тесса об этом не знала. Но это никак не отменяло того факта, что те же самые силы и чары использовались, чтобы заставлять фейри вынашивать детей. Та же магия, что витала в лесах и воплощала мечты Наследия, превращала жизнь фейри в кошмар.

— И теперь Виллы разрушены, а Дезире мертва. Множество других представителей Наследия убиты, а десятки фейри бесследно исчезли, — голос Рордана сочился яростью.

— Поистине трагедия, — сказала Тесса, изо всех сил стараясь звучать сочувственно.

— Трагедия, которой можно было избежать, если бы ты просто задала вопрос! — прорычал он.

Он все так же неподвижно сидел в кресле, и это действовало на нервы.

— И что бы изменил мой вопрос? — спросила она. Вся магия внутри нее расправилась, видя, как Рордан все больше выходит из себя.

— Давай не будем ходить вокруг да около, — отрезал он. — Мало что может убить Наследие. Ты вернулась туда и вырезала больше сотни представителей Наследия, потому что неверно поняла предназначение Вилл.

В изумлении она вскинула брови:

— Неверно поняла их предназначение?

— Я позволял тебе развлекаться. Позволял изучать свою силу и испытывать границы дозволенного. Я дал тебе свободу, о которой ты раньше только мечтала, и вот как ты отплатила? — потребовал он, наконец вскакивая на ноги.

Тессе потребовалось все мужество, чтобы не отступить ни на шаг. Рордан продолжил:

— Я потратил последние недели, защищая твой выбор перед другими правящими Леди, и этим поступком ты выставила меня лжецом. Что мне сказать им, когда они потребуют запереть тебя? Когда они заявляют, что ты слишком неуправляема, чтобы оставлять тебя предоставленной самой себе?

— Если ты или кто-то другой попытается меня запереть, вы узнаете, на что я способна на самом деле! — прорычала она, ее магия хлынула наружу волной света.

Золотые и серебряные искры заметались в воздухе, молнии затрещали в этом шторме силы.

— У тебя есть предназначение, Тессалин! — выплюнул он. — И ты о нем забываешь.

— Ты имеешь в виду, у тебя есть предназначение! — парировала она. — И ты используешь меня, чтобы его достичь!

Он нанес удар. Его магия прорубила путь сквозь ее силу и обвилась вокруг ее груди, прижав руки к бокам. Она боролась, ее собственная мощь вцепилась в его энергию когтями, терзая и разрывая ее. Но Рордан был силен, и хотя со временем она могла бы его одолеть, этого времени ей не дали.

А его Источника даже не было рядом.

Медленно она подняла глаза на него. На его губах играла самодовольная ухмылка.

— Если бы я знал, что это все, что нужно сделать, чтобы выяснить твою родословную по отцу, я бы сделал это давным-давно.

Он подошел ближе, его магия давила на нее, заставляя опуститься на колени. Он взял ее за подбородок, задирая лицо вверх.

— Только Ариус обладал силой забирать чужую магию. Вся эта тема с «богом смерти и концов». У меня были подозрения, теперь мне нужно понять, насколько близко ваше родство.

Она все еще сопротивлялась его силе, но при этих словах замерла. Она не хотела, чтобы он узнал, насколько она сильна на самом деле и на что способна. Эти секреты ей еще пригодятся. Она перестала бороться, заталкивая все вглубь себя.

Как она делала это уже сотни раз.

— Вот и славно, — сказал он, отпуская ее подбородок и ослабляя хватку магии. — Твое признание было бы неплохим началом для извинений…

— Я ни за что не извиняюсь, — выплюнула она, не двигаясь, потому что его сила все еще витала слишком близко. — За то, что вы заставляли фейри вынашивать детей, а потом отбирали младенцев? За то, что использовали фейри в попытках создать более сильных Источников? За то, что фейри назначали «для утех» Наследию, когда Наследие и так может взять у нас все, что захочет?

— У нас? — перебил Рордан. — Ты, кажется, забыла, что ты не фейри!

— А ты, кажется, забыл, что ты не бог! — отрезала она. — Я бы сделала это снова. Я сделаю это снова. И я не остановлюсь на виллах. Я не остановлюсь даже на Роузбелле. Я приду за всеми вами!

Рордан улыбнулся.

— Я на это рассчитываю, Тессалин. А до тех пор — у тебя ведь есть долги, которые нужно платить, не так ли?

На ее лице отразилось замешательство.

— Какие еще долги?

— Ты думаешь, я позволил тебе жить в моем доме, есть мою еду и делать что вздумается просто так? У свободы есть цена, дитя, и пришло время начать ее платить.

Он развернулся и вышел, унося свою силу с собой. Дверь тихо щелкнула, закрывшись за ним, и впервые с тех пор, как она оказалась здесь, Тесса почувствовала себя в ловушке. Она знала, что за теплыми улыбками и красивыми словами скрывается очередной монстр. Это была игра: кто первым сорвет маску. И снова ее импульсивность сделала ее проигравшей, а не победителем, и все же она не могла заставить себя пожалеть об этом.

Она бы повторила это снова.

И она сама вонзит золотой клинок в сердце Рордана.

— Тесса? — раздался голос Теона в ее голове. — Ты… я не понимаю, что ты сейчас чувствуешь. Мы тебе нужны?

— Нет!

Это все, что она смогла ответить, прежде чем возвела щиты обратно на место.

Ей никто не был нужен.

Доброта никогда не бывает бесплатной.

За все нужно платить.

И она больше не собиралась копить долги.

Придя в себя, она создала портал прямо к скрытому входу в камеры под дворцом Ахаза. Не стоило удивляться, обнаружив Найлу, ждущую ее внизу. Темная шерсть волчицы мерцала в свете настенных ламп. Тесса присела рядом с ней.

— Как он? — тихо спросила она, поглаживая шерсть и почесывая за ушами. Волчица прижалась к ее руке, издав тихий скулеж. — Я тоже по нему скучаю, — прошептала Тесса. — Побудешь рядом?

Найла потерлась о ее руку, а затем о ноги, когда Тесса встала. Роан всегда держался рядом, в то время как Найла уходила вперед. Сглотнув внезапный комок в горле, Тесса зашагала по проходу. Она планировала полностью игнорировать Вальтера, но не смогла сдержаться и остановилась перед его камерой.

Его волосы стали еще длиннее и неопрятнее. Лицо заросло густой бородой, а в карих глазах все так же пылала ненависть. Но она не упустила тот момент, когда он слегка вздрогнул, когда она прижала ладонь к стеклу его камеры. На ее