Любимая адептка дракона - Юки

него. И тихо охнула, заметив подпалины и прожженные дыры на его рубашке. Верней том, что от нее осталось. Взгляд зацепился за проглядывающее через прорехи в ткани тело, мускулистое и рельефное, и стыд снова накрыл с головой.

— Пустите! — Я оттолкнула декана что есть силы, и он в этот раз отпустил меня.

Вот только тут же пришлось опереться о закопченную стену, потому что ноги не держали.

— И это ваше спасибо? — усмехнулся Доривальд. — До чего ж неблагодарные нынче адепты пошли.

— Спасибо, — сухо отозвалась я, мечтая побыстрей убраться отсюда и добраться до кровати, так плохо мне было. — Но вы сами виноваты — испугали меня.

Мужчина приподнял бровь.

— Я такой страшный? Знаю, что обо мне слухи ходят разные, но все же...

Я посмотрела на его покрытые пеплом волосы, на измазанное сажей лицо и дырявую одежду. И неожиданно для самой себя хихикнула.

— Да, страшный. Вам бы помыться и переодеться.

Декан негромко рассмеялся и как-то странно глянул на мое платье.

— Да вы, миледи, сейчас тоже не образчик красоты.

Покраснев, я спохватилась, оглядывая себя с ног до головы. Матушки мои родные, какой ужас!

Я торопливо прикрыла прореху на самом интересном месте, мечтая провалиться сквозь землю.

— Простите, мне надо идти! — краснея, выпалила я. И как ужаленная бросилась к выходу.

— Эй, вы куда, адептка? — все так же веселясь, окликнул меня декан. — Не хотите разве узнать свое направление?

Я замерла на пороге спиной к мужчине, боясь повернуться. И услышала задумчивое с ноткой интереса:

— Магия светлячков. Забавно, не правда ли?

Глава 12

Поерзав, я поудобней улеглась на жесткой кровать с учебником в руках, собираясь перед сном узнать кое-что важное. За окном хоть и наступила ночь, но свет многочисленных фонарей ярко освещал академический парк и припозднившиеся парочки да одиночки, неизвестно что забывшие здесь так поздно.

Еще в обед я сходила в библиотеку и получила целую стопку книг, которые еле утащила к себе. И то благодаря помощи Генри, иначе бы точно надорвалась.

Книжка называлась «Магия солнца. Теория и гипотезы».

Из-за того казуса, что случился в лаборатории, я не успела спросить у декана о своей магии. Не до того было.

Вспомнив снова об этом, я залилась краской. Сначала слишком откровенные объятия, потом испорченная одежда. Как я добиралась до комнаты — отдельная история. Словно шпион, кралась, прячась по углам и шарахаясь от каждой тени.

Представив, что буду теперь постоянно общаться с деканом, как с куратором, я мысленно простонала. Убежала от одного Доривальда и попала в лапы другого. Да чтоб у них обоих чешуйки пооблезли!

Я вдруг сообразила, что уже которую минуту пялюсь на одну и тут же страницу, так ничего и не прочитав. Так, хватит этих глупых мыслей! Пора заняться тем, ради чего я пришла в академию — учеба и диплом мага.

Пролистав учебник внимательней, я залипла на параграфе, где говорилось о практическом применении моего направления. Когда декан сказал про магию светлячков, я откровенно расстроилась.

Ну разве может быть серьезной магия с таким названием? Небось, просто как магический светильник работает, и все, что мне остается — использовать сырую энергию, атакуя чистой силой, как это случилось в лаборатории. Но даже я, неуч, знала, что это неэффективно, что так можно запросто выгореть, и управлять магией надо тоньше и аккуратней, используя заклинания, мысли и жесты, как костыли.

Отложив раскрытый учебник, я задумалась, не веря тому, что прочитала. Кажется, я сильно ошибалась, и светлячки не так уж и безобидны. Это не просто свет — это концентрация энергии, которой я могу приказать если не что угодно, то очень многое. Активная защита, поражение огнем и молнией, использование их как разведчиков или можно даже собрать целый рой для атаки.

Желание немедленно испробовать свои способности было огромным, и я, наплевав на запреты, сосредоточилась, призывая магию. Она огнем потекла по венам, сосредоточившись у меня в пальцах, и я, как было написано в учебнике, представила, как в чуть сжатых ладонях формируется шар энергии, тут же распадаясь на множество крохотных огоньков.

А потом... Я взмахнула рукой, и это мерцающее желтым светом скопление сорвалось с пальцев и, повинуясь моей воле, зависло передо мной, мигая и дрожа, будто светлячки были живыми.

Я замерла, почти не дыша, боясь, что если отвлекусь, магия сорвется и натворит дел. Тогда меня точно выгонят из академии. Осторожно, едва-едва шевельнула рукой, и облако светляков двинулось в том же направлении. Но стоило остановиться, как оно тоже перестало двигаться.

Я попробовала отдать мысленный приказ, и, о чудо! — светлячки полетели ко мне. Я ощутила их мягкое тепло, отчего-то дарящее чувство защиты, и приказала им окружить себя, словно доспех. Они прильнул ко мне, как вторая кожа, все так же мерцая, а я подняла руку, разглядывая их с интересом.

А потом, недолго думая, взяла со стола карандаш и легонько ткнула себя им в ладонь. Карандаш мягко отпружинил, а я даже не почувствовала укола. Так вот как работает защита? Обалдеть, вот это мощь... Жаль только против сильных магов она мне не слишком то поможет.

Голова вдруг закружилась, и я ощутила слабость. Кажется, на сегодня хватит экспериментов. И так сегодня наэкспериментировалась — как бы сил хватило на завтра.

Отпустив магию, я с сожалением посмотрела на то, как светлячки растворились в воздухе, и опустилась на подушку. Пора спать, а завтра с новыми силами начну грызть гранит науки. Мне нужно стать лучшей, чтобы академия держалась за меня руками и ногами. Чтобы никто не смог до меня добраться.

Глава 13

Себастьян

— Ты хотел видеть меня, отец? — спросил я, едва вошел в кабинет.

Отец как обычно встретил меня хмурым взглядом, в котором в этот раз читалась откровенная ярость. Ого, кто это его так разозлил? Не завидую бедняге.

Ехал я сюда, в наше родовое гнездо, с превеликой неохотой. С отцом последнее время мы не слишком то ладили: он вечно пытался контролировать мою жизнь, а я винил его в смерти матери. И ко всему прочему не так давно ему ударила в голову идея снова жениться. Этого я не мог понять и не одобрял, а потому сразу заявил, что ноги моей на его свадьбе не будет.

— Хотел, сын. Заходи, — как обычно беспрекословным тоном произнес Доривальд-старший.

Я поморщился, но промолчал. Не стоило еще больше усложнять наши и без того непростые отношения.

Пройдя внутрь, я уселся в жесткое кресло