Мой нежный котик - Яна Смолина

— Всё это, — Воронов обвёл рукой изуродованный интерьер гостиной, — устроил твой кот. А ты его хозяйка. Значит, будешь отвечать.

— Вы виновны не меньше! Собаку свою крепче нужно держать! Тогда и не было бы всего этого!

— Артур, милый, — вдруг вмешалась в разговор кукла в мини, — да плюнь ты на эту колхозницу. Вот ещё связываться. Ты только посмотри, во что она одета. У неё ни стиля, ни вкуса. После её мазни стену закрашивать придётся.

Я не сразу осознала сказанное. Нет, мне не показалось. Эта фигня в розовом только что меня опустила!

— Ах, ну да, — вырвалось у меня громче, чем хотелось, — я и забыла, что на даче нужно одеваться по последнему слову дизайна и моды. Уж простите, что мы к вам в поношенном запёрлись, барыня. Плетей всыпете⁈

Блондинка скривилась.

— Чего несёт эта шмара?

— Как ты меня назвала⁈

— Маша, тебе ещё раз повторить? — спросил Воронов, не выказывая особых интонаций, но почему-то стало страшно. — Вещи собрала и вон отсюда. Чтобы я тебя не видел.

Блондинка даже ножкой топнула, как дитятко обиженное. Бросив на меня гневный взгляд, она развернулась и зашагала к лестнице, ведущей на второй этаж.

Дождавшись, когда она исчезнет с глаз, Воронов приблизился ко мне.

— Предлагаю договориться миром, Лена, — сказал он, глядя на меня сверху вниз. — Я бы мог содрать с тебя стоимость ремонта, монтажа оборудования для аквариума и оставить без средств к существованию с неподъёмными долгами. Но я не стану этого делать. Ты просто выполнишь то, что должна была. И если меня устроит твоя работа, я подумаю, что делать с тобой дальше.

Я отступила на шаг.

— Вы не имеете никакого права требовать от меня отработки! Это я требовать должна! Ваша псина чуть котика моего не загрызла! Всё, я ухожу!

На последнем слове развернулась и зашагала было к выходу. Но через секунду ощутила захват, сковавший запястье. Артур рывком развернул меня к себе и притянул так, что я упала в его объятия.

— Думаешь, можешь тягаться со мной? — процедил он, захватывая пальцами мой подбородок. — Неправильно думаешь. Тебе это не по силам, смелая девочка, — он повернул мою голову, осматривая со всех сторон, как товар. — Мне нравятся смелые девочки. Их так приятно ломать и подчинять.

У меня дыхание перехватило. Голос Воронова обволакивал своей властной энергетикой, гипнотизировал меня. На несколько секунд стало страшно, а потом я очнулась. Он же маньяк! Сначала просто так к себе звал, теперь вот снова, да ещё и угрожает в случае отказа. На что способен этот человек? Неужели и правда обладает властью, и мне его не одолеть? Целый посёлок сопротивляется ему, и, как выясняется, тщетно. Воронов заткнул всех.

— Если я это сделаю, вы оставите меня в покое? — спросила я, отпрянув и сбрасывая с лица его руку. Высвободить запястье не получалось.

— Считаешь, этого достаточно, чтобы компенсировать ущерб?

— Считаю, что я вообще не обязана ничего для вас делать! По совести мой кот не виноват, и вы это прекрасно знаете!

Хотелось плакать от отчаяния и обиды. Как же так? Где справедливость? Неужели никакой управы на этого гада нет, и всё так и будет сходить ему с рук?

— Рад, что мы договорились, — сказал он, ядовито ухмыльнувшись. — А теперь за мной. Покажу твоё рабочее место.

Спорить и что-то доказывать было бессмысленно. Всю дорогу по светлой лестнице на второй этаж и дальше по коридору я разглядывала широкую спину Воронова и судорожно соображала, как выкрутиться.

Никак. Просто смириться и делать своё дело. Что, если он не настолько монстр и отпустит меня, когда всё будет готово? Не запрёт же всё-таки. У меня работа, дом, кот. При мысли о Тучке совсем сникла. Как он там, мой несчастный питомец? Надеюсь, ему лучше, чем мне.

Артур остановился очень неожиданно. Я едва не врезалась ему в спину. А когда, толкнув дверь, мужчина подал мне знак, чтобы не отставала, я нетвёрдой поступью прошествовала следом.

Почти сразу тело прибило мелкой дрожью, а челюсть отвисла. Вопреки ожиданиям оказалась я вовсе не в спальне. Комната походила скорее на зал пыток средневековой инквизиции, где каждый предмет одним своим видом обещал непередаваемые эмоции и фейерверк ощущений.

Глава 10

Прямо посреди этой самой комнаты высилась кровать. Это была бы обыкновенная кровать, застеленная чёрно-красным шёлком, если бы ни решётка до потолка по её периметру. Со стороны конструкция походила на клетку для какой-нибудь крупной птицы, но быстро проведя аналогию, я всё же поняла, для чего предназначалась эта клетка.

Внутри неё пространство было опутано хитросплетением цепей, по её периметру свисали кожаные ремни, а к самому изголовью кровати крепились колодки. Я видела такие только в кино о далёком прошлом. Человека фиксировали в такой конструкции по рукам и по шее, и выставляли к позорному столбу. Но здесь явно не снимался фильм, а потому мои щёки вспыхнули румянцем, когда до меня долго.

Я медленно оглядела полутёмную комнату с зашторенными окнами. Чего здесь только не было. Здоровенный крест у стены, странный стул, сидеть на котором можно было лишь, широко расставив ноги. Стоит ли говорить, что каждый из предметов мебели здесь был увешан ремнями?

Вдоль боковой стены тянулась вереница плёток и хлыстов разного калибра. Одни были просто кожаными, другие имели металлические наконечники. И они вызвали у меня особый трепет. Я бы сказала — ужас. Огрей такой плёткой ничем не защищённую человеческую плоть, потом зашивать придётся.

Воронов, который всё это время внимательно следил за моим перекошенным лицом, будто считал мои мысли.

— Многое здесь для создания атмосферы и настроения, — проговорил он томным полушёпотом. — Нужно уметь контролировать себя и не заиграться, когда ощущения доведены до предела.

Я отшатнулась от него. Находиться в комнате с мужчиной, от которого неизвестно, чего ещё ожидать, было страшно. А когда он самоуверенной, вальяжной походкой приблизился к конструкции в виде креста и взялся за ремень, меня обуяла паника. Я начала судорожно высчитывать, смогу ли выскочить из комнаты, прежде чем он сгребёт меня в охапку.

— Знаешь, что это? — спросил он, одаривая меня белозубой улыбкой, от которой в голову ударил адреналин.

— Я не хочу знать.

— Очень плохо, Лена. Ты должна понимать, с чем тебе предстоит работать. Но думаю, ты догадываешься. Ты умная девочка.

Я отвернулась, не в силах больше выдерживать насмешливый взгляд этого садиста. Вот уж точно, садист! С такой-то спаленкой.

— Вы меня, конечно, извините, Артур Михайлович, — начала я, невольно отползая к выходу, — но вам не