Наваждение - Лада Христолюбова

Прогулялась по магазину, рассматривая манекены и ценники на них, захотелось горячего ароматного кофе, и я спустилась вниз и зашла в кофейню. Заняв столик у окна и заказав кофе, уставилась в окно. Сквозь серые тучи кое-где уже проглядывало синее небо. Неужели и у нас ещё постоит тёплая осень? Улыбнувшись своим мыслям, я отпила кофе, и жизнь заиграла новыми красками.

Я выбросила из головы сложности с боссом, его притязания на моё тело и молча наслаждалась окружающей обстановкой. Тихо льющейся музыкой, бальзамом покрывающую душу, я закрыла глаза и откинулась на спинку диванчика в такт покачивая, ногой.

Я сильная, и должна справиться со всем, что мне приготовила судьба. Я не стану унижаться перед мужчиной, кем бы он не был. У меня всё же есть гордость и самое главное себя я тоже люблю.

Чужое присутствие и принесенный им запах дождя с мокрыми листьями, вперемежку с дорогим парфюмом, заставил открыть глаза и встретиться с бушующим серым грозовым небом в глазах напротив. Удивленно приподняв бровь, я не спеша взяла чашку с кофе и отпила, не разрывая нашего контакта. Кидаться ему на шею я не собиралась, и спрашивать зачем он вернулся тоже. Поэтому мы сидели и молчали. Подошедшая официантка предложила ему кофе, он кивнул и снова начал буравить своим взглядом моё лицо.

Глава № 7

Всё же долгое молчание немного напрягало, пора бы уже встать и покинуть сие заведение, но с пожирающим меня боссом это было не тактично. Что-то же ему от меня снова понадобилось? Придётся спросить первой, иначе мы просидим здесь до ночи. Если он не решается, значит я должна сделать первый шаг.

— Ты что-то забыл? — Отставляя пустую чашку, спросила у мужчины, — Решил тоже заскочить в магазин? — с сарказмом спросила у него.

— Я думал.

— Оу, поздравляю. Вы Владислав Александрович думать умеете?

— Прекрати язвить, Арина. Я серьезно.

— Я тоже. Если вы уже подумали, то я пойду, мне ещё до дома добираться нужно.

Хоть мы и говорили не громко, но внимание привлекали. Все особи женского пола, что находились в кафе, оценивающе на него поглядывали, встретив мой взгляд отворачивались, кривя губы. Да я тоже была не дурнушка, и мне вслед смотрели мужчины присвистывая.

— Я тебя отвезу. — Вставая и оставляя деньги на столе, ответил Влад.

Делать нечего, не устраивать же разборки прямо здесь? Он взял моё пальто и надел на меня, подхватил мои пакеты и сумочку и схватив за руку поволок на улицу. Я еле сдерживала готовые вырваться возражения, но пока рано. Окажемся подальше от свободных ушей, вот тогда и спрошу, какого фига?

В машину меня буквально впихнули, небрежно бросив мои вещи на заднее сиденье. Он сел за руль, ухватившись за него двумя руками и снова замолчал. Вот теперь меня ничто, и никто не сдерживал.

— И? Что это было? Какого ты меня таскаешь, как маленькую собачонку?

— Сам не знаю. — Я аж опешила от такого заявления.

— Что? Мы с тобой сутки знакомы, а ты ведешь себя как ревнивый муж. Я вызову такси.

— Нет, я сказал, что отвезу тебя, поэтому сиди и закрой свой очаровательный ротик. Мне нужно подумать.

— Подумать? Тебе? О чём?

— Обо всем. Говори, адрес.

— Ильинская, 12.

Спорить я не стала, он был явно не в настроении, а я всё еще работаю в его компании, и пока я не нашла новое место работы лучше с ним сильно не ссориться.

Влад завел машину, и мы тронулись с места, выехали со стоянки и повернули на главную дорогу. Он молчал, сосредоточившись на дороге, я украдкой бросала на него взгляды из-под ресниц.

К чему же приведут его думы? Я одновременно боялась и ожидала его решения. Но, становиться временным пособием по сексу я не стремилась. Исходя из первоначальных данных, нам было вместе не только комфортно и хорошо, между нами проскакивали искры, страсть захватывала за секунды и поглощала, как зыбкий песок засасывая в свои недра. Чем больше я находилась рядом с ним, тем больше мне хотелось его касаться и не отпускать. Да, Арина ты опустилась до уровня всех его бешеных поклонниц, раз так взялась рассуждать. Не хватало ещё влюбиться в него, тогда я пропала, я же не смогу смотреть на его следующие увлечения, мириться с ними, но и требовать я тоже ничего не смогу. Между нами нет никаких обязательств, просто безумный секс.

Я сотни раз листала журналы со светской хроникой, в которых он был запечатлен каждый раз с новой пассией. Они толпой появлялись в офисе, Оксана не раз их выпроваживала, когда он их бросал. Иногда приходилось вызывать охрану, если брошенные девушки принимались буянить и сыпать угрозами.

Он выходил, смирял их высокомерным взглядом своих серых, как грозовое небо глаз и уходил, не бросив напоследок даже мимолетного взгляда. Он играл ими, как кот мышками. И чем мышка была красивей, тем было забавней наблюдать игру кота с ней.

Мы потом всем бабским коллективом в перерыве на обед обсуждали каждую “мышку”, которая не побоялась заявиться в офис. И мне до дрожи не хотелось, чтобы мои же коллеги обсуждали мою кандидатуру в качестве очередной “мышки”.

Поэтому я была твёрдо настроена на отсутствие каких-либо отношений с боссом. И всё это я уже была готова ему озвучить.

Проехав между домами, он свернул к дому и остановился напротив подъезда. Высотка возвышалась в центре двора, вокруг стояли ещё несколько таких же. Новый район быстро разросся и заселился. Среди пожелтевших деревьев, растущих вдоль дорожек, гуляли мамаши с колясками, бегали дети в цветных комбинезончиках. На детской площадке, тоже было много детей, они бегали, играли, качались на качелях, лазали по лесенкам и скатывались с горки.

Небо к тому времени, как мы подъехали стало абсолютно чистым и синим, не было ни единого облачка, ветер стих, и даже как будто замерла вся природа. Солнце последними лучами полоснуло, по двору, закатываясь за дома и продолжая свой путь за горизонт. Темнело рано, и уже скоро начнут сгущаться сумерки.

Влад рассматривал всю эту визжаще-смеющуюся компанию, и повернувшись ко мне внезапно спросил.

— Арина, а ты хочешь детей?

Я, честно не ожидала такого вопроса от него, поэтому немного растерялась, собирая рассыпавшиеся мысли и сгоняя в кучу своих упавших в обморок тараканов.

— Возможно, когда-то, когда найду достойного кандидата на роль отца.

— Кого ты хочешь,