Вторая жена господина Нордена. Книга 2 - Катя Лакруа

проблем. Я свалила нарезанный перец в миску и взялась за морковь. Поначалу дело шло бодро, но в какой-то момент рука с ножом неловко подвернулась, лезвие проехалось по мокрой поверхности морковки и прошлось мне по пальцу. Да так глубоко, что я невольно вскрикнула и поднесла палец ко рту. Из пореза тотчас начала сочиться кровь.

— Госпожа, что случилось? — Нэйлия, бросив только что вымытый пучок петрушки рядом с мойкой, шустро подскочила ко мне.

— Ничего страшного, просто немного порезалась, — пробормотала я, уже чувствуя, как болит палец.

— Ведь я говорила вам, что это не хозяйское дело. — В голосе Нэйлии слышался укор. — Теперь придётся отвлекать господина Адриэна, а он этого не любит…

— З-зачем отвлекать господина Адриэна? — Я отняла палец ото рта и наблюдала, как из пореза снова начинает вытекать кровь. — Просто дайте мне какую-нибудь тряпочку и помогите перевязать руку.

— Нет уж, госпожа. — Служанка уже вытирала мокрые руки о полотенце. — Порез надо обработать, а я не возьму на себя такую ответственность. Если потом у вас случится заражение, господин мне не простит. — И с этими словами непреклонная Нэйлия удалилась, что-то бормоча себе под нос.

Я слышала, как она тихо стучит в дверь кабинета и говорит:

— Господин Адриэн, простите, что беспокою, но у вашей супруги проблема, и я не могу её решить сама.

Потом — щелчок, и разговор стал доноситься очень слабо, поэтому расслышать хоть что-нибудь стало нельзя.

Первым моим порывом было убежать и спрятаться. В ванной, например: туда уж точно никто не сунется. Мало ли, что я там делаю. В то же время я прекрасно понимала, что Адриэн в любом случае уже знает о порезе, и смысла в прятках точно нет. Да и не смогу же я просидеть в ванной целый день! Он меня всё равно оттуда достанет.

Пока эти мысли панически метались в голове, снова раздался щелчок двери кабинета, шаги, и в кухне появился Адриэн. У меня тут же задрожали колени. Ну всё, сейчас начнётся. Муж в два шага преодолел расстояние до меня и остановился рядом. Я рассматривала его домашние туфли и не спешила поднимать взгляд.

— Показывайте палец, — раздался сверху уже ставший привычным холодный и приказной тон.

Я прерывисто вздохнула. Палец я зажимала правой рукой, чтобы кровь не залила всё кругом. И разжимать его было страшно.

— Элианна, вы меня слышите? Нэйлия, неси аптечку.

— Уже, господин Адриэн. — Служанка явно куда-то бегала, потому что слегка запыхалась.

— Найди средство против обмороков. На всякий случай. А ещё обеззараживающее и бинты.

Колени задрожали ещё сильнее. Даже вчерашняя заноза уже не казалась чем-то ужасным. А вот обработать глубокий порез… Мамочки!

— Элианна, вы же взрослая девушка, а не ребёнок. И вроде бы смелая. Давайте сюда руку. — И Адриэн довольно бесцеремонно ухватил меня за левое запястье.

— М-может, не надо? Оно… оно само пройдёт! — Собственный голос прозвучал жалко.

— И речи быть не может. Вас, конечно, посмотрит целитель, но первым делом нужно обеззаразить рану, и это я могу сделать сам.

Ну точно садист! Так и хочет сделать мне больно! Он без особого труда развернул мой сжатый кулак, и снова прозвучало нечто непереводимое.

— Не смотрите, — приказал муж. — Иначе снова отключитесь. Нэйлия…

Я услышала звон каких-то склянок, а потом Адриэн, видимо, сжалившись, предупредил:

— Сейчас будет больно. Терпите.

И не соврал. На палец полилась какая-то жидкость, и его обожгло так, что у меня слёзы брызнули сами собой. Я едва удержалась, чтобы не заорать в голос, и только всхлипнула.

— Ну, это точно лишнее, — хмыкнул муж. Вернее, не муж, а бессердечная скотина, чтоб его! И тут я почувствовала нечто странное. Очень-очень странное. Меня осторожно погладили по волосам. Да неужели⁈ И от этого неожиданного ласкового жеста я расплакалась ещё сильнее. Вот сейчас Адриэн точно съязвит.

Однако он снова удивил: присел на корточки рядом с моим стулом и взял обе мои руки в свои. Интересно, он от души или разыгрывает любящего мужа перед служанкой? Хотя мне вдруг стало всё равно, чем вызвано это проявление сочувствия. Адриэн тем временем отнял одну руку и осторожно стёр с моих щёк слезинки. Так, ладно, пора заканчивать рыдать. Я судорожно вздохнула, стараясь унять всхлипы, а Адриэн поднялся на ноги и протянул мне руку.

— А теперь давайте-ка провожу вас в спальню. Подождёте обед там.

— Но я… могу чем-нибудь помочь. — Даже несмотря на происшествие, уходить из кухни не хотелось.

— Не стоит рисковать ещё одним пальцем.

Я вскинула взгляд на мужа. Опять издевается? Но нет, кажется, говорит серьёзно. Во всяком случае в глазах явно читается беспокойство. Настаивать на своём резко расхотелось. Хватит уже калечиться и заставлять мужика со мной носиться. Я покорно приняла предложенную руку и, опираясь на неё, поднялась. Колени всё ещё подрагивали, и я была рада помощи.

Нэйлия всё это время молча резала овощи и зелень на разделочном столе. В дверях я невольно обернулась и заметила, что служанка смотрит на меня. Однако она тут же отвернулась и с явным неодобрением поджала губы. Похоже, выбор господина ей вовсе не по душе…

Глава 4

Адриэн

Девчонка шла, опираясь на меня и понуро опустив голову. Слава богам, молчала. Я не стал отчитывать её за неподобающее поведение: ну хочется взбалмошной госпоже возиться на кухне — пожалуйста. Скорее всего, она делает это нарочно, чтобы вызвать моё недовольство, но я ей такого удовольствия не доставлю. В конце концов, многие дамы из высшего света приглашают к себе именитых поваров и учатся готовить. Правда, судя по порезу, Элианна вряд ли была завсегдатаем кухни и вряд ли очень усердно изучала домоводство в пансионе.

Толкнув дверь в спальню, я завёл её внутрь и усадил в кресло. Девчонка всё ещё шмыгала носом и вообще выглядела несчастной. Никогда не умел утешать плачущих женщин и вряд ли научусь. Лину просто обнимал и ждал, когда слёзы иссякнут. Но обнимать Элианну желания не возникло.

— Обед в два, не опаздывайте, — сказал я и вышел в коридор.

Если бы не Нэйлия, и в кухне не стал бы изображать сочувствие. Недовольство служанки меня не тронуло: и так понятно, что идея с моей женитьбой ей не по душе, но, разумеется, вслух она этого никогда сказать не посмеет. Пусть привыкает: даже она должна верить, что я потерял голову от госпожи Азерис.

Я вернулся в кабинет и сел в кресло, чувствуя себя совершенно выжатым. Женат второй день, а жизнь уже успела превратиться в какой-то хаос.