Псих. Внутри тебя - Калерия Гумерова

— Ты сделала тату, — сказал уже более ласково мне Тайрон.

Его глаза были устремлены на мою грудь, медленно скользили по вытатуированным цветам, от локтя до плеча, переходя на шею. Перуанские лилии… Именно их он подарил мне после нашего знакомства. Наивный, романтичный жест, ставший началом кошмара. Этот цветок я набила специально, чтобы помнить тот момент… и многие другие моменты рядом с ним. Хорошие моменты. То немногое светлое, что у нас было. Я позволила себе хотя бы это…

— Как и ты! — я сразу заметила свое имя, выбитое у него чуть выше уха.

Чернильные буквы, навсегда запечатленные на его коже. Это… трогательно? Или просто еще один способ меня пометить, объявить своей собственностью?

— Не прикасайся ко мне!

Тайрон хотел дотронуться до моей руки, пока я не заверещала, как бешенная! В какую истеричку я превратилась за пол дня из-за него?

— Фрейя, успокойся! Тебе нельзя нервничать, ты можешь навредить и себе, и ребенку!

— Как будто тебе есть до этого дело!

— Всё, что касается тебя, — моё дело, женушка!

— Уже нет, Тай! Я освободила тебя от этого!

— Ты освободишься только после моей смерти, Фрейя!

Мне больше нечего ему сказать! Всё уже сказано! Пути другого нет, кроме драматичного исхода из этой истории.

Мы смотрели друг другу в глаза. Он стоял надо мной на расстоянии вытянутой руки. Не трогал, не приближался ещё плотнее. Но вся его аура давила на меня, как обычно, заставляя задыхаться от его присутствия рядом со мной.

Хотелось притянуть этого мужчину к себе и одновременно прогнать из своей жизни!

У него был такой усталый вид: круги под глазами, парочка новых морщин в уголках глаз, на лбу. Отрастил бороду и волосы. И будто похудел...

«Не один ты страдал, Тайрон! — подумала я про себя, смотря в его серые глаза. — Может, и внешне моё состояние идеально, но внутри я вся сожжена!»

— Извините, что прерываю, мне сказали, что вам нужен специалист по УЗИ.

— Проходите, — кивнула я, стараясь взять себя в руки.

В палату занесли громоздкий аппарат и поставили с правой стороны от меня. Тайрон молча перешёл на другую сторону, чтобы не мешать. Он встал у стены, рядом с изголовьем кровати, прислонившись к холодному кафелю спиной, так, чтобы тоже смотреть на экран.

— Посмотрим вашу малышку, госпожа Асманова.

Женщина налила мне на низ живота гель и взяла в руки манипулу.

— Вот! Смотрите, — она показала на экран, где было видно крошечное, едва различимое пятнышко.

На мгновение я забыла обо всём: о ненависти, о страхе, о боли. Стало так радостно, что она ещё во мне, в порядке! С ней всё хорошо!

На глаза навернулись слёзы.

— Бусинка мамина! — прошептала я. — А можно послушать её сердечко?

— Конечно! Секунду!

Я вытерла мокрые дорожки с щёк и посмотрела на Тайрона. Его глаза со странным выражением неотрывно следили за экраном монитора. Трудно было описать или понять его эмоции в этот момент, но когда мы услышали частый стук маленького сердечка внутри меня, он заплакал.

Его не заботило, что кто-то увидит его слабость. Он смотрел на своего ребёнка, и его сердце таяло перед ним. Эта малышка имеет над ним большую власть, чем я. Раз уж Тайрон позволяет себе такое перед посторонним человеком.

Медсестра тихо собралась и ушла, оставив нас наедине в палате.

— Я не убью её, Тайрон!

Я продолжала смотреть на слёзы, бегущие по его лицу. Так сильно растрогалась, что сама начала реветь ещё сильнее!

— Это нечестно, Фрейя! — своей широкой ладонью он с силой вытирает лицо. — После этого я не посмею тебя просить о таком!

Глава 9

Мое сердце забилось чаще от его слов. Тайрон встал на колени перед моей кроватью и положил свою голову рядом с животом. Моя рука сама потянулась к его лицу, чтобы погладить. Он всегда любил так лежать вместе со мной и просил трогать его, пока не заснет.

Большим пальцем я собрала его слезы, мне хотелось утешить его, обнять, хоть мне и самой это нужно. Но я просто гладила его рукой и ждала. Он должен сам понять, должен прожить этот момент и решить для себя, что делать дальше.

— Я буду ужасным отцом, я не заслуживаю ни тебя, ни этого ребенка, Фрейя! — он поймал мою кисть и прижал к своим губам.

— Ты сам ограничиваешь себя, Тай! — тянусь второй рукой к его волосам и запускаю в них свои пальцы.

Как же я соскучилась по нему! Все тело ломит от желания прижаться к нему полностью!

— Ты поэтому убежала от меня?

— Твоя придурочная Агата рассказала мне твой прошлый опыт с беременными девушками, и как-то перспектива быть побитой или зарезанной меня не прельщала. Даже после твоего признания я не могла тебе доверять!

— Я бы никогда не сделал этого с тобой, Фрейя, и пальцем бы не тронул!

— Но никто не отменял другие способы! Есть много причин моему поступку, мне казалось, это идеальным выходом из ситуации.

— Ты все правильно сделала, милая! Я бы на твоем месте тоже сбежал!

И вот мы опять разговариваем без масок и по-настоящему! Без всяких намеков, все так, как есть!

Я легонько тяну его за волосы, поднимая руку вверх, затем снова запускаю пальцы в его шевелюру. Тайрон стонет от такого массажа и прикрывает глаза.

— Что будет дальше? — тихо спрашиваю я его.

— Не знаю, — отвечает он честно. — Но я не оставлю тебя, убегай хоть каждый день, я буду тебя возвращать снова и снова, Фрейя! Наш дом совсем опустел без тебя...

— А наша дочь?

— Я стану ее ночным кошмаром!

Моя рука замирает. Я не хочу давить, но мне нужно знать... Ему что-то мешает, что-то пугает и очень сильно тревожит.

— Расскажи мне, — прошу его я.

Я помню его рассказ о семье, о том, что он убил своего отца, будучи подростком, потому что тот был тираном. Его мать и старший брат отвернулись от него, хотя именно он освободил их от этого ублюдка!

— Наш отец не проявлял к нам никакого интереса, я бы сказал, что он был полностью равнодушен к нашему существованию ровно до того момента, как ему требовалось выплеснуть свои эмоции