Та, кого я не хотел - Лу Берри

— Оба вон отсюда, — бросила я отрывисто.

Присутствие двух предателей душило. Было невыносимо видеть эти лживые рожи. И никому из них даже не было передо мной стыдно.

— И уйдём! — бросил Федя в ответ таким тоном, словно только и ждал этого момента.

Момента, когда я его выгоню.

Ира же оттолкнула его руки. Раздосадовано вскрикнула:

— Да уйди ты, Федя! Дай нам поговорить наедине!

Я холодно заметила:

— Я не собираюсь с тобой разговаривать. Я хочу, чтобы ты ушла и больше никогда не появлялась в моей жизни.

Лицо подруженьки болезненно исказилось, словно она готова была заплакать.

Один раз я на это уже купилась. Поверила в слезливый рассказ, пожалела ту, которая меня расчетливо, осознанно передавала. Но теперь на всю жизнь выучила этот урок.

— Аль, пожалуйста, — взмолилась она. — Выслушай…

Тихо хлопнула дверь кухни — Федя вышел прочь, как послушный пёс. И чем она заслужила такое его отношение?..

— Наслушалась уже, — бросила я в ответ бескомпромиссно. — Мне достаточно, Ира.

Она обняла себя за плечи, будто внезапно замёрзла. Казалась в этот миг хрупкой и уязвимой, но мне было уже плевать на её чувства. Как и ей на мои в тот момент, когда она решила залезть на моего мужа.

На месте сердца в моей груди образовался кусок льда.

— Что ты слышала? — спросила она, нервно сглотнув.

Дрянь. Пыталась понять, как половчее мне соврать.

Я презрительно хохотнула.

— Я слышала все, что нужно, чтобы понять — у меня не было подруги. Была дрянь, которую я таковой считала. И ведь подумать только! Всего несколько дней назад ты мне врала прямо в глаза, жалуясь на жизнь, на издевательства мужа… а сама кувыркалась с моим!

Она шумно выдохнула. Заговорила жалобно…

— Аль, я не врала насчёт Коли, все так и есть…

— Мне насрать, — прервала я её излияния. — Просто уйди. И любовника своего прихвати. Будете жить втроём. Вот Коля обрадуется!

— Аль, не надо!

Она в порыве отчаяния схватила меня за руки, но я зло стряхнула с себя её прикосновение.

— Уйди, — повторила громче.

Но она не двигалась с места. Прижала дрожащие руки к груди, снова взмолилась…

— Аль, не разрушай все. Ни свою семью, ни мою. Я же не увожу твоего мужа, у меня и мыслей таких не было… Просто так получилось… Я ведь здоровая женщина и у меня есть потребности…

Я хмыкнула с издевкой.

— Не уводишь, говоришь? Так, просто берёшь в аренду? Тогда, может, приплатишь мне за то, что им пользуешься?

Её лицо вытянулось, приняв такое выражение, что стало противно.

— Как ты говорить-то можешь такое?! — возмутилась она.

Я парировала ледяным тоном:

— А как ты могла такое сделать?

Она стояла передо мной, молча хватая ртом воздух и не могла ничего сказать в ответ.

Я презрительно добавила:

— Раз у тебя, как ты говоришь, потребности, ты могла закрутить роман с любым мужиком, но выбрала именно Федю. И ты сама знаешь, почему. Тебе хотелось его обожания, его признаний в любви… Хотелось самоутвердиться. Ну вот и получай его насовсем. Мне чужого дерьма в доме не надо. Жаль, что вы оба настолько подлые дряни, что раньше не признались, и попросту испортили мне жизнь!

— Я и не думала, Аль…

— Это заметно. А теперь я считаю до трех и если не уйдёшь сама — я тебя выкину.

Нащупав на плите сковородку, я замахнулась.

— Раз…

Она взвизгнула. Пулей вылетела из кухни и следом — из квартиры.

Я прикрыла глаза. Стояла и просто пыталась дышать…

До тех пор, пока рядом не раздались шаги.

Федя замер на пороге кухни с сумкой в руках.

Только теперь, глядя на него, я понимала, какую маску он носил все эти годы. Потому что сейчас видела его истинное лицо.

Он смотрел на меня с таким безразличием, что оно обжигало сильнее, чем открытая неприязнь.

— Я ухожу, — бросил он и в голосе его слышалось облегчение. — Хорошо, что все наконец вскрылось. Ты ведь все уже поняла, да?

Глава 10

О да, я поняла.

Поняла в том числе и то, что он даже не намерен был просить у меня прощения. После всего, что мы вместе прошли, после того, как пользовался мной столько лет, он уходил теперь с таким видом, будто ничего мне не был должен.

Даже хотя бы одного доброго слова.

Он стоял передо мной и выглядел при этом так, словно после долгого заточения наконец вырвался на волю. Наш брак для него, видимо, был тюрьмой.

А сам он был настолько гадким мудаком, что даже не смог мне в этом признаться. Предпочёл всю мою жизнь изгадить и истоптать, как натуральный козёл.

Я резко от него отвернулась, предпочтя ничего не отвечать.

Не хотела скатываться до банальных «как?» и «почему?», до унизительного «чем она лучше меня?».

Всё дурное уже случилось — не исправишь, не сотрешь. Тем более, что исправлять он ничего и не собирался. Да и я никогда не простила бы ни его предательства, ни потребительства, ни нелюбви.

Молча ждала, когда он уйдёт.

Но он почему-то не уходил.

Я услышала, как Федя поставил на пол сумку, как приблизился почти вплотную. Зачем играл на моих нервах, почему не свалил немедленно?

Он ведь только этого и хотел. И я теперь — тоже.

Хотя раненое сердце буквально обливалось слезами. Оно не понимало, как это возможно. Почему человек, которому я отдала любовь до последней капли, не дал в ответ ничего, кроме боли и ножа в спину.

— Аль… ну ты это, не расстраивайся, — проговорил он неловко. — Так уж получилось. Что я могу с собой поделать? Люблю ведь её…

То, как он говорил о ней — нежно и надрывно — буквально убивало во мне все живое.

Я порывисто к нему повернулась. Душа полыхнула ненавистью.

— Ты совсем башкой своей не соображаешь? — выплюнула с отвращением. — Мне нафига твои любовные излияния слушать? Мне — той, которая тебе родила детей, терпела безденежье, семью тащила за двоих несколько лет?! У тебя совсем совести нет, если ты даже прощения попросить не додумался, зато о любви своей неземной к другой бабе мне тут рассказываешь?!

Он нахмурился.

— Да я просто хотел, чтобы ты поняла…

Я презрительно хмыкнула.

— А я и поняла, Федь. Все поняла. Ире твои сопливые признания не всрались, как и ты сам, так ты решил мне тут душу свою поганую излить. А мне это не интересно. Просто свали к чёртовой матери отсюда