Дикие сердца - Джессика Питерсон

То были хорошие времена.

Лучшие.

Грудь сжимается еще сильнее от осознания, что родителей больше нет, как и Гаррета.

Я убавляю музыку и объезжаю ранчо. Дом выглядит нормально, но все остальное пришло в упадок, как и забор. В сарае для сена нет крыши – ее снесло торнадо пять лет назад. Система орошения давно не работает, и каждое пастбище, мимо которого я проезжаю, заброшено.

Я так хочу создать здесь новые воспоминания. Сохранить память о родителях и почтить весь их тяжелый труд на ранчо Риверс. Создать место, где мои братья могли бы процветать и чувствовать себя в безопасности.

Иногда поздно ночью я даже ловлю себя на мысли о том, чтобы завести здесь семью, рядом с братьями и их семьями. Жизнь на ранчо не легка, но это волшебное место для взросления.

С трудом сглотнув, я разворачиваюсь и еду обратно к главной дороге. Я не знаю, черт возьми, что буду делать. Но я не позволю какой-то заносчивой городской девчонке встать у меня на пути. Я дам моим родным лучшее будущее, которое они заслуживают.

Она хочет войны, она ее получит. У меня еще есть силы для борьбы.

Борьба – это все, что у меня осталось.

3

Молли

Сладкоречивые мешки с дерьмом

– Мам? Ты меня слышала?

Мама кивает, хотя продолжает смотреть в телефон, быстро набирая сообщение.

– Да, дорогая, извини, тот огромный объект, за которым я гоняюсь…

– Тот, что в Хайленд-Парке?

– Да. – Мама улыбается, уставившись в экран. – Только что получила письмо от владельца. Кажется, он мой!

– Это потрясающе! Поздравляю!

Она наконец поднимает на меня взгляд и берет свой несладкий чай.

– Самый крупный объект в истории нашей фирмы. Шестьдесят миллионов! Можешь в это поверить?

– Шестьдесят? Ух ты. А кто владелец?

– Разве я не говорила? Я думала, говорила. – Она хмурится, когда официант ставит перед ней салат. – Извините, но я просила, чтобы заправку, сухарики и сыр принесли отдельно. О, смотри, Молли, они и на твой салат все положили.

Я с трудом улыбаюсь.

– Мне кажется, я именно так и заказывала.

Я вернулась в Даллас из Хартсвилла несколько дней назад, но мама была в разъездах и примчалась обратно в город только сегодня утром.

– О. – Она снова поворачивается к официанту: – Ну, чтобы было проще, заберите оба салата и принесите их с отдельными ингредиентами, пожалуйста. Спасибо.

Я наблюдаю, как официант убирает наши тарелки, и у меня урчит в животе.

– Ты знаешь, что без гренок, сыра и заправки останется только салат и редиска?

– Все это молоко и пшеница в гренках – я уверена, это не пойдет на пользу твоему желудку, – говорит мама.

Я очень люблю свою маму. Она одна воспитывала меня. Несмотря на полный рабочий день, она приходила на все мои танцевальные выступления, выпускные и теннисные матчи – в отличие от папы, который не появился ни разу. Я питаю к ней огромное уважение.

Но, черт возьми, иногда мне хочется, чтобы она немного расслабилась. Чтобы меньше заботилась о своей внешности. Меньше старалась соответствовать чужим ожиданиям.

– Кстати, – продолжает она, – этот парень владеет одной из крупных нефтегазовых компаний. Он переезжает в Великобританию с новой женой. Говорят, они переделывают шикарный дом в Кенсингтоне, неподалеку от резиденции Уильяма и Кейт.

– А, ну молодцы. – Я тянусь за своим чаем.

– Как прошел поп-ап в бутике «Георганы»? – спрашивает мама, имея в виду магазин, который недавно принимал у себя коллекцию «Беллами Брукс» здесь, в Далласе.

– Все прошло хорошо – это точно шаг в правильном направлении. Мы не продали много, но зато наладили контакты с модными блогерами. Мы с Уилер договорились о встречах с ними.

Мама улыбается.

– Разве не здорово, что Даллас так одержим модой?

– Точно. Не уверена, что «Беллами Брукс» смог бы так расцвести где-то еще.

Я и правда так думаю. Поп-ап-магазины, как «Георганы», – это жизненная сила нашего бизнеса. Доступ к их клиентам бесценен, а упоминания в социальных сетях приносят узнаваемость бренда, которая, надеюсь, выведет «Беллами Брукс» из минуса.

К счастью, в Далласе живет множество влиятельных людей. У этих мужчин и женщин сотни тысяч подписчиков в социальных сетях. Если знаменитость напишет о твоих продуктах, это может значительно увеличить продажи. Но сначала нужно попасть в поле зрения, а возможность встретиться с блогерами лично здесь, в Далласе, – большая победа.

– Я горжусь вами, – говорит мама.

– Спасибо. Но, кстати, о том, чтобы остаться в Далласе…

– Ох, твой отец и ранчо. Да, я знаю. Мои адвокаты работают над этим, дорогая. Они согласны, что это условие просто нелепое, но им нужно время, чтобы вынести его на рассмотрение судьи. Мы справимся. – Она тянется через белую скатерть, чтобы похлопать меня по руке. – Будь терпелива. Пока что сосредоточься на «Беллами Брукс». Ты получишь деньги.

Ресторан, полный людей, гудит вокруг нас. Это одно из тех мест, где такие, как мама, проводят деловые обеды. Как и мама, все здесь одеты так, чтобы произвести впечатление. Мне нравится их стиль – длинные юбки, дополненные дизайнерскими ремнями и милыми топами, – и у меня голова кругом идет, когда я думаю, как все это будет здорово смотреться с сапогами «Беллами Брукс».

Если, конечно, «Беллами Брукс» не разорится до выхода нашей следующей коллекции, что случится только в случае серьезного – очень серьезного – вливания денег.

Мы с Уилер придумали концепцию компании по производству женских ковбойских сапог, когда учились на последнем курсе Техасского университета. Мы хотели создавать классические ковбойские сапоги с модным девичьим акцентом. Развивали идею в свободное время почти пять лет, пока не накопили достаточно денег, чтобы заняться проектом на полную.

Все сбережения ушли на создание «Беллами Брукс», и Уилер добавила денег, которые одолжила у своих бабушки и дедушки.

Мама тоже внесла значительную сумму. Она много работала все эти годы, чтобы построить свой бизнес, и это наконец окупилось: брокерская компания «Недвижимость Браун» (мама вернула себе девичью фамилию после развода) теперь одна из ведущих в Далласе и располагает более чем двадцатью агентами. Вклад мамы в «Беллами Брукс» был потрясающим, хотя она вежливо, но твердо заявила, что это все, на что готова пойти в финансовом плане.

Нам хватило средств, чтобы запустить первую настоящую коллекцию в прошлом году. Линейка, состоящая из двух моделей