Новогодняя сказка: Клиентка по вызову - Ашира Хаан

сладко сжималось против ее воли — ответил, что он настоящий психолог. Очень, очень плохой психолог, нарушающий все возможные этические нормы — как думала тогда Веста.

А теперь и не знала, что думать.

Может ли быть столько психологов на квадратный метр арбатского переулка?

Чего только в жизни не бывает!

И чудеса случаются — она улетала в его руках так высоко, что где-то там, в бездонной звездной темноте небес могла больше не бояться полетов.

— Совсем-совсем прошло? Совсем не боишься?

— А давай проверим? — с наглостью гопников старшее поколение зажало бедную Весту в углу, поставив перед ней планшет.

Аэрофобия есть? А если найду?

Ей последовательно проиграли ролик из авиасимулятора, видео с садящимся самолетом и даже кадры авиакатастрофы. И после каждого захода пристально вглядывались в лицо.

Веста сжимала зубы, вынужденно улыбалась, а золотистые веснушки удачно скрывали, как она бледнела на самом деле.

— Неприятная ты какая-то сегодня, Веста, — вынесли ей вердикт. — Отдай наши огурчики, иди к девчонкам своим.

Казалось бы — свобода?

Но кадровичка осталась в седле даже в такой безнадежной ситуации. Ведь начальников HR-отдела дьявол посылает на Землю, чтобы забрать у людей всю радость жизни.

— Ну и ладно, — подхватила она Весту под локоть. — Зачем, в самом деле, этим старушкам лететь? Им уже к земле привыкать пора, а не к небу. Ты молодец, да. Но, знаешь, в Египте одинокой женщине так опасно! Взяла бы кого-нибудь из мужчин!

Веста не успела открыть рот, а ее уже подтолкнули к программисту в свитере с оленем. У оленя был красный пластиковый нос и косоглазие.

— Мишенька, например, тоже любит Египет!

Веста и ее бегство

На танцполе играла какая-то то ли новогодняя, то ли рождественская медленная мелодия, и Весте пришлось согласиться, когда Мишенька протянул ей ладонь, приглашая на танец. Неудобно как-то было парня отталкивать, как будто он совсем противный.

— Любишь Египет? — вежливо спросила Веста, покачиваясь с едва уловимой амплитудой. Она положила ладони ему на плечи, и ткань свитера неприятно колола их, так что хотелось чесаться.

— Не очень. Бедуины эти немытые… дикари, — скривился Мишенька.

И сразу разонравился Весте.

Хотя не сказать, что до этого она его прямо любила.

— Это одна из самых древних цивилизаций… — попыталась она сказать, но Мишенька уже не слушал.

— Хочешь, я нажму кнопку, и у оленя загорится нос? — спросил он и полез куда-то за пазуху, выпустив Весту из рук.

Чего ей точно не хотелось — это лицезреть Мишенькин дряблый животик, который обнажился при этом действе, но об этом ее никто не спросил.

Зато очень удачно кончилась песня, и Веста, воскликнув: «Какая красота!», отпрыгнула от Мишеньки, у которого на свитере и правда светился олений нос.

Мишенька вообще-то был неплохим парнем. Всегда безропотно помогал подвинуть мебель и приносил кофе, если его попросить. Был вежливым и всегда в выглаженной рубашке. Но очень уж тоненько хихикал, когда играл в «Доту» за рабочим компом. И еще с ним была связана какая-то романтическая история, ходила в офис девушка с опухшим красным носом, пыталась прорваться через охрану.

Веста тогда еще удивилась, она была уверена, наверное, из-за смеха, что Мишенька не очень девушками интересуется.

В общем, героем, достойным второго билета из выигранной путевки, Мишенька не был. Несмотря на светящийся нос оленя.

Но кадровичка зорко следила за Вестиной потенциальной нравственностью в Египте и, стоило избавиться от оленя, сразу предложила замену:

— А вот еще Сережа отличный парень! — провозгласила она, цепляя Сережу за рукав.

Тот не был настолько оленем, насколько Мишенька, к приказам посторонних женщин не привык, поэтому сначала вырвался, потом смерил агрессоршу уничтожающим взглядом и только потом обратил внимание, на что его соблазняли.

— Сережа! Тут у нас Веста ищет, с кем лететь! — провозгласила несломленная кадровичка, тут же поднимая свои акции на несколько пунктов. — На Новый год! Одной же нельзя, а Весточке не с кем!

Веста в этот момент мгновенно вспыхнула алыми зорями. Спасибо, в мечущейся огнями полутьме и зеленоватой подсветке этого видно не было.

Сережа — серьезный, высокий, темноглазый, с темно-синей спортивной «Тойотой» — он нравился ей с самого первого дня в компании. Поэтому она только сильнее склонялась над клавиатурой, когда он проходил мимо, никогда не просила его поменять бутыль в кулере и, если видела, что он уже зашел в лифт, отворачивалась и делала вид, что совсем не спешит на свой этаж.

Короче, ни единого шанса привлечь его внимание у Весты не было, но сегодняшняя ее личная Купидонша сделала все за нее.

— Лететь? Куда? — Сережа поскреб свою сексуальную трехдневную щетину и с интересом посмотрел на Весту.

— В Египет же! Бесплатная путевка, а Веста…

— Путевка… — Сережа тщательно ощупал взглядом Вестины коленки, потом бедра, потом задержался на груди, и глаза его стали масляными.

Ей захотелось загородиться, спрятаться, укутаться — хоть в пуховик. Еще почему-то в душе росло возмущение. Да как он смеет вот так нагло, сально смотреть! Смотреть туда, где ее трепетно целовал мужчина с теплыми глазами — так благоговейно, словно возносил молитву и коленям ее, и бедрам, и груди… Особенно груди.

Липкий взгляд симпатичного ей когда-то Сережи словно стирал эти нежные отпечатки совсем других губ, и их стало до обидного жалко, захотелось закричать: «Прекрати! Прекрати!»

Пока Сережа решал, стоят ли его высочайшего внимания Вестины прелести или даже халявная поездка в Египет недостаточная плата, дело в свои руки взял Андрей, их менеджер по социальным сетям, высокий болтливый блондин, который никогда не упускал случая получить выгоду.

— Веста! — обрадовался он и сразу прошелся ладонями по всем местам, где пока Сережин взгляд только лениво скользил. — Тебя-то я и ищу! Разве ты не обещала мне танец?

— Обещала? — нахмурилась Веста, стараясь как-то незаметно освободиться, но тот лишь крепче прижал ее к своему твердому торсу.

— Тебе? — удивилась кадровичка.

— Конечно! — ответил он обеим, крутнул Весту, уводя из-под взгляда Сережи и потащил ее в центр толпы на танцполе. — Короче, так. Летим вдвоем, чемоданы легкие я привезу, закупимся масляными духами, бабы сейчас по ним текут, стоят копейки, продавать можно как люкс! — жарко зашептал он Весте на ухо, кружа ее в энергичном танце под заунывную «Jesus to a Child» из колонок. — Я тебе все места покажу, расскажу, жить будем вместе, тебе понравится, а если и ты мне понравишься, то с прибыли подарю айфончик. Устраивает?

Веста аж задохнулась от такой наглости.

— Нет, позволь, — тут их нагнал проснувшийся Сережа, в котором в свою очередь проснулся инстинкт охотника. — Девушка