По ту сторону мира - Екатерина Мордвинцева

В общем, кнопка нажалась.

И мир вокруг меня взорвался звуком.

Голос — громкий, хриплый, с каким-то металлическим оттенком — заговорил прямо у меня в голове. Или из артефакта. Или отовсюду сразу.

— связь! Наконец-то! Слушай, я уже думал, вы там все вымерли! Где вас носило целую декаду?! У меня тут товар залежался, болотная слизь первого сорта, свежая, прямо с утра собрал! Берёшь?

Я замерла, не в силах вымолвить ни слова.

— Алло? — голос стал тревожным. — Есть кто? Я слышу, что есть! Дыхание там, шуршание. Ты кто? Секретарша? Новая? Ну, давай, не тормози. Слизь нужна? Могу с доставкой, могу самовывозом. Цена договорная. Если берёшь оптом — скидка десять процентов.

— Я… — мой голос прозвучал пискляво и неуверенно. — Я не знаю…

— Чего не знаешь? Слизь не знаешь? Хороший товар! Болотная, чистая, без примесей. Для зелий, для артефактов, для удобрения драконьих пальм — всё подойдёт! Ты хоть спроси у своего начальника, он знает!

— Я не могу…

— Да что ты за секретарша, если ничего не можешь?! — голос возмутился. — Ладно, давай по-другому. Бери десять литров на пробу. Если понравится — потом закажешь. Только быстро, у меня ещё контракт с Торговым домом висит, но тебе, как своим, отдам дёшево. Десять литров за пять альдов. Идёт?

Я судорожно пыталась сообразить, что делать. Отключить артефакт? Как? Я уже нажала кнопку, но она, кажется, не была кнопкой включения-выключения. Скорее, кнопкой вызова. А как выключить — непонятно.

— Я… я перезвоню, — сказала я.

— Перезвонит она! — голос разозлился окончательно. — Ты что, издеваешься? Я тут стою, связи жду, портал держу открытым, а ты мне — перезвоню?! Ты вообще знаешь, сколько стоит поддерживать межмировой канал? Это тебе не по базару с лотком торговать!

— Извините, — пролепетала я. — Я правда не могу сейчас. Я только первый день…

— Первый день?! — голос перешёл на ультразвук. — Первый день, а уже артефакт связи активировала?! Это же закрытый канал для согласованных поставок! Ты как на него вышла?!

Я посмотрела на артефакт, который теперь светился ярко-красным и, кажется, вибрировал. Нити, опутавшие мои пальцы, стали горячими.

— Я случайно, — прошептала я.

— СЛУЧАЙНО?! — голос сорвался на крик. — Да я сейчас…

Дальнейшее произошло так быстро, что я не успела ничего понять.

Чья-то рука — сильная, с длинными пальцами — выхватила артефакт у меня из рук. Я подняла голову и увидела Фредрика. Он стоял надо мной, и выражение его лица заставило меня мгновенно забыть все слова, которые я знала.

Это было не раздражение. Это было что-то пострашнее. Спокойная, холодная ярость, которая не кричит, не топает ногами, а просто… замораживает всё вокруг.

— Хальден слушает, — сказал Фредрик в артефакт.

Голос на том конце резко сменил тон. Из возмущённо-истеричного он стал подобострастно-сладким.

— Господин начальник! Какая честь! Я не знал, что это ваш… то есть, я хотел сказать…

— Вы хотели сказать, что используете закрытый канал связи Управления для нелегальной торговли болотной слизью? — уточнил Фредрик. Его голос был спокоен. Спокойствие это было страшнее любого крика.

— Нелегальной? Что вы, господин начальник! У меня все разрешения, все лицензии! Я просто…

— Вы просто связались с сотрудницей, которая не уполномочена вести переговоры о закупках, и пытались продать ей товар, не имея на руках официального договора. Это нарушение статей 45, 67 и 128 Кодекса межмировых торговых отношений. Вам напомнить содержание этих статей?

— Не надо, господин начальник! Я… я понял свою ошибку! Больше такого не повторится!

— Уверен, что не повторится, — сказал Фредрик. — Потому что я отправляю запрос на проверку ваших лицензий. Если они в порядке — мы просто забудем этот разговор. Если нет — вы будете иметь дело не со мной, а с налоговым управлением. Всего доброго.

Он нажал на кнопку (на этот раз правильно, потому что артефакт погас и нити, опутавшие мои пальцы, опали, как сухие листья) и положил его на стол.

Повисла тишина. Я слышала только своё сердце, которое колотилось где-то в горле, и шёпот папок, которые, казалось, притихли, чувствуя настроение начальника.

— Екатерина, — произнёс Фредрик. Медленно. Разделяя слоги. — Что это было?

— Я… случайно…

— Случайно, — повторил он. — Случайно вы взяли в руки артефакт связи закрытого канала, который находится на вашем столе, потому что его забыла убрать предыдущая секретарша. Случайно нажали на кнопку активации. Случайно вышли на связь с хаотитом, который уже полгода пытается впарить нам болотную слизь, хотя мы ей не пользуемся уже три года, потому что она оставляет на артефактах несмываемый налёт.

Он замолчал. Я молчала тоже, потому что сказать было нечего. Всё, что он перечислил, было правдой.

— Вы знаете, что сделал хаотит? — спросил Фредрик. — Он использовал момент активации, чтобы зафиксировать нашу сеть. Теперь он знает частоты нашего канала и будет пытаться влезть в него снова и снова. Мне придётся подавать заявку на смену шифрования. Это займёт три дня. Три дня, Екатерина, наш отдел будет без защищённой связи. Если за это время случится что-то серьёзное — аномалия высокого уровня, прорыв портала, вторжение — мы не сможем вызвать подкрепление. Потому что вы случайно нажали на кнопку.

Я почувствовала, как пол уходит из-под ног. В прямом смысле — ноги стали ватными, и я опустилась на стул, потому что стоять больше не могла.

— Я не знала, — прошептала я. — Я правда не знала. Я увидела какой-то предмет, взяла его в руки, и…

— И не спросили, что это, — закончил Фредрик. — Не спросили у меня, не спросили у Греты, не спросили ни у кого. Просто взяли и нажали.

Он отвернулся к окну и замолчал. Я смотрела на его спину — прямую, напряжённую, и чувствовала себя последней идиоткой.

— Я… — начала я.

— Не надо, — перебил он, не оборачиваясь. — Извинения не исправят ситуацию. Смена шифрования — это не просто заявка. Это проверка всего отдела, это допросы, это бумаги, которые мне придётся подписывать вместо того, чтобы заниматься реальной работой.

Он повернулся, и в его глазах я увидела не злость. Разочарование. Как у учителя, который поставил на ученика, а ученик списал контрольную.

— Я понимаю, что вы в этом мире впервые, — сказал Фредрик. — Я понимаю, что вы не знаете наших правил, наших артефактов, наших процедур. Но я ожидал, что у вас хватит хотя бы базового здравого смысла, чтобы не трогать незнакомые предметы в незнакомом месте. Особенно в кабинете, где всё, буквально всё, может быть магическим и потенциально опасным.

Он сел за свой стол, открыл какую-то папку и, не поднимая глаз, добавил:

— Продолжайте разбирать жалобы. И больше ничего не трогайте.