Жрицы резонанса - Романчик А.В.

И по сравнению с другими риеты были очень сплоченным и коммуникабельным кланом, где все риетки действовали как единый строй и семья. И на то были веские причины. Их не только любили, но и много кто ненавидел за их уникальность. За физический вред риетке могли серьезно наказать, но вот морально вредили много.

Было много ненависти со стороны обыкновенных женщин за то, как мужчины любили риеток и что даже туреты при всей своей категоричности с ними считались. Но именно в обычных женщинах Вита видела своих врагов. Было необычно узнать, какой сильный страх испытывала могущественная риетка перед самой обыкновенной женщиной, не обладавшей её уникальностью.

— Пап, почему вообще есть такая возможность, что мужчины с белыми метками способны наделять силой других женщин? — спрашивала юная Вита в одном из воспоминаний. — Из-за этого браки разваливаются и риетки обижаются, особенно на высоких уровнях.

— Чтобы нас не обвиняли, что мы прибрали всю власть и силу себе, — отвечал Тэт, читая газету. — И никто не мешает всем этим мужчинам пройти полный резонанс, чтобы исключить саму возможность подобного развития. Да элементарно взять краску и закрасить метку, чтобы даже никто не понял, даже некоторые риетки так делают, чтобы выдать себя за обыкновенную женщину. Но мужчины не хотят полного резонанса. Хотят иметь выбор.

— Но это нечестно, что они выбор имеют, а мы нет!

— А ты бы хотела с ними поменяться местами и получить белую метку? — серьезно посмотрел на дочку Тэт.

Холодной змеей прополз липкий страх, словно Виту пугала сама мысль о подобном. Если мужчин соблазняли, похищали и использовали то, что будет с женщиной с белой меткой? Самих риеток никто никогда не трогал, как и истинных риетов. Всякое разное происходило с носителями белых меток, поэтому обладателей высокого уровня оберегали как сокровище и обучали защищаться.

— Нет, не хотела бы, — признала правоту отца Вита. — Слишком страшно.

— У нас есть возможность поставить на женщину белую метку, если она захочет. Просто мало тех, кто этого хочет.

— Почему? Не нашлось бы желающих?

— Желающие бы нашлись сразу, поверь, — перевернул газету Тэт. — Особенно в индустрии не для твоих ушей. Но одно из условий удачного резонанса пара не должна касаться других. Иначе силу можно пробудить лишь на восьмом уровне и выше.

— Что-то страшное может произойти? Да? — догадалась Вита по недосказанности отца.

— С теми, кому ставили белые метки, а потом подключали восьмой уровень, происходили страшные вещи. Некоторые даже кончали жизнь самоубийством.

— Но риетки выдерживают даже девятый! — ужаснулась Вита.

— Риеток с рождения обучают как себя вести на разных уровнях резонанса, но другое дела те, кто с нашей силой незнаком.

— А другие кланы не пытались украсть у нас тайну метки?

— Это невозможно сделать, как бы они не пытались, — снисходительно отвечал Тэт. — Наша метка — благословение высших сил. И лишь они решают, кто имеет право её поставить и у кого она должна стоять.

— Вот бы было замечательно, если бы все ходили с черными метками!

Тэт благодушно потрепал дочери волосы.

— Ворчания было бы больше. Его и так много из-за самого существования нашего клана.

Ит вернулся в реальность, когда услышал чьи-то шаги. Пришла Клея. Но ему даже смотреть в её сторону не хотелось. Еще была свежа обида за обман.

— Неужели у меня нет ни шанса? — спросила она с горькой обидой. — Что в ней такого, чего нет во мне?

— Ничего. Она принимала твой образ, когда приходила ко мне во снах. Я был уверен, что не разочаруюсь в тебе.

— Что изменилось⁈ Не то лицо⁈ Что не так⁈

— Я был влюблен в твои письма, но что в них было настоящего от тебя? О чем ты думала, когда прибегала к помощи соретки?

— А колдунью за что ты любишь⁈

— Я её пока не знаю, мне не дают с ней общаться, чтобы я её узнал. Я могу лишь смотреть её глазами и просматривать воспоминания.

— Разве ты не понимаешь⁈ — села рядом Клея. — Именно поэтому ты стал… таким! Погрузился в её память! Погрузился в её колдовство! Именно в своем разуме она имеет наибольшую власть! Ты видел, какими одурманенными ходят по улицам их мужчины⁈

Ит пожал плечами. Одурманенными мужья риеток точно не выглядели.

— Ты бы хотела получить их силу? Получить белую метку?

У Клеи округлились глаза.

— Как ты можешь предлагать мне что-то настолько неприличное⁈

— Почему? Сходить к риетам и попросить себе белую метку. Ты невинна и сможешь успешно подключиться хотя бы до уровня третьего с тем, у кого тебя есть связь.

— Белая метка для женщины — это омерзительно! — заорала Клея в бешенстве.

— То есть ты боишься того, что тебя пропустят через толпу, как меня собирались?

— Для мужчины — это нормально, а для женщины — это проституция!

И она сама убежала. Получалось предложение о белой метке её оскорбило, словно Ит действительно предложил ей проституцией заниматься.

Он снова полез в память риетки, чтобы получить ответы на возникшие вопросы. И увидел сцену, как везли одну из старших сестер Виты к моретам. Она не хотела ни знакомиться, ни узнавать будущего супруга просто, потому что он — морет.

Риеты шли по коридору с двумя барьерами по обе стороны, но с одной стороны находились мореты с белыми метками, а со второй… моретки. И женщины очень мрачно провожали взглядами приехавших риетов.

— Пап… они же все разного возраста, — дернула за рукав Тэта Вита. — И почему к ним никто не приезжает? Почему никто не смотрит?

— Потому что они проститутки, — прорычала сестра. — Если во взрослом возрасте у мужчины появилась белая метка — это зов проститутки. И предложение о соглашении с ней.

— Зачем ты так категорично, Олита? — печально посмотрел в сторону мореток Тэт. — Это так же значит, что некоторые из них хотят выйти замуж. Метку ставят на год, и происходит одно из двух в зависимости от того, как себя зарекомендовала моретка и чего хочет. И если это просто девочка, которая хочет вырваться, то…

Он проводил взглядом парня, у которого была в руках фотография. Парень обошел ряд девушек с белыми метками, а затем показал им к кому приехал. К нему