Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Знаю…

— Ох, Амелия… — Алисия тяжело вздыхает, покачав головой. — Когда же она наконец обретет свое счастье? Я думала, что все изменится к лучшему после того как она встретит мужчину.

— Я же говорила тебе, что ее ждет еще несколько испытаний, — с грустью во взгляде отвечает Амелия. — Даже если между ними будет перерыв, Ракель переживет еще многое до того, как в ее жизни наступит мир и покой.

— И долго его ждать?

— Этого я не знаю. Об этом говорят линии на ее руках.

— Что еще предстоит пережить моей девочке, прежде чем она перестанет так страдать?

— Не знаю, Алисия, не знаю. Но знай, что однажды судьба вознаградит ее за все страдания. За все, через что ей пришлось пройти.

— Надо бы сходить в церковь и помолиться за нее. Чтобы Господь помог ей и не бросал в тяжелый момент.

— Пока что только и остается надеяться на помощь Бога.

— Если бы я могла чем-то ей помочь, то непременно сделала бы это, — тихо признается Алисия, пока в ее глазах появляются слезы.

— Может быть, тебе стоит поговорить с дедушкой Ракель? — дружелюбно предлагает Амелия. — Что если он что-то знает об этой ситуации и расскажет тебе намного больше, чем знаю я или ты?

— Мистер Кэмерон? Ах, да… — Алисия чешет затылок. — Что-то я совсем позабыла про него… И тоже уже давно не разговаривала с ним…

— Ну ты что-то совсем забыла про них!

— Я и сама не рада… Но не удивлюсь, если мистер Кэмерон и сам уже давно не общался с Ракель.

— Кто знает, милая, — пожимает плечами Амелия. — В любом случае ты должна поговорить с этим человеком. Дедушка Ракель живет намного ближе к ней, чем ты. Ей проще прийти к нему домой и что-то рассказать.

— Думаю, я так и сделаю… — Алисия слегка хмурится, поглаживая подбородок. — Позвоню ему ближе к вечеру, когда в Нью-Йорке будет часов семь-восемь. Сейчас у них там еще очень рано. А я не хочу разбудить мистера Кэмерона своим звонком.

— Уверена, что он обязательно что-нибудь расскажет и внесет больше ясности в эту ситуацию, — уверенно говорит Амелия.

— Надеюсь, подруга, надеюсь…

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Алисия с грустью во взгляде смотрит куда-то в сторону и задумывается о чем-то не слишком приятном, а Амелия просто наблюдает за ней, искренне сочувствуя своей подруге и ее племяннице.

— Ах, Алисия… — тяжело вздыхает Амелия. — Иди ко мне…

С этими словами Амелия заключает Алисию в свои крепкие, дружеские объятия, которые та охотно принимает, так же как и ее подруга догадываясь, что проблема Ракель может так или иначе быть связана с Саймоном, который не получил наказание после того как однажды попытался уничтожить эту девушку. Никто не может предугадать, что случится сегодня или завтра. От Саймона можно ожидать чего угодно… Любой пакости. Любого заявления. Любого действия. И подобная неизвестность пугает больше всего на свете. Рингер прекрасно понимает, что ожидание неизвестно чего убивает намного сильнее, и пользуется этим, чтобы как можно больше свести свою жертву с ума.

***

Нью-Йорк. Дом Ракель и Терренса. Время около двух часов дня. За эти пару недель отношения между влюбленными еще больше охладели и стали, пожалуй, хуже, чем когда-либо. И если раньше они еще как-то делали вид, что между ними ничего не случилось, то сейчас никто даже не пытается промолчать о том, что им стало просто невыносимо находиться рядом друг с другом. Служанки стараются лишний раз не попадаться на глаза ни девушке, ни мужчине на глаза и либо прячутся в разных углах, либо спокойно делают свою работу.

Терренс и Ракель ссорятся почти каждый день и не могут пройти молча, не упрекнув друг друга в чем-то или не огрызнувшись по причине или без. Вот и сегодня они в очередной раз начинаются выяснять отношения из-за всего, происходящих в их жизни, пока находятся в своей комнате и занимаются какими-то своими делами.

— Ар-р-р, твою мать, неужели ты опять начинаешь обвинять меня во всем, что с нами происходит? — сидя на кровати со скрещенными на груди руками, громко возмущается Ракель.

— А то ты этого не знаешь! — пытаясь что-то найти в гардеробной, громко, резко огрызается Терренс.

— Я ни в чем не виновата!

— Ну конечно, не виновата!

— Нет моей вины в том, что у Саймона поехала крыша. Я не виновата в том, что он никак не может остановиться и оставить меня в покое.

— Ах да, я забыл…

Терренс резко поворачивается лицом к Ракель.

— Ты у нас невинная ! — фыркает Терренс. — Совершенно невинная!

— Конечно, невинная! — громко бросает Ракель.

— Ага, невинная и трусливая!

— Чего?

— Разве не ты сложила руки и по-тихому сбежала к своей тетушке в Англию, когда у этого ублюдка поехала крыша в первый раз?

— А это-то здесь причем?

— Да не причем! Просто констатирую факт!

— А ты не мог бы просто заткнуться и не бесить меня?

— Я у себя дома! И буду говорить все, что захочу! А вот тебе бы не помешало заткнуться. Заткнуть свой поганый рот и слушать, что тебе говорят.

— Тебя что ли слушать? — Ракель презренно усмехается. — А кто ты такой?

— Тот, в чьем доме ты живешь!

— Ах, вот как…

— Трусливая дура… — качает головой Терренс и скрещивает руки на груди. — Дура, которая испугалась, что ее начнут осуждать и показать на нее пальцем со словами: « Да, вот она, та самая девчонка, что не захотела признать свои ошибки и по-тихому свалила подальше от проблем, наивно полагая, что все разрешится само! ».

— Я должна была уехать! — громко заявляет Ракель, резко встает с кровати и подходит к Терренсу. — Должна была прийти в себя после того что произошло. Ты, мразь, даже не представляешь себе, что я чувствовала,