Невольная ученица ректора-дракона. Вернуть любой ценой - Адриана Вайс

Рядом с нами опять появляется Виррал в образе дракона и снова разворачивается битва. Кроваво-красные руны вспыхивают на руках одного из магов и он мечет черную молнию в Виррала.

— Вик, держись! — рычит Виррал, хотя в этот момент именно мне было бы правильнее крикнуть подобное ему.

Виррал отчасти уклоняется, но черная молния задевает его по крылу, отчего он громко ревет и разворачивается, ударяя магов хвостом, поднимая волны каменной крошки. А затем, набрасывается на Хартейна и я на мгновение ожидаю, что связь с меткой из-за этого ослабеет, но ничего подобного! Голос в голове все так же требует одного и того же!

У меня даже проносится безумная мысль, что, может, это и не Хартейн управляет ей, а кто-то на расстоянии по его указке. Тот же Райан, к примеру.

Со спины раздается знакомый рёв — мимо проносится Рэйвен, тоже накидываясь на Хартейна.

— Я займусь этим мерзавцем! — грохочет он, явно обращаясь к Вирралу, — А ты защищай свою девчонку!

Виррал в ярости что-то отвечает ему, недовольно скалится, но, сложив крылья, стремительно несется вниз. Утробно рыча, он опускается рядом, разбрасывая в стороны темных магов, которые, судя по горящим глазам, тоже нацелились на меня.

Так и хочется спросить — на мне что, свет клином сошелся что ли?

Я снова собираю все свои силы воедино, чтобы освободиться из-под влияния метки, но тело будто ватное. Голос в моей голове как заведенный приказывает мне всадить нож себе в горло. И, в тот момент, когда моя рука уже дрожит и опасно дергается вперед, на меня падает странная тень.

Это еще что за чертовщина?!

Краем глаза успеваю заметить, что тень приходит откуда-то со стороны Рэйвена и даже имеет ту же драконью форму. Она движется как быстрый вихрь, а потом, в какой-то дикой вспышке, врезается в меня.

И снова я чувствую холод, который пронизывает до самых костей. Пара долгих секунд и он сменяется жаром, отчего я испуганно вскрикиваю. Но одновременно с этим, я слышу у себя в голове смутный голос Рэйвена:

«Не бойся, я не собираюсь вредить тебе… по крайней мере, пока…»

Звучит не очень обнадеживающе, если честно.

Но зато меня внезапно отпускает жжение на груди! Меня накрывает мимолетное ощущение, будто кто-то дотронулся до моей метки, после чего она разом вспыхивает как бенгальский огонь, а потом…

Потом внезапно распадается на частички черного тумана, просто растворяясь в воздухе. Всего секунда и нет никакого напоминания о том, что она хоть когда-то была у меня. Ее словно стерли ластиком.

Я дёргаюсь, выпуская кинжал из рук, не в силах поверить, что боль наконец-то проходит.

— О господи… — выдыхаю я, ощущая, будто меня накрывает волной освобождения.

Словно тяжёлый замок упал с души, и теперь я могу вздохнуть полной грудью. Никакого тебе сводящего с ума голоса, никакой угрозы жизни. На всякий случай перевожу взгляд на свои руки и замечаю как сильно они дрожат.

Хочется расплакаться от счастья. Вместо заезженного как старая пластинка приказа, в голове появляется одна-единственная мысль: “Неужели… я теперь свободна?!”

Но мгновенье радости прерывает дикий крик Хартейна. Похоже, он заметил, что метка рассеялась, и приходит в бешенство:

— Проклятье! — орёт он, истерично размахивая руками, — Рэйвен, ты мне за это ответишь, предатель!

Вокруг Хартейна бешеным смерчем закручиваются потоки энергии. От ощущения этой колоссальной мощи даже в дрожь кидает. Но самое пугающее — я не сразу осознаю, что вся эта мощь направлена на нас с Вирралом.

Я с трудом вскакиваю на ноги, надеясь закрыться от этого удара курками (ну, что поделать, ничего умнее в этот момент мне в голову не пришло), но именно в этот момент с неба, с оглушительным ревом на Хартейна падает Рэйвен. И успевает он в тот самый момент, как Хартейн выпускает свое разрушительное заклинание.

Два мощных магических потока сталкиваются друг с другом и порождают ослепительную вспышку. Сначала я вижу лишь дугу, похожую на разряды молний, а затем — взрыв такой мощи, что мое сердце чуть не останавливается, ушли закладывает, а глаза ломит от яркого света. Звуки утопают в скрежете, скалы содрогаются, и огромный кусок плато буквально взмывает в воздух облаками обломков и пыли.

— Рэйвен! — прикрывая лицо руками, невольно вырывается у меня.

Взрыв еще некоторое время сотрясает округу, шум в ушах не утихает, а когда дым рассеивается, ни Хартейна, ни Рэйвена уже нет. Они просто исчезли вместе с целым участком земли, над которым они только что парили, будто кто-то выстриг этот кусок из самой реальности. После них осталась одна только зияющая пропасть и редкие куски скалы, которые каменным дождем обрушиваются вниз.

— О нет… — шепчу я, не зная, что чувствовать. Даже после всего, что Рэйвен натворил, мысль, что он просто исчез вместе с Хартейном, вгоняет меня в шок.

— Рэйвен… — ошеломлённо шепчу я, толком не понимая какие чувства во мне сейчас главенствуют. С одной стороны, он, конечно, был негодяем и пытался нас использовать… Но с другой, похоже, что только что он спас нам с Вирралом жизнь.

Сбоку раздаётся тяжелый рев, и я перевожу взгляд: Виррал завершает бой с оставшимися темными магами, размотав их как тузик грелку, и в обличии человека кидается ко мне.

— Вика! — он падает рядом со мной и заключает меня в объятия. Я беспомощно утыкаюсь лицом ему в плечо, чувствуя его бешено колотящееся сердце. — Ты… ты в порядке?

— Да… теперь да, — я обвиваю руки вокруг его спины и с облегчением приникаю к нему. — Прости… что вернулась… но… я не могла оставить вас одних…

— Я в таком бешенстве, что не знаю, отчитать тебя или поцеловать, — с напускной суровостью говорит он, но его голос дрожит от облегчения. — Ты притащила Рэйвена, подставилась под удар Хартейна… Но, — он сжимает меня крепче, — слава Древним, ты не пострадала.

— Можешь сделать и то и то, — усмехаюсь я, стискивая его в объятиях и наслаждаясь жаром его тела. Таким успокаивающим, что на глазах проступают предательские слезы. В этот момент мне настолько хорошо, настолько спокойно… что даже не верится, будто недавно вокруг нас разворачивались чудовищные сражения.

В этот момент, чуть в стороне, с сухим хлопком открывается новый портал, из которого выскакивают мои родители —