Две плети - Майя Невская

— Позволю при одном условии. — Его гипнотические глаза подавляли мою волю, подчиняли сознание. Все во мне сосредоточилось на Кирилле, застыло в ожидании его слов. — Попроси у меня на это деньги. Своими пользоваться запрещаю.

На несколько секунд я перестала дышать. Казалось, даже мир вокруг замер, пока смысл сказанного медленно доходил до меня. Приказ Кирилла вызвал в душе хаос. Мгновенно захотелось отказаться от намерения привезти Арине подарок, но я понимала, что Кирилл все равно не отступит. Он хотел моего подчинения, хотел, чтобы я сдалась ему и в этом. А я всегда старалась делать все, чтобы угодить ему. Никогда и ни в чем не отказывала. Делала все, что он хотел. Привыкла подчиняться полностью.

До этого момента все приказы Кирилла были относительно несложными. Но нынешний… нынешний посягал на что-то основополагающее…

Последний раз деньги я просила у родителей, и было это в подростковом возрасте. Я давно обеспечивала себя сама, привыкла к финансовой независимости. Это было тем, что позволяло мне чувствовать себя уверенно и твердо стоять на ногах. Пусть в моменте, но Кирилл хотел этого меня лишить.

Под его спокойным взглядом я боролась с собой. Мне было легко стоять перед ним на коленях, но просить деньги язык не поворачивался. Это было неловко. Даже унизительно. Душа металась в теле, словно захваченная в силки птица.

Я пыталась уговорить себя, что в подобной просьбе, по сути, нет ничего страшного, но это не помогало. Внутри разгоралась настоящая буря, которую унять не получалось. Она сносила все на своем пути, кирпич за кирпичиком разрушая мои установки и принципы. Желание во что бы то ни стало угодить Кириллу, в очередной раз брало верх. Я чувствовала, как внутри меня что-то треща по швам, с отчаянным сопротивлением ломается…

Еще до конца не осознавая происходящее, я заговорила:

— Господин…

— В глаза мне смотри.

Я тут же подчинилась. И теперь просить стало в два раза сложнее. Но подсознательная потребность быть для него идеальной заставляла переступать через себя.

— Господин, я хочу купить сестре подарок. Не могли бы вы… не могли бы вы дать мне на это денег… пожалуйста… — закончила я еле слышно. Пульс зашкаливал. Удары собственного сердца полностью перекрывали шумные звуки аэропорта.

— Попробуй еще раз. Ты просишь у меня деньги недостаточно искренне.

Я смотрела на Кирилла, чувствуя, как в глазах скапливаются слезы. Я находилась в сильном эмоциональном напряжении, которое рвало мою выдержку на части. Мимо проходили люди, не подозревая о том, какая буря происходит у меня внутри.

Кирилл не облегчал задачу, заставляя снова и снова повторять тихую просьбу, пока ее звучание не устроит его полностью. Я едва выдерживала это давление. Спустя несколько минут этой моральной пытки душа была разорвана в клочья.

— Господин, мне трудно просить вас о чем-то подобном, но без вашей финансовой помощи мне не справиться. — Дыхание сорвалось. Слезы жгли глаза. Продолжая ломать себя, я искала внутри недостающую искренность. — Вы всегда ко мне достаточно добры и я очень это ценю. Пожалуйста… Господин, не отказывайте мне… — Одна слеза все же сбежала по щеке. Я тут же ее смахнула. Напряжение достигло апогея. Хотелось упасть на колени и разрыдаться в голос. С отчаянием я смотрела на Кирилла, умоляя его прекратить мои мучения.

— Уже лучше. — Кирилл протянул мне пластиковую карточку. — Позже отблагодаришь меня за каждый потраченный с моего счета рубль.

— Да, Господин, — проговорила я почти шепотом и на едва гнущихся ногах, сжимая в ладони символ моего унижения, ушла в магазин.

За несколько минут до вылета, давясь слезами, я благодарила Кирилла, отсасывая ему в кабинке мужского туалета.

Наша связь длилась уже два года. За это время я хорошо изучила Кирилла, но не смотря на это все еще не знала, чего от него ожидать. Раз за разом ему удавалось выбить меня из колеи, устраивая эмоциональные встряски, после которых я чувствовала себя выпотрошенной до основания. День за днем он пробирался глубже, подчинял еще сильнее, на ином уровне… Казалось, не осталось ничего, что я бы не сделала для и ради Кирилла. Сегодняшний унизительный эпизод это доказал.

— Впредь все свои траты согласовываешь со мной. — Он застегнул ширинку и вышел из кабинки, оставляя меня приходить в себя в одиночестве.

* * *

— Как слетала в Казань? — Спросила Арина, устраиваясь на моей кровати. — Попробовала эчпочмак?

Разбирая вещи, я помотала головой.

— Как-то не довелось.

— Ты шутишь? — Скептически посмотрела на меня сестра. — Ты была в Казани и не попробовала блюдо национальной кухни? Кирилл тебя что, все время в постели продержал?

Фактически так оно и было, но я не грустила по этому поводу. Я провела фантастическую неделю с Кириллом. Город за пределами номера и местная кухня меня мало интересовали.

— Зато тебе я привезла чак-чак. — Я протянула Арине коробку с главной татарской сладостью, предпочитая не вспоминать, что мне пришлось сделать ради этой покупки. Прошло несколько часов, а меня все еще потряхивало. Чувство унижения никак не хотело меня покидать. Казалось, оно прочно въелось в душу.

Сегодня Кирилл лишил меня финансовой свободы и самостоятельности, сделав зависимой от его решений. Несмотря на то, что в моем кошельке было достаточно денег, внезапно я потеряла к ним доступ. Я бы не смогла нарушить прямой запрет. Для меня это было немыслимо. Контроль и власть Кирилла надо мной становились подавляющими. Я же в своем желании угодить безропотно подчинялась, не задумываясь о том, куда подобные отношения могут меня привести…

— За чак-чак спасибо. Может, сходим куда-нибудь вечером? Я очень соскучилась по тебе за время твоего внезапного отпуска.

— Прости. Сегодня не получится. Вечером Кирилл ждет меня у себя.

— Вы же и так только что неделю вместе провели.

— Прости. — Я ненавидела себя за то, что в очередной раз мне приходится делать выбор не в пользу сестры, но отказать Кириллу я была не способна. Он сказал, что вечером я должна быть у него, я ответила послушное «да, Господин».

— Понятно, — вздохнула Арина. — Все забываю, что Кирилл для тебя важнее всех.

Сердце сжалось от слов сестры. Чувство вины уже не помещалось в груди. Ее обида была обоснована. Я действительно отдалилась. Кирилл заполнял собой почти все мое время. И это меня устраивало, потому что я тоже хотела проводить с ним любую свободную минуту. Но и Арине я была нужна. Только как примирить эти две части моей жизни не понимала. Я чувствовала, что все меньше контролирую собственную жизнь, и все больше в ней становится подчинено Кириллу и его желаниям.