Танго с ненавистным капитаном - Мария Павловна Лунёва

ну если на неделю снимать, то по десять гал за комнату. Жилье здесь недорогое, видимо, расчет, что все будут спускать в клубах и за игровым столом. Бронирую нам комнаты... Так, первая мне и Ари. С широкими кроватями и разделением небольшой перегородкой, чтобы удовольствие друг другу не портить.

Я набрала полную грудь воздуха, готовая кое-кого шибко хитрого придушить.

— Ты там еще смотри, чтобы отдельные душевые были, если что, я доплачу, — подсказал весьма довольный Ари.

Мысленно я уже обмывала два тела, готовя их в крематорий.

— Ага, — Кирр лыбился, как голодная пиранья. — Еще одна комната с большой кроватью для Мириша, чтобы он уже успокоился и перестал маниакально следить за братьями. И вообще, удобный матрас и одна душевая как-то располагают к надеванию на палец кольца.

Я прищурилась. Ясмин растерянно открыла рот. И я было уже возмутилась, как вдруг до меня дошло.

— Кирр!

— Да, лапушка моя. Третья комната для тебя и Маэра, чтобы он не спал под твоими дверями, охраняя. А так — нащупал спросонья драгоценное тело и дальше спать. Я же о вас забочусь, хорошие мои. А от вас никакой благодарности. Не цените и не любите меня, такого замечательного, — он шмыгнул носом, разве что не пуская слезу. — Какие все вокруг неблагодарные. Хоть бы одна обняла и томно на ушко приятности шепнула. Нет же... только и шипят змеюшки ядовитые.

Мириш шумно выдохнул.

— Да не нужна мне твоя Ясмин, дважды ты наш посланный, — продолжил привычное нытье Кирр. — Эх, как тебя распирает... Что с правильными мужиками любовь безответная делает... Помрет он у тебя, Ясмин, недолюбленный. Как потом перед нами извиняться будешь за потерю брата? У него же разрыв будет, ну... этого... этой... — он пощелкал пальцами, словно вспоминая слово.

— Сердца! — наивно шепнула рыженькая.

— Ширинки! — выдал Кирр и счастливо ощерился, гад.

Глава 80

Мы дружной компанией покинули клипер.

Еще никогда среди нас не было такого единства — все хотели придушить Кирроси. Столько плотоядных взглядов выдерживала его спина. Ясмин то и дело дергала поясок на платье, и я прямо видела, как она желает накинуть эту удавку на сакалинную шейку и нежно так, медленно смакуя, перекрутить и вытянуть ее края в сторону.

Вот талантливый нелюдь талантлив во всем — это в полной мере описывало нашего Кирра. И ядро корабля на коленке соберет, и из себя даже святого-блаженного выведет.

Ну не мужчина, а просто прелесть какая пакость!

Вот так и шли: мы дружно сопели, а этот наглый полукровка плыл впереди нас вальяжно так и делал вид, что совершенно не чувствует черный негатив, направленный на его, кажется, бессмертную тушку.

Недовольны остались все... ну, кроме Ари.

Хотя тот от коллектива отрываться не пожелал и тоже сопел приличия ради.

— Может, все же поменяемся? — зашептала Ясмин, слегка касаясь моей ладони.

— Если хочешь, сними себе отдельную комнату, — ответил за меня Маэр. — Никто ни к чему не принуждает, верно, брат?

Мириш кивнул. Он все больше мрачнел.

Облизнув губы, Ясмин покачала головой и снова тихо зашагала рядом со мной. Но надолго ее не хватило.

— А у вас как? Нормально, если женщина живет в одной комнате с мужчиной до брака?

Она обняла себя за плечи и бросила очередной недовольный взгляд в спину нашего сакали. Не пробила, Кирр селезнем вышагивал на платформе, и плевать ему было на наши душевные терзания.

— Ясмин, рядом с тобой идет Мириш, чего бы у него не спросить? — проворчала я.

— Неудобно, — ее голос и вовсе упал до глухого шепота.

— У-у-у, — Маэр прекрасно ее расслышал. — Не морочьте уже голову. Мириш, звони амаше. Бабушка скажет, что и как.

— Не буду подлостью и обманом, — заворчал наш черони. — Пусть Ясмин сама думает, нужен я ей или нет. Предложение сделал. Веток с цветами еще на предыдущей станции купил, какая-то цветущая малина из их системы, даже с ягодой. Сказали, редкий и очень дорогой куст — экзотика. Так что букет вручил. Подарок сделаю... Про свидания читаю... Вроде несложно. Но хитрить не стану.

Я поджимала губы. Нет, ну от букета я бы тоже не отказалась, правда, не знаю, что это за малина, но звучит красиво, с ягодой еще. Наверное, как роза. А свидания... Хм...

Я осмотрелась. Нет, не в столь опасном месте.

— Не надо мне ничего, — пробормотала смущенно Ясмин, — я просто хочу знать, прилично это или потом скажут, что я... ну...

Мириш печально вздохнул и возвел глаза к куполу.

Тяжело им было, как ни крути. Жили себе, не тужили, и тут нате вам — невеста-человечек, крутитесь как знаете.

— А ты совсем замуж не хочешь, да? — весело прощебетала, глядя на рыженькую. — Так-то одной на Залфа сложно будет. Но требуются уборщицы. Танцевать там пока вряд ли где-то можно. Хотя я слышала, что есть бордель. Да, Кирр?

— Угу, — долетело спереди. — Там рыженькие нарасхват. А с приличной работой для женщины да, совсем плохо. Но всегда можно снять маленькую комнату в бараке с работягами и устроиться очищать урны. Или на робот-уборщик сесть. Если повезет, на местный логистический склад податься, перебирать и маркировать товар. Но там условия, конечно...

Ясмин внимательно слушала его. Ее глаза стремительно увеличивались, впечатлилась перспективами. Ну, а что, за самостоятельность нужно платить. За гордость тоже.

Гордость — она вообще самая дорогая будет.

— Никуда она не пойдет, — рявкнул Мириш, — женой или нет, а к себе заберу. Нечего ей по баракам слоняться, там одно отребье. И по двенадцать часов на складе стоять — не про неё. Все прилично, Ясмин, не слушай их. И не бойся ничего и никого. Рядом буду.

Я улыбнулась. Все же нашего черони изучила хорошо. Именно этого и добивалась, чтобы он свое отношение к ней показал. Ведь на деле не свидания важны, а чувство защищенности.

Чтобы уверенной быть в мужчине.

Ясмин расслабилась и придвинулась к Миришу. Он обнял ее за плечи и повел дальше.

Похоже, сказать «да» ей мешало собственное неверие в удачу. Ну, и женскую глупость еще никто не отменял.

... Так, посылая лучи «добра» Кирру в спину, мы добрались до местного отеля, расположенного на третьем ярусе. Изрядно устав, я разве что не висела на до противного бодром Маэре.

— Надо будет завтра арендовать заргар, — цокнул он, глядя на измученную меня. — Нет, за все дерут галы. Почему нельзя летать на своих катерах?

— Да потому что шкалы — это шкалы, — сплюнул Ари. — Из всего выгоду поимеют. Терпеть не могу эту расу.

Услышав