Плохая маленькая невеста - Меган Брэнди

Черт, она прекрасна.

Я готов задушить ее…

Своим членом.

У тебя большие неприятности, Маленькая Невеста.

Стискиваю зубы и поднимаю взгляд на ее близнеца.

– Куда это она собралась?

Роклин качает головой, с любопытством наблюдая за тем, как Бронкс вырывает планшет у меня из рук.

– Я не знаю, как долго может продлиться наблюдение. Это всего лишь пробник. Сказала же, я пока не проверяла его на практике, это первый раз, – говорит гребаная хакерша.

Мои зубы ноют от того, как сильно я их сжимаю, когда обвожу всех взглядом.

– Никто из вас не знает, что она задумала?

Катана подходит к нам, складывает руки на груди и встречается со мной взглядом.

– Я знаю…

Резко бросаюсь вперед, беру ее за руку и тяну к себе, но Бронкс снова открывает рот, прежде чем я успеваю сказать хоть слово.

– Э-э… ребята.

Мои мышцы напрягаются, и мне приходится приложить усилия, чтобы снова взглянуть на экран. Я открываю рот, брови сходятся вместе, потому что…

Что, черт возьми?

Бостон

ОТКИДЫВАЮ ГОЛОВУ НАЗАД, ПРОВОДЯ ЛАДОНЯМИ ПО ПЛАТЬЮ.

Почему я нервничаю?

Поднимаю глаза и вижу, что Николас смотрит на меня в зеркало.

Он широко улыбается и приглаживает свои золотистые волосы, пока мы стоим на светофоре.

– Уверена, что все правильно, да?

– Тебя что-то смущает?

Николас пожимает плечами, глядя на экран своего телефона, прежде чем бросить его на колени.

– Просто я кое-что знаю о контрактных браках. Но невеста в той истории не была инициатором, это точно.

– Да ну? Но у меня ведь не было другого выбора, верно? Найти себе мужа или подождать и посмотреть, кому меня отдадут.

Он мгновение удерживает мой взгляд.

– Еще не слишком поздно, знаешь ли. Есть другой вариант.

Я усмехаюсь, откидываю голову назад и закрываю глаза.

– Немного поздновато для твоей зажигательной речи, Галли.

– А что, если бы не было поздно?

Я почти улыбаюсь, глядя на него.

– Если бы не было поздно… – повторяет он. – Правда, я бы хотел знать.

Когда позади нас сигналит машина, он ругается.

– Держись крепче, принцесса. Мы почти приехали.

Опускаю глаза на колени, и как раз в этот момент экран конфиденциальности начинает подниматься, блокируя нас друг от друга. Когда он щелкает, я для верности нажимаю на кнопку блокировки, чтобы Николас не смог его опустить. Подавшись вперед, тяну защелку и опускаю спинку левого сиденья. Зеленые глаза встречаются с моими, когда задница светловолосой безбилетницы ударяется рядом со мной.

– Это было не так уж приятно. Раньше меня не запирали в багажнике.

Я поднимаю бровь, и она пожимает плечами, поворачивается и смотрит в заднее окно, потом протягивает руку для приветствия.

– Виктория Брейшо.

Я пожимаю руку. Все кажется немного прозаичным, учитывая обстоятельства.

– Бостон Фикиле.

– Значит, мой мужчина был прав. Так ты уже замужем?

Я не утруждаю себя ответом, но она его и не ждет.

– У нас все тип-топ? – спрашивает она.

– Лучшего шанса не будет. – Лезу в лиф платья и достаю предмет, идентичный тому, что есть у нее. – Если они убьют тебя, извини, это твоя вина.

– А если они заберут тебя, это твоя вина. И ты не забыла? Никто из твоей семьи не трогает никого из моей.

– Это сделка, которую мы заключили, а я в этом честна.

Она поправляет вуаль на голове, приглаживая несколько выбившихся светлых прядей.

– Мэддок вообще-то не думает, что мы можем тебе доверять.

– А он вообще кому-нибудь доверяет?

Виктория улыбается.

– Сложно сказать. Ты бы видела, через какое дерьмо он заставил пройти Рэйвен в самом начале. Крутой баскетболист-задира со стояком на девушку, которую он ненавидел. Общага, в которой мы жили, просто сошла с ума, когда эти двое начали тусоваться вместе.

Я улыбаюсь, но быстро возвращаюсь к цели, когда машина начинает тормозить.

– Похоже, мы подъезжаем к винодельне. – Мне это место знакомо.

– Идеально. – Виктория кивает, достает телефон из бюстгальтера и отправляет сообщение. Потом улыбается, запихивает его подальше и встречается со мной взглядом. – Помни, у тебя есть семь минут.

– Легко.

– Насколько разозлится твой муж?

Я смеюсь и качаю головой.

– Да. – Она хихикает. – Так я и думала. – Виктория делает глубокий вдох, и теперь ее лицо выражает решимость. – Ладно. Готова?

Я киваю и провожу пальцами по ткани, прежде чем завязать бандану на нижней половине моего лица. Она делает то же самое.

Мы смотрим вперед, разглядывая себя в зеркальном экране конфиденциальности, и я не могу не засмеяться.

– Выглядит крипово, – бормочет Виктория. На нас одинаковые платья и одинаковые вуали, закрепленные на макушке. Наши светлые волосы уложены один в один.

– Попробуем его обмануть.

Машина останавливается, я делаю глубокий вдох и распахиваю дверь. Николас уже вышел. Он встречается со мной взглядом поверх капота, и его глаза расширяются при виде банданы на моем лице. Ничего, кроме глаз и светлых прядей, не видно.

Я чуть сдвигаюсь в сторону, чтобы он не заметил Викторию.

– Бостон, не психуй, ладно? – начинает он. – Энцо там нет, и все пройдет как надо.

Я наклоняю голову, слегка хмурясь. Притворно, конечно.

– Мы не рано?

Он поднимает руки, будто в попытке успокоить меня, но затем на его лице появляется улыбка.

– В самый раз. Пошли.

Николас начинает идти; через пару шагов он оглядывается, чтобы убедиться, не остановилась ли я. Нет, не остановилась. Я иду за ним, хотя держусь на шаг позади.

Он открывает передо мной дверь, и я с прямой спиной шагаю внутрь, зная, что Николас занимает позицию сзади.

Внутри темно, и лишь свет с улицы выхватывает силуэты двух мужчин, стоящих в глубине. Когда дверь захлопывается, моим глазам требуется мгновение, чтобы привыкнуть, и я не могу сдержать улыбку, которая расплывается на моем лице.

Бинго.

– Филипп? – Сохраняю свой тон мягким и трепетным, слабым и смущенным.

Из меня бы вышла хорошая актриса.

Его взгляд скользит по моему свадебному платью, и он весело смеется, протягивая руки и подходя ближе.

– У меня такое чувство, что этот разговор пройдет гораздо легче, чем предполагалось. Похоже, ты собралась на похороны, красавица. Почему? Ты так боишься этого… контрактного брака?

Я понимаю, о чем он говорит. Я действительно выгляжу как скорбящая вдова. Мое свадебное платье черное, как вороново крыло, и такая же кружевная вуаль. Добавить к этому черную бандану, и… Ну да, похороны. Сексуальные похороны, но тем не менее похороны, если судить по цвету.

Я сглатываю, глядя на него с хмурым видом, и, понизив тон до хрипоты, говорю:

– Как