Если башмачок подойдет... - Оливия Дрейк

Эпилог

28 июня 1838 года

На церемонии коронации юной королевы Виктории в Вестминстерском аббатстве Аннабелл сидела на галерее рядом с мужем. Перед ними тянулись ряды, заполненные аристократами в отороченных мехом горностая мантиях и дамами в изысканных придворных туалетах. Николас, герцог Кеверн, стоял навытяжку возле трона. Мальчик очень гордился тем, что его выбрали служить пажом.

Сидя на возвышении, королева приняла золотую державу от архиепископа Кентерберийского, а затем два скипетра, причем каждый был торжественно поднесен ей с большой пышностью.

Аннабелл не могла отвести глаз от Виктории. Ее единокровная сестра. Каким невероятным это все еще казалось.

В предшествующем году состоялась их короткая тайная встреча, на которой Аннабелл подписала юридический документ с отказом от всяких притязаний на трон. Виктория держалась сдержанно и холодно. Однако когда Аннабелл присела в глубоком реверансе перед уходом, взгляд Виктории задержался на ее слегка округлившемся животе.

– Когда ваш ребенок должен появиться на свет? – спросила принцесса.

Они мило побеседовали несколько минут, и, к великому удивлению Аннабелл, Виктория приблизилась к ней и поцеловала в щеку. С тех пор они больше не виделись, но Аннабелл иного и не ждала. Ведь они были практически чужими друг другу, связанными только их королевской кровью.

Теперь у Аннабелл была ее собственная семья.

Она тайком взяла Саймона за руку. Когда его сильные пальцы переплелись с ее, он улыбнулся ей с такой любовью во взгляде, что сердце ее переполнилось нежностью. Никакая корона не могла бы дать ей такого счастья, как последние полтора года. Они оставили девятимесячную Пиппу в детской в Кеверн-Хаусе, лондонском особняке герцога. Саймон еще не знал, что их любимая шустрая дочурка скоро получит братика или сестричку. Сегодня ночью Аннабелл откроет ему этот чудесный секрет.

На возвышении наступил исторический момент.

Архиепископ поднял золотую корону Святого Эдуарда и возложил ее на темноволосую голову Виктории. В полной тишине королева оглядела обширное собрание своих подданных.

С высоко поднятой головой она медленно прошлась взглядом по всем присутствующим.

Было ли это лишь плодом воображения Аннабелл, или глаза королевы действительно на миг остановились на ней?

Саймон сжал ее руку. Она посмотрела на него и по блеску в его теплых серых глазах поняла, что он тоже заметил взгляд Виктории.

Затем все поднялись на ноги, Аннабелл с Саймоном вместе с ними.

Зал грянул в унисон: «Боже, храни королеву!»

По окончании торжества, когда приветственные возгласы смолкли, Саймон низко склонился к Аннабелл и прошептал ей на ушко:

– Ни о чем не жалеешь, Золушка?

Она одарила его безмятежной улыбкой.

– Ни о чем. Ты, мой дорогой, гораздо более ценный приз, чем любая корона.