Клинок Айрис - К. А. Найт

– Пошел ты, Алексей! Ты, русский ублюдок, дай мне кончить! – требует она, ее голос задыхается.

– Скажи, что твое тело мое. – Я ухмыляюсь, не обращая внимания на ее оскорбления, продолжая медленный темп, заставляя ее кричать от разочарования. – Скажи это, цветочек.

– Твое! – кричит она. – Мое тело - твое.

– Хорошая девочка, – хвалю я, облизывая ее кожу и успокаивая ее. – Хорошие девочки получают вознаграждение. – Скользнув рукой по ее капающей киске, я ввожу в нее три пальца и с силой вдавливаю их в ее набухший клитор.

–Сейчас ты кончишь для меня, цветочек. Дай мне почувствовать это вокруг моих пальцев. Оседлай их, прими это.

Как будто она ждала моих слов, даже если не знала об этом, она взрывается, сжимаясь вокруг моих пальцев и содрогаясь от силы, прежде чем обвиснуть. Я слегка приподнимаю ее и выпускаю свой член, скользя им по ее влажному теплу, как я расположил ее там.

– Хорошая девочка, теперь возьми член своего мужа и покажи мне, как ты благодарна за свое освобождение, – требую я, сжимая ее.

Она снова вскрикивает, хватаясь за мою руку и содрогаясь вокруг меня.

Борясь с ее жаром, я вытаскиваю ее и снова вставляю, погружая каждый твердый дюйм своего члена все глубже, прежде чем насадить ее на себя. Я даю ей почувствовать, насколько она полна, борясь с собственной потребностью кончить в ее тугое, влажное тепло, так идеально обернутое вокруг моего члена. Мое дыхание теперь неровное, мои пальцы крепко сжимают ее тело.

– Алексей, – умоляет она, помогая мне поднять ее и насадить на свой член.

Она садится на меня, принимая каждый дюйм моей длины быстрыми толчками наших бедер. Мы быстро работаем вместе, ускоряясь. Видеть, как она подпрыгивает на моем члене, - прекрасное, блядь, зрелище. Я откидываюсь назад и смотрю, как мой капающий член входит и выходит из ее розовой дырочки.

Я слышу лифт и шаги, но не останавливаюсь, даже когда раздается рычание. Мой взгляд устремлен на моего брата, Николая. Его глаза прикованы к ней и быстро нагреваются, а его руки сжимаются, когда она вскрикивает, насаживаясь на меня быстрее. Она подпрыгивает на моем члене, как гребаная порно-звезда, и это так чертовски хорошо, что почти невозможно сдержать свою разрядку.

Я знаю момент, когда она осознает, что он там. Она не перестает двигаться, но ее крики усиливаются, а ее киска сжимается вокруг меня.

– О, черт, черт, – хнычет она, откидываясь назад и двигая бедрами, пока я использую свои ноги для рычага, чтобы трахать ее.

Вбиваясь в нее, я провожу рукой вверх по ее телу к колышущимся грудям и дразню их. Мой брат следит за прикосновениями, заставляя меня ухмыляться, когда я лижу ее ухо.

– Посмотри, что ты с ним делаешь. Он подумывает о том, чтобы оторвать тебя от меня и побороться со мной за то, чтобы я погрузился в твою киску.

Она стонет и скачет на мне сильнее, приближая мое освобождение. Я сопротивляюсь изо всех сил, желая, чтобы это продолжалось.

Быть внутри нее - это лучший вид рая.

– Тебе бы это понравилось, не так ли? – пыхчу я ей в ухо. – Чтобы я наполнил тебя своей спермой, а потом он впечатал тебя в стену и сделал то же самое.

– Да, блядь, – кричит она, ее киска трепещет, давая мне понять, что она близка к этому.

– Тогда кончи для меня, – требую я. – Пусть он смотрит.

Это похоже на взрыв бомбы. Она кричит, и ее киска сжимает мой член так сильно, что я кричу, и меня пронзает разрядка. Я наполняю ее своей спермой, она обмякает и дрожит, а я держу ее на своем все еще извергающемся члене.

Моя разрядка такая долгая и сильная, что зрение потемнело, а в ушах зазвенело, пока я наконец не откинулся назад. Я смотрю на ее идеальную задницу, прежде чем перевести взгляд на брата.

– Тебе что-нибудь нужно? – спрашиваю я так спокойно, как только могу.

Когда он молчит, она вздрагивает.

Она соскальзывает с моего члена и коленей, прижимается к моему боку, ее глаза смотрят на Николая, а его - на нее.

– Куда ты на самом деле ходила на днях? – требует он.

– Никуда. – Она усмехается, поглаживая мою грудь. – Тебе понравилось наблюдать. Хочешь присоединиться к нам?

– Раз уж тебе так нравится дразнить меня, послушай, что я скажу, маленькая лгунья, и расскажи моему брату, куда ты на самом деле ходила и зачем.

– Я же сказала, на прогулку. – Она невинно моргает, глядя между нами.

– Николай, брось это. Она призналась, почему. – Я вздыхаю, не желая больше ссориться, когда я чувствую себя таким расслабленным и счастливым. – Цветочек, иди прими душ и оденься, пока я поговорю с братом.

Бросив на Николая грустный взгляд, она кивает и спешит наверх, оставляя меня наедине с братом, который выглядит разъяренным и готовым взорваться. Я не знаю, что случилось с влюбленным дурачком, который беспокоился о том, чтобы причинить ей боль, но это не он.

Так что же изменилось?

Сорок вторая

Айрис

Я быстро надела облегающее черное платье и сапоги, а затем захватила свою кожаную куртку. Я не хочу оставлять их одних надолго. Николай выглядит злым, очень злым, и то, как он столкнулся со мной, заставляет меня думать, что он знает. Если это так, то почему он не убил меня?

Ждут ли они меня сейчас внизу?

Я никогда не узнаю, не спустившись туда, но какая-то часть меня знает, что это изменит все, а я этого не хочу. Мы начали приходить в норму, даже лучше, чем в нормальный режим, и я чувствовала себя счастливой и в безопасности, как будто здесь нас ничто не может тронуть. Я знаю, что это глупо. У меня все еще есть женщина, чтобы охотиться и покончить с ней, но часть меня смирилась с обустройством этой жизни, когда раньше я так сильно боролась против этого.

Что со мной происходит?

И почему я боюсь, что все закончится, хотя с самого начала знала, что