Плохое влияние - Хлоя Уоллес

анонимом, угрожал и совершал несколько попыток убийства Риз Расселл, дочери

миллионера Брюса Расселла. Ты единственный человек, который жил с ними в тот

период, имел полный доступ к дому, твои отпечатки пальцев найдены на пистолете, зарегистрированном на имя Брюса Расселл, и как-то так получается, что анонимные атаки

начались в тот же день, когда ты вышел из исправительного учреждения в Майами и

устроился на работу к мистеру Расселл. К тому же несколько раз Риз получала угрозы, когда ты и она были вдвоём, случайность?

Полицейский говорит с вызовом, но я нахмуриваюсь. Пистолет, который был у анонима, зарегистрирован на Брюса? Я помню, как видел пистолет в ремне его брюк. Должно быть, это тот самый.

— Считаете ли вы это достаточными доказательствами, чтобы посадить моего клиента в

тюрьму? — говорит мой адвокат. — Это всего лишь предположения. Если бы Эрос Дуглас

хотел убить Риз Расселл, он мог бы сделать это гораздо раньше. И он этого не сделал.

— Мог бы, но что может быть лучше, чем обвинить другого человека, чтобы выйти

чистым?

— И что он выиграет от этого?

— Мы не говорим о выигрыше, мистер Келси, мы говорим о справедливости.

— Дело в том, что нет достаточных доказательств. — я цинично улыбаюсь. Агенту -

мистеру Калво это явно не нравится.

— Нет, доказательств нет, поэтому мы будем тебя допрашивать. И ты должен знать, что

должен отвечать только правду и исключительно правду. — покашливает и читает отчет.

— Где ты был, когда выстрелили в Риз Расселл в особняке?

Украдкой взял несколько отчетов у Брюса.

— На вечеринке, которая там проходила. — вру.

Начинаем хорошо...

— Может ли кто-то подтвердить это?

— Все, кто был там. — я снова цинично улыбаюсь. Агент поднимает взгляд и что-то

записывает на листке бумаги.

Затем он продолжает допрос. Вопрос за вопросом, час за часом.

И нет ни одного чёртова доказательства, которое бы подтверждало, что я тот аноним.

Есть несколько, но недостаточно. Когда он заканчивает все вопросы, вздыхает и крестит

руки.

— Мы закончили. Ты свободен, Эрос Дуглас, но всё ещё подозреваемый. Каждый твой

шаг отныне может быть использован против тебя.

Адвокат встает со стула, и они прощаются рукопожатием. Я остаюсь сидеть, так как

наручники прикреплены к стулу. Кровь на штанах уже высохла, и губа больше не болит.

Агент подходит, чтобы снять наручники.

Я потираю запястья и встаю со стула. Жопа болит, потому что я сидел весь этот чёртов

день. Хочу как можно быстрее вернуться домой, принять хороший горячий душ и быть с

Риз. Я хочу увидеть Риз.

— Ещё один вопрос. — меня останавливает полицейский, кладя руку мне на плечо и не

позволяя выйти через дверь. Он молчит несколько секунд, прежде чем заговорить. — Как, чёрт возьми, ты убил всю свою чёртову семью и остался жив? — он делает жест, закрывая глаза. — Исправлюсь, как ты мог убить свою семью, будучи ещё ребёнком? Как

ты мог убить свою чёртову младшую сестру? Эвридика Дуглас была всего лишь

малышкой, когда умерла. У неё была вся жизнь впереди. Целое будущее. Она даже не

успела сделать свои первые шаги.

Эвридика Дуглас. Эвридика.

Прошло много лет с тех пор, как я слышал это имя. Когда никто его не произносил. Я

думал, что все уже давно об этом забыли. Что никто больше не будет его произносить.

Никогда. Я надеялся, что никто никогда не скажет его снова.

— Ты чёртов монстр, Эрос Дуглас. Ты не заслуживаешь спокойно ходить по улицам. Ты

заслуживаешь гнить в тюрьме и умереть там, один, по шею в дерьме. — в его голосе

слышна ярость. Я знаю, что это его действительно трогает. Что он действительно

чувствует это, потому что я вижу это в его взгляде. Но он меня задевает. Он меня

раздражает, и я сдерживаю себя, чтобы не толкнуть свой локоть ему в челюсть и не

разорвать его губы на два чёртовых куска.

Я глубоко вздыхаю. Я не могу ударить его. Не могу. Если сделаю это, я не выйду отсюда

ещё три дня. Брюс придётся платить за последствия. Я не могу.

— Ты можешь притворяться богатым папеньким сынком сколько угодно, но тебе это не

поможет. Ничто из того, что там есть, не твоё, и никогда не будет твоим. Ты не из высшего

общества, Эрос Дуглас, твое место всегда будет на улице, и, если я смогу что-то сделать, что угодно, чтобы ты оказался за решёткой... — шепчет, отпуская моё плечо. — Не

сомневайся, я сделаю это. Я не остановлюсь, пока не увижу тебя в тюрьме. Там, где тебе

и место.

Я вдыхаю. Выдыхаю.

Собираю всю свою силу воли и притворяюсь, что это меня не задело, показывая

полуулыбку с налётом сарказма.

— Так ты собираешься тратить своё время, потому что, видимо, твоя жизнь так чертовски

скучна, что ты не можешь придумать ничего другого... — вздыхаю и смотрю ему в глаза.

— Вы могли бы провести небольшое исследование, прежде чем говорить. Кажется, что

отсутствие волос сказалось на твоем крошечном мозгу, и ты плохо справляешься с этим.

Затем я кладу руку ему на плечо, продвигаясь вперёд.

— Я никого не убивал. И никто не удосужился поискать доказательства в мою пользу. А

теперь, если ты не против, я пойду домой и приму душ, ваша комната для допросов

пахнет дерьмом. — Сказав это, я выхожу из комнаты. Все двери охраняются

полицейскими, и один из них сопровождает меня до выхода, который ведёт в участок.

Первое, что я вижу, когда выхожу, — это все, кто меня ждёт, но особенно Риз, её лицо с

влажными глазами. Она прикрывает рот руками. Рядом с ней Брюс, который смотрит на

меня с каким-то блеском в глазах, с взглядом, который мне очень знаком. Взглядом, которым он смотрит на Риз. Рядом с ними — Диего и Саймон. Маленький улыбается до

ушей, и кажется, что Диего облегчённо вздыхает.

Они моя семья. У них нет моей крови, и они не моя настоящая семья, но именно они

здесь. Ждут меня. Переживают за меня.

Риз бежит ко мне и обвивает свои руки вокруг моей шеи, обнимая меня. Я обнимаю её за

талию и прячусь лицом в её шее, вдыхая запах её волос. Запах просто чудесный. Она

отстраняется и смотрит мне в глаза, и мне не нужно ничего говорить, потому что я вижу

всё, когда она берёт меня за лицо.

— Эрос... — тихо говорит Брюс, обнимая меня, слегка похлопывая по спине. — Рад, что

тебя отпустили.

Затем