Плохое влияние - Хлоя Уоллес

— Получали ли вы какие-нибудь анонимные угрозы, о которых мне не рассказали?

Да. Те с балетной обувью и все, что связано с отношениями между Эросом и мной, а

также наше расследование по поводу смерти наших родителей. К счастью, инцидент с

пистолетом на моей вечеринке мы сообщили, потому что это было слишком опасно.

— Нет, — отвечаю я, отрицательно качая головой. — Почему ты так переживаешь? Что

случилось, папа?

Он выглядит так, будто вот-вот скажет что-то, когда Эрос спускается с лестницы.

— Эмм... — бормочет он, затем откашливается. — Ключа нет.

Мой отец потирает лицо и с раздражением щиплет переносицу. Эрос и я смотрим друг на

друга с виноватыми лицами.

Очевидно, что что-то здесь не так. Мой отец в последнее время очень напряжён и

параноидален по поводу всего этого, и кажется, ситуация только ухудшается. Он явно что-то знает и не хочет нам говорить, но я не знаю, как это выяснить.

— Ничего страшного, — уверяет он. Хотя его лицо говорит об обратном. — Мне нужно

идти.

Эрос и я снова смотрим друг на друга.

— Куда ты идёшь? — спрашиваю я.

— Пойду поговорю с полицией, — бурчит он, даже не глядя на меня, беря ключи от дома с

тумбочки в гостиной.

— Почему? Разве ты не только что с ними говорил?

— Сейчас не могу говорить, Риз. Мы обсудим это за ужином.

Обсудим за ужином? Что мы будем обсуждать, если он даже не собирается нам ничего

рассказывать?

— Ладно, пока, — в конце концов сдаюсь.

Мой отец уходит из гостиной и захлопывает дверь.

Эрос не теряет ни секунды и поднимает бровь, глядя на меня.

— Как насчёт того, чтобы подняться в мою комнату?

Я облизываю губу и качаю головой.

— Зачем? Искать твои ключи? — спрашиваю, имея в виду, что этот идиот всегда всё

усложняет. Очевидно, мой отец собирается поговорить о чём-то связанном с Эросом, и

тот даже не заметит этого.

— Если для того, чтобы их найти, тебе нужно наклониться, то мне это подходит.

Я сглатываю. Чёрт.

— Пошли, — говорю, жестом показывая на дверь.

Мы оба поднимаемся по лестнице и заходим в его комнату. Как только дверь закрывается, я прыгаю ему на пояс, а он хватает меня за бедра, начиная страстно целовать. И больше

ничто не имеет значения. Ни аноним. Ни мой отец. Ни полиция. Никто и ничто не может

помешать нам чувствовать это друг к другу.

Я заплетаю свои руки в его волосы и на мгновение отстраняюсь, чтобы перевести

дыхание. Смотрю ему в глаза с открытым ртом, набирая воздух. Его глаза — чистый огонь

и желание, они охватывают каждый сантиметр моего лица с восхищением. И я хочу

большего.

Слезаю с него и толкаю его в грудь так, что он упал на кровать. Он улыбается, издавая

легкий смех счастья, когда я приближаюсь к его спортивным штанам и начинаю их

стягивать.

— О, да... — пробормотал Эрос. — Я самый счастливый человек на чертовом свете... —

сказал он, положив обе руки за голову и заставив себя улыбнуться.

Когда я закончила раздевать, почти забыла, каким он был большим и идеальным. Чёрт. Я

несколько секунд его рассматриваю, готовясь морально. Он, похоже, уже очень-очень

готов...

Я хватаю его член в руки и начинаю поднимать и опускать руку, сначала медленно, а

затем увеличиваю темп. Я поднимаю взгляд вверх и вижу, как Эрос кусает губу, тяжело

дышит и смотрит на меня. Я смотрю на него и улыбаюсь игриво, прежде чем открыть рот, чтобы взять его им.

— Черт возьми, Расселл... — шепчет, схватив простыню рукой. Я чувствую, как его тепло

исходит и сталкивается с моей кожей.

Я сосу, двигая головой вверх и вниз, время от времени останавливаясь, чтобы лизнуть его

и сопровождая это движение правой рукой, которая прикрывает его снизу и которая также

судорожно двигается, так как я не все помещаю в рот. Эрос издает сексуальное рычание, а затем хватает меня за волосы одной рукой, притягивая к себе ближе и начиная двигать

бедрами, заставляя глубже погружаться. Огонь вторгается в меня изнутри, я знаю, что

именно я доставляю ему удовольствие, но видя Эроса таким, я не могу ясно мыслить. Это

заставляет меня возбудиться. Очень сильно.

— Подготовься, Риз... — шепчет, откидывая голову назад. — Ты не знаешь, что тебя ждёт

потом... — говорит прерывисто.

Мне нравится видеть его таким, таким уязвимым благодаря мне. Мне нравится знать, что

я могу в нем спровоцировать, и видеть, насколько ему это нравится. Я смотрю на него и

медленно моргаю, провоцируя его еще больше. Эрос отпускает мои волосы, позволяя им

падать на бок моего лица.

— Отойди в сторону... — умудряется ему шептать он. Но я этого не делаю. Я еще немного

увеличиваю темп и чувствую, как Эрос начинает слегка дрожать, указывая на то, что он

вот-вот кончит. Но он снова хватает меня за волосы и поднимает голову, вытаскивая свой

пенис изо рта. — Еще нет, — говорит, приподнимаясь.

Я чувствую свои опухшие губы, и у меня сердце колотится со скоростью тысячи ударов в

минуту. Мне очень жарко. И это нормально. Передо мной стоит чертов греческий бог

наполовину голый и смотрит на меня так, как будто я — лучшее, что с ним когда-либо

происходило.

Эрос укладывает меня на кровать и быстро снимает с меня штаны. Затем он срывает с

меня нижнее белье и поднимает рубашку, не снимая ее.

— Блять, Риз, блять... — шепчет он, осматривая меня сверху вниз с похотью, прежде чем

снять футболку через голову. Я смотрю на его потрясающий пресс, который сводит меня с

ума и от этого только усиливается жар внутри меня. Я взорвусь, если так будет

продолжаться.

— Почему ты такая идеальная? — спрашивает она, нависая сверху и хватая меня за

лицо. Облизываю губу и раздвигаю ноги, показывая, чего хочу. Я замечаю его член при

входе и клянусь, что не могу быть более отчаянным.

— Сделай это сейчас, пожалуйста, Дуглас, — почти умоляю я его. Он смотрит на меня, кусая губу, а затем соединяет мой рот со своим, в то же время он внезапно входит в меня.

Я всхлипнула, закрыв глаза и откинув голову назад. Эрос не замедляется, он быстро

входит и выходит, попадая ровно в точку, держа мои руки за головой, заставляя меня

кричать.

— Посмотри на себя... — шепчет он прерывисто. — Давай, поддавайся плохому влиянию

своего телохранителя...

Я открываю глаза, чтобы посмотреть на него, и улыбаюсь с горечью, медленно моргая.

— Замолчи... — сказала я, прерванная натиском Эроса. — И продолжай...

Он выходит из меня, а затем поворачивает