Мужья для боевой попаданки - Таруна Поддубная

Теперь картина складывалась. Ритуал требовал не механического действия, а метафизического обмена. Нам предстояло в портальных комнатах, каждая из которых соответствует природе определенного носителя, использовать родовые артефакты как активаторы. Получалось, я через осколок кристалла должна была наполнить чашу теней Зинтары - своим пламенем, ослабив свою силу. Зинтара, через чёрную сферу, должен отдать часть своей связи с миром теней в чашу смерти Хашима. Хашим же, используя перо феникса - передать магию смерти в мою чашу огня. Замкнутый круг... Жертва, которая создаст совершенный барьер — печать из трёх взаимопоглощающих стихий, непроницаемую для существ с Пятого материка, чья сущность есть чистый дисбаланс. Эти стихии не уничтожат тварей, а освободят от наказания, и навеки отделят их мир, отрезав от всех остальных, обрекая на забвение. Ценой станет часть собственной магической сущности носителей, навсегда запечатанная вместе с вратами.

«Вот только как нам троим оказаться в портальных комнатах? Одна комната тут в замке, а вторая - вообще на пятом материке, а третья находится на ещё одном материке. Видимо, нам придётся разделиться и каждому пройти в свою комнату.» - размышляла я. Теперь оставалось собрать мужчин и поговорить с ними об этом.

Только я взяла Эхолит, как в двери спальни постучали. И после моего разрешения войти дверь осторожно открылась, и на пороге появился с виноватым лицом Азрот.

- Прости. Я погорячился. Ты вправе выбрать себе мужей и сама решать, кто будет мужем, а кто нет, - сказал он, подходя к заваленной родовыми раритетами кровати. - Ты тут что делаешь?

- Азрот, я не знаю, почему ты еще не муж мне, и почему магия решила сделать моим мужем Зинтару. Я вначале, когда переместилась сюда, даже не хотела, чтобы и Хашим был моим мужем, и сразу потребовала развода. Поэтому все, что тут происходит, мне принять еще сложнее, чем тебе. И характер у меня не менее вспыльчивый, чем у тебя. Давай договоримся: разговор на это тему у нас был в первый и последний раз. Сейчас есть более важные проблемы, чем отношения каждого из нас. На наши рода возложена ответственность за весь этот мир, а не только за нашу семью. Но я надеюсь, что нам дадут возможность насладиться мирной жизнью и построить нашу семью. Я в какой-то степени боюсь сближаться с кем-то из вас и становиться вашей женой, потому что вокруг нас каждый день война, твари, и много раненых и даже убитых сильных воинов. Я осознаю, что ряды погибших можете пополнить и вы… и от этого мне страшно, - только сегодня, за разбором родовых предметов до меня дошло, почему я боялась сближаться с кем-то из них.

- Я тебе услышал. Так что это все? – подытожил Азрот.

- А вот это все нам и дало наконец-то ответ. Нам нужен Хашим, чтобы поговорить, и Зинтара тоже, – ответила я.

Глава 74

Вскоре за столом в гостиной сидели я, Азрот и Хашим. Элларион еще не вернулся из дворца, но, после того как с ним связался Азрот, сказал, что уже летит к нам, и у него тоже кое-что есть. А вот с Зинтарой так и не получалось связаться, и это было странно. И внутри меня появилось какое-то странное предчувствие...

Я сидела, сцепив пальцы в замок. Мой взгляд был прикован к куску кристалла, лежавшему между тарелками - холодному, гранёному, поглощающему свет до последней искорки. Напротив меня Азрот, чьё лицо всегда напоминало высеченную из камня маску, внимательно изучал мою реакцию, а Хашим, вертел в руках перо феникса, потемневшее от древности.

- Это единственный выход, - мой голос прозвучал глухо, словно из бочки, но я заставила себя продолжить. - Вы ведь понимаете? Я нашла записи в том ларце. В рюкзаке с наследством рода, что передал мне правителя Центрального материка… Там был рисунок, зашифрованный в алхимических символах. Описание Печати Трёх, которую мы трое создадим в трех портальных комнатах.

Азрот медленно кивнул, его глаза - два глубоких колодца без дна - впились в кристалл.

- То, о чём ты говоришь, Александра, требует не просто магии. Это требует самоубийства, возведенного в абсолют, – демон все еще надеялся найти другой выход.

- Нет, не самоубийства, - поправила я, ощущая, как внутри, в самом центре груди, начал разгораться знакомый жар, обещающий испепелить меня изнутри. - Жертвы. Осознанной.

Я подалась вперед, и свет свечей скользнул по моим волосам.

- Осколок… через него я должна буду наполнить чашу теней Зинтары своим пламенем. Но это не просто отдача силы. Я должна буду отдать свою суть. Моё пламя, моя связь с Источником… они истощатся, станут слабыми, почти потухшими. Это выжжет меня изнутри, оставив лишь оболочку.

Хашим поднял на меня свой взгляд, и в его глазах я увидела тень ужаса, смешанную с непоколебимой верностью. Он понимал последствия лучше, чем кто-либо. Он целитель, он знал цену пустоты.

- А Зинтара? - тихо спросил он. - Что будет с ним?

- Через чёрную сферу он должен будет отдать часть своей связи с миром теней в чашу смертного покоя, - я указала пальцем на Хашима. - В твою чашу, Хашим. Только так структура его магии станет достаточно плотной, чтобы удержать мой огонь.

- А ты? - Хашим положил перо на стол, и его голос эхом отразился от стен. — Что передам я?

- Твоё перо, - сказала я, чувствуя, как пересохло горло. - Используя его, ты передашь магию смерти в чашу огня, которая будет стоять передо мной. Это создаст замкнутый цикл. Огонь питает тени, тени питают смерть, а смерть замыкает пламя. Трёхстихийный дисбаланс, который схлопнется сам в себе. Идеальный барьер. Печать, через которую не пройдёт ни одно существо с Пятого материка. Ведь они - чистая, несбалансированная энтропия. Они всего лишь ищут гармонию, чтобы нарушить её. А наш круг… он станет для них стеной из абсолютного Парадокса.

- Вот именно - я передам тебе магию смерти! – сказал Хашим с отчаянием в голосе.

В комнате повисла тишина. Тяжелая, ватная тишина, в которой слышалось, как судорожно бьется моё сердце. Азрот поднял руку, потирая переносицу.

- Ты предлагаешь связать вас узами, которые невозможно разорвать. Если один из вас дрогнет, умрут все трое. Даже Зинтара, которого я сам бы убил прямо сейчас.

- Я знаю. Я готова попробовать, но умирать не хочу! - я сказала это не гордо, нет.