Разрушение - Наталия Джастер

Я быстро метнул в нее сухой взгляд. Обхохочешься, Принцесса.

Оружейник вмешался и презрительно усмехнулся мне в лицо: — Твое место не здесь. С такой физиономией ты, может, кого-то и одурачил, но от реальности не спрятаться. Ты омерзителен.

По лицу Бриар пронеслась буря. — Вы не станете оскорблять Придворного Шута, — процедила она сквозь зубы. — Ваша обязанность — служить нам.

— Наш долг перед Осенью, — запротестовал Векс, снова беря спор в свои руки. — Наш долг перед будущим этого королевства!

— И она это ценит, — ответил я.

— Ах ты высокомерное исчадие ада!

Мой клинок вонзился в стол. Любой, кто назвал бы мою принцессу чем-то меньшим, чем лучшим, поплатился бы за это. Поэтому я заговорил со смертельным спокойствием: — Я бы не стал этого делать на вашем месте.

Но он не остановился. — Это все твоя вина.

Стул задрожал, когда Бриар поднялась на ноги и оперлась ладонями о стол. — Я выполняю свою работу — веду вперед и защищаю эту нацию.

— Я не с вами разговаривал, — выплюнул мужчина.

Моя сладкая колючка выпрямилась. — О, милости прошу, — пригласила она, указав на меня. — Тогда продолжайте разговаривать с ним. — Ее голос стал бесстрастным: — Я бросаю вам вызов.

Все головы повернулись в мою сторону. Их предводитель замешкался, когда я уставился на него с выжидающим выражением, мой язык был готов ужалить, словно гадюка.

Умный малый. Он отвернулся, взял себя в руки и стал изучать Бриар. — И это все? Вы не только заставите платить нас, но и наших детей. Они не сделали вам ничего плохого.

Принцесса сохраняла невозмутимое лицо. — Вам стоило подумать об этом до того, как совершать государственную измену.

— Не вините ее. — Я прижал руки к груди. — У меня морально сомнительное влияние.

Моя колючка подавила очевидный порыв закатить глаза. Да, я просто не смог удержаться.

Векс переглянулся с Мастерами. После мгновения безмолвного размышления они опустили оружие, и он проворчал: — А если мы уступим?

— Никакого вреда, никаких проблем, — сказал я. — Ваши скелеты останутся в этом шкафу.

У себя за спиной я услышал, как девчонка по имени Кое-кто тихо фыркнула.

— Обещания скандальной принцессы и ее печально известного шута ничего не значат, — заявил лидер. — Король Лета не потерпит этого. Нам нужна защита осенней армии, а также письменная гарантия от Ее Величества.

Бриар кивнула. — Она будет у вас.

По правде говоря, Риз, скорее всего, придет за нами, чем станет тратить свои силы на них. По иронии судьбы, он не сочтет Мастеров достойными возмездия. В то время как Бриар пожертвовала бы жизнью, чтобы защитить этих игроков.

Три минуты спустя собрание завершилось. Мы вынырнули из ствола дерева в лес, где Бриар прижала руку к животу, и ее стальное выражение лица рассыпалось. Из ее рта вырвались глубокие вдохи, а щеки залил румянец.

Мы замерли на пороге, адреналин от того, что только что произошло, настигал нас. Девочка топталась позади, застыв в дверях и собираясь закрыть за нами.

Я развернулся к малявке и наклонился к траве. На этот раз я посмотрел на нее совершенно серьезно. — Ты здесь по собственному выбору? И не вздумай врать, иначе этот шут узнает.

— Пф-ф. Я не лгунья, — стала защищаться девчонка, хотя эта дерзкая уверенность не достигла ее глаз. — Любой поступок — это выбор. И это мое дело.

Бриар, стоявшая рядом, опустилась на уровень девочки. — Топор — это твое хобби или призвание? Ты можешь рассказать нам и быть уверена, что мы поймем разницу.

Иными словами, мы услышим то, о чем она молчала. И ей не стоило беспокоиться о том, что она может признаться в чем-то, что приведет ее за решетку. Что бы она здесь ни делала, это было не ради приключений или какого-то извращенного внушения. Судя по ее поведению, ее также не принуждали и не держали в плену.

Девочка отвернулась, уставилась в землю и замкнулась в себе.

Я скрестил руки на приподнятом колене. — Как твое имя, Кое-кто?

— Имена опасны, — пробормотала она, обращаясь к траве.

— Да. Это значит, что мы можем выследить тебя и найти. Мне кое-что известно о том, как хранить настоящие имена в секрете. — Я наклонился ближе и прошептал: — У меня та же проблема.

Она резко вскинула голову. — Твое настоящее имя — секрет?

Я кивнул. — Обменяемся?

Взгляд Бриар метнулся к моему. Лишь она, Нику и Джинни знали мое настоящее имя. Хотя его раскрытие больше не несло в себе риска, это имя всегда предназначалось только для доверенных ушей, и избавиться от этой привычки оказалось трудно. Тем не менее, если это было необходимо, я был готов сделать исключение.

Девочка поразмыслила, затем покачала головой. — Я не принимаю подачек. Я не стану отбирать у тебя твое имя.

— Как знаешь. В таком случае, скажи нам, что они тебе пообещали. Чудо? Мешочек с монетами? — Но когда она закатила свои блестящие глаза, я сделал предположение. — Ты здесь, чтобы спасти себя? Или чтобы защитить кого-то другого?

— Пожалуйста, — настаивала Бриар, ее дыхание вырывалось изо рта крошечными облачками пара. — Как мы можем тебе помочь?

— Мне не нужна помощь, — пробормотала она.

— Тогда кому она нужна? — поинтересовался я. — Ради кого ты играешь в эту игру?

Грудь девочки вздымалась и опадала. Она еще сильнее стянула капюшон на голове, мешая нам разглядеть ее кожу. — Моя мать. — Ее хриплый голос треснул, как расколотое полено. — Она Мастер.

— Которая из них? — спросила Бриар. — Можешь нам сказать?

Девочка покачала головой и украдкой взглянула на нас. — Она больна.

Ах. Так вот что имел в виду Векс, говоря о замене. Мать была Мастером, слишком больной, чтобы выполнять свою работу. А поскольку эта девочка, должно быть, обучалась, чтобы пойти по стопам женщины, элитная гильдия взяла ее дочь в качестве замены и каким-то образом заставила малявку делать за них грязную работу. Это должно было означать, что она обладала исключительными навыками, раз уж эти ремесленники ее ценили.

Учитывая наличие топора, я подумывал спросить о ремесле матери. Лесоруб уже присутствовал, значит, какая-то другая работа по дереву?

К сожалению, мы не могли злоупотреблять их гостеприимством. Еще один любопытный вопрос, и девочка бы замкнулась в себе.

Глаза Бриар наполнились сочувствием. — Мы знаем, каково это — переживать из-за страданий любимых людей.

Девочка моргнула, ее глаза увлажнились. Секунду спустя она подавила подступающие слезы и скрестила руки на груди. — Я не уйду с вами, если вы об этом подумали.

— Но ты могла бы, — сказал я ей. — Ты была бы в безопасности. И мы