Путь Благости - Юлия Галынская

— Сэдрик на виду, — покачала головой Литэя. — но человек, что служит Тьме, находится рядом.

— Хорошо, что мы заранее предусмотрели такой поворот, — заметила я. Пододвигая тарелку к Литэе.

— Да, — задумчиво кивнула внучка и, молча поев, ушла в Храм Благого. Муж хмуро смотрел ей в след.

— Что-то чувствуешь?

— Не уверен, но впервые подумал, что мы ждем угрозу от Нилларда, но что если она придет от Детей Волка, пленившихся на сказки Воронят?

— Мы по-прежнему рядом, — заметила я. — И уж от них точно сможем её защитить.

— Да, но в этом случае, будет очень сложно не свернуть им головы.

Литэя Алирант

Направляясь к Храму, я не спешила. Белый Волк хотел поговорить, но Зара оставила меня на завтрак, значит дело было не срочное, и я задумалась о сыне. Как он там? Он был готов к экзамену. Сочинение он уже присылал в академию, и его знаниями остались довольны. В физической подготовке сына я не сомневалась. Хоть все его обожали и баловали, РамХан под присмотром деда занимался с ним ежедневно. Но все же, мне хотелось самой увидеть как он проходит испытания, поддержать, сказать, что я горжусь им.

«Это никогда не поздно сказать при встрече», — тихо молвил за спиной Леон. Он не обнял меня как прежде. Его возмутили слова, что я принудила его связать наши судьбы. Но это была правда. Проводя ритуал, мы думали об усилении своих сил. Но его табличка, появившаяся на ветви родового дерева, заставила меня начать разбираться, почему это произошло и выяснить, что мы стали супругами.

«И я никогда не жалел об этом», — заметил Леон.

«Ты не понимаешь. Я перетащила без твоего согласия часть твоей души. Ты поступаешь так, как я хочу, связывая обещанием, что ты мне дал».

«Мне понравился вопрос ЛиХана. Может, подумаешь о нем?»

«Подумаю. Но пока меня беспокоит Алан. Как он пройдет испытания. Я так хотела быть с ним»

«Я похвалю его за тебя».

«Как же ты это сделаешь?»

«Хоть печать и скрывает нашу связь, но в нашей семье родство крови не пустой звук. Когда я увижу его, то не смогу остаться равнодушным».

«Если бы я была там, то сняла бы печать».

«Чтобы объявить мне о разводе?»

«Нет. Чтобы дать тебе выбор, которого лишила».

«Мои чувства ты учитывать не собираешься?»

«Леон. Ты столько лет рядом, но ты сам понимаешь, что я лишила тебя сына, свободы, женского общества в конце концов. Ты сильный, отважный. Ты…»

«Литэя, я люблю тебя!»

«Я боюсь, что, когда встречу тебя лицом к лицу, ты не сможешь повторить эти слова».

«Может, тогда ты просто ускоришь нашу встречу? Как поговоришь с Белым Волком, отправляйся на экзамен Алана».

«Думаешь, он еще не закончится?»

«Наш мальчик займет первое место. Его оставят в академии сразу. Покажут комнату, выдадут форму».

«А как же его вещи?»

«Первый год личных вещей иметь не разрешается».

«А как же эшхи? Гоблин и Вспышка его не оставят».

«Хм, уверен мастер Талин сумеет договориться с главой академии. Но если что, можно позвать меня, я точно сумею уговорить старика».

«Почему у меня подозрения, что когда я тебя позову, мы не об эшхах будем разговаривать».

«У меня подозрения, что мы вообще разговаривать не будем», — по телу прошлась жаркая волна, но стоя перед храмом, я быстро прогнала ее, недовольно буркнув.

«Тогда и встречаться с тобой не буду».

«Жестокая», — тихо засмеялся Леон, а я, толкнув двери, вошла в Храм.

Белый Волк уже стоял рядом с деревом и смотрел, как оно тянет свои ветви вверх. Приблизившись, я встала рядом и посмотрела на него же.

— Оно стало выше, больше, сильнее, — заметил Хранитель. — Твое правление и наличие наследника дает обширные силы роду.

— Я рада это слышать.

— Но поднимается ветер Перемен, и сейчас самое время достигнуть твоей цели. Ты не передумала?

— Нет.

— По-прежнему готова снять проклятье не только с нашего рода, но и с остальных?

— Да.

— А стоит ли? Мои потомки были прокляты терять корону, если их мысли и помыслы будут крутиться вокруг желания удержать и сохранить ее себе. Я мечтал, чтобы мои дети заботились не только о себе и своей семье, но и о нашем мире, о людях, что живут на его просторах. Хотел, чтобы они стремились сделать его лучше, светлее, сильнее, прекраснее. Но корона и власть, а также проклятье Тьмы все изменило. Мой потомок думает только о себе и короне…

— И что произойдет?

— Он погибнет… Как и его отец… Проклятье Тьмы ослабит его защиту, и он станет уязвим для врагов.

— Я могу ему помочь!

— Не стоит. Он знает о проклятье. Каждый род о нем знает. Алиранты рассказали о нем, когда почувствовали темную магию. Так что все его поступки и стремления — только его выбор, и последствия он должен принять сам.

— Может, он исправиться?

— Хотелось бы верить. Но его древо превратилось в тонкий, сломанный прутик, и только чудо может помочь ему.

— Если я сниму проклятье…

— Ты дашь им свободу, снимешь их страхи и опасения, и что они выберут? Оценят ли происходящее?

— Десять лет я думала об этом. И кое-что поняла. Проклятье сковывает не только мою семью. Оно темными нитями пронзает нашу землю. Искушает, пугает и стремится завладеть нашим выбором. Я видела, как люди, поддаваясь отчаянию и страху, становились злыми, жестокими, жадными и тем самым умножали эти чувства. И тьма питала ими свои артефакты, давала возможность демонам пробиться к нам и причинить более серьезный вред. Если я сниму проклятье, то не сниму с людей их выбор, но, возможно, уйдет страх, что несет на себе проклятье. Уйдет искушение сделать иной выбор и посмотреть, что будет. Снимая проклятье, я лишу себя и других причины оправдать свои поступки. Ведь так легко все свалить на проклятье, свой выбор, свой страх, свои ошибки. Я так же лишу тьму возможности воздействовать на нас и разрушать родовую силу. Она многое нам дает. Люди, живущие под защитой твоего рода, получают земли, что могут прокормить их и дать будущее.

— Ты заметила?

— Что снега сместились? Да. Король слабеет. Поддаваясь на дворцовые игры, он забывает о стране и холода проникают на наши земли. И это еще больше настраивает меня на достижение моей цели.

— Ты знаешь? — Хранитель обернулся и, кажется, был поражен моей осведомленностью.

— Родовые хроники никто не отменял, и ваша супруга,