Твое сердце будет разбито - Анна Джейн

В шкафу ему сидеть надоело, и он вылез, чтобы размять мышцы. Ровно в этот момент я услышала голос отчима в коридоре и поняла — сейчас он зайдет в мою комнату. Барс уже не успел бы спрятаться под кроватью или в шкафу, поэтому я просто схватила его за руку и заставила встать за дверью. Если она откроется, и отчим заглянет в комнату, он не увидит моего гостя.

Но если решит войти… Тогда начнется веселая жизнь.

Как жаль, что нет такого замка, чтобы закрыться изнутри. Я только сейчас поняла, что Андрей наверняка специально заказал такие двери — чтобы иметь возможность все контролировать.

— Что ты де… — возмутился было Барс, но я закрыла его рот ладонью и молча кивнула на дверь. Он моментально всё понял. Но вместо того, чтобы замереть от страха, вдруг лизнул мою ладонь.

Я стукнула его по плечу, и в это же мгновение Андрей без стука распахнул дверь, едва не ударив стоящего за ней Диму. Он казался спокойным, но от него исходила скрытая агрессия.

— Твое? — холодно спросил отчим, стоя на пороге.

В его протянутых руках были моя книжка, которую я читала на балконе до того, как пришел Барс, а также колонка и свеча. Черт, я не потушила ее! Сейчас он мне устроит цирковое представление. А когда увидит Барса, взорвется от ярости.

Но, может быть, есть шанс?.. Хотя бы небольшой?..

— Мое, — ответила я. Отчим казался спокойным, но от него исходила скрытая агрессия, которая заставляла съеживаться.

— Во-первых, не имей привычку раскидывать свои вещи где попало. Не в хлеву живем. Во-вторых, никогда не оставляй зажженные свечи без присмотра. Или ты мне дом поджечь хочешь?

— Прости, — опустила я глаза, взяв свои вещи. — Такое больше не повторится.

Сейчас я должна создать видимость хорошей послушной девочки, чтобы он решил не устраивать разборки и не вошел в комнату. Но как же отчаянно стучало мое сердце!

— Разумеется, не повторится, если не хочешь оказаться в закрытом учебном учреждении. Чтобы свечи больше вообще не жгла. И еще — читай настоящую литературу, а не это бульварное дерьмо. Не хочу видеть это в своем доме. Поняла?

Отчим с отвращением глянул на книжку.

— Поняла.

— Воспитывать вкус нужно с молодого возраста.

Я кивнула. Ну иди же, иди отсюда! Какого черта тебе от меня надо? Выместить злость не на ком?

— С отбросом больше не общаешься? — как назло, продолжал Андрей. Он будто искал, за что зацепиться. И нашел.

— Он не отброс, — вырвалось у меня.

На его лице появилась хищная улыбка.

— Опять споришь со мной? Я же ясно тебе дал понять, чтобы ты не дерзила.

— Я не спорю. Просто нельзя называть кого-то отбросом. Это неправильно.

— Знаешь что, девочка, я лучше знаю, что правильно, а что нет, — стал заводиться Андрей. — Почему у тебя в комнате так грязно? Я отсюда пыль вижу на столе и полках. И тарелка грязная стоит. Отвратительно.

Кажется, он хотел зайти в комнату, и я приготовилась к худшему, однако откуда-то появилась мама. Она сразу всё поняла и незаметно кивнула мне, словно обещая решить проблему.

— Андрей, ну что ты пристал к ребенку? Лучше со мной поговори, — положила она руку отчиму на плечо, и он моментально переключился на нее.

— О чем нам с тобой разговаривать, Дана?

— О том, что произошло на даче.

— Мы уже всё выяснили.

— Нет, не всё. Я… Я хочу извиниться, — вдруг выпалила мама и взяла его за руку. — Поговорим наедине. Пожалуйста.

— Хорошо, — кивнул Андрей и перевел взгляд на меня. — Уберись в своей комнате.

Они ушли. Я со вздохом закрыла дверь и оперлась на нее спиной. Боже, мама! За что ты должна извиняться? За чужую ревность?

Мне стало ужасно обидно. И за маму, и за себя, и за то, что всё сложилось именно так.

— Прикинь, как бы твой отчим ошизел, если бы меня увидел, — ухмыльнулся Барс. — Отброс в его доме.

Проклятый Андрей! Дима понял, о ком говорил отчим. О нем. О том, что он — отброс.

Почему говорил отчим, а стыдно мне?

Я заглянула в его лицо. Надо же, сдержался. Не ударил козла.

— Спасибо, — вдруг сказала я, чувствуя, как теряю силы.

— За что?

— За то, что сдержался, когда понял, что он говорит о тебе.

— Ты же просила, — тихо ответил Дима. — А ты мило меня защищала. Хочешь, я всё-таки набью этому душниле морду?

— Нет, не надо, — помотала я головой. — Просто посиди в шкафу.

Барс кивнул, хоть и не выглядел довольным.

Мама заглянула через минут двадцать. Судя по тому, что она улыбалась, они с отчимом помирились.

— Полинкин, мы с Андреем пойдем в кино и в ресторан, — сказала она и подмигнула. — Вернемся поздно. Так что не скучай.

— Хорошо, — кивнула я. Неужели отчим был так зол из-за того, что мама не просила у него прощения? А стоило ей сделать это, как моментально оттаял? Какой в этом смысл? Может быть, он заключается в том, что она должна была признать себя виноватой? Ведь именно виноватые в чем-либо должны извиняться. Козел.

Еще минут через десять они действительно ушли, и у меня с плеч словно гора упала. Слава богу. Всё позади.

Я проводила машину Андрея глазами, стоя у окна. И потащила Барсова на улицу. Мало ли что может случиться? Вдруг отчима опять переклинит? И они снова вернутся.

Мы спешно оделись и покинули квартиру.

— Куда пойдем? — спросил Барс.

— Как куда? — удивилась я. — К тебе домой. Убираться. Сам же хотел! Аж ко мне приперся!

— Я передумал. Поехали куда-нибудь. Куда ты хочешь?

— Не знаю, — задумалась я. — Может быть, просто погуляем? Погода хорошая.

— Давай погуляем.

Барс взял меня за руку, и мы отправились бесцельно бродить по осенним улочкам. Погода действительно стояла замечательная — безветренная, сухая и теплая. В такую нельзя сидеть дома.

Мне нравилось, что он держит меня за руку. Нравилось, как на нас смотрели прохожие — особенно девушки нашего возраста. Нравилось, как уверенно Барс идет вперед, подстраиваясь под