Глупышка Лори. Скрытая угроза - Татьяна Барматти

– Это сложно объяснить.

– И все-таки, – настаивала я на своем.

– Когда Лорейн должно было исполниться десять лет, старая леди пригласила в дом известного жреца, чтобы он предсказал будущее для ее доброй внучки.

– Известного жреца? – Переспросила озадаченно.

Не тех ли случайно жрецов она пригласила, которые Даргесу жену выбирали для скорейшего выздоровления? И я сейчас совсем не об умении жрецов, а об их продажности. По сути, насколько я вообще поняла, кто платит, тот и музыку заказывает. Поэтому сказал такие «предсказатели» могли все, как по заказу.

– Ты в чем-то права, – кивнул согласно Август. – Только не смотря на все попытки второй невестки подкупить жрецов, у нее ничего не вышло. Жрецы боялись, что их разоблачат.

– Тогда в чем же суть этой занимательной истории?

– В том, что жрецы на самом деле увидели упадок графства и всей семьи Габингтон в будущем Лорейн. И она была виновницей этой трагедии.

Не ожидая услышать ничего подобного, я даже дар речи потеряла. Реально, это и есть причина всего? Они измывались над маленькой девочкой всей семьей, чтобы предотвратить упадок семьи? Но разве тогда они не ускорили трагедию самостоятельно? Сейчас я на месте Лорейн и, вне всяких сомнений, всю семью Габингтон не ждет ничего хорошего в будущем. По сути, они сами все сделали, а жрецы только сказали им конечный результат, к которому они пришли.

Вздохнув, я покачала головой, не в силах понять, зачем вообще было звать жреца для предсказания будущего. Хотя, бабушка Лорейн, наверно, была полностью уверена в благополучном предсказании, поэтому и решила порадоваться заранее. Впрочем, это вообще никак их не оправдывает. Несмотря ни на что, Лорейн – их внучка, дочка, родственница.

– Тогда болезнь Лорейн?

– Это сделала вторая невестка семьи, почувствовав возможность, желая сделать свою дочь лучшей во всем, – признался со вздохом Август. – Лечить девочку не стали, посчитав, что так будет лучше. Дальше ты уже все сама знаешь.

То есть, у них была возможность вылечить Лорейн, спасти маленькую девочку от бесконечного круга страданий, но они этого не сделали. Не удивлюсь, если остальные все знали и просто сделали вид, что не знают ни о чем. Мама не пожелала собственную дочь, которая попала в беду, лелея свои эгоистичные желания. Отец не встал на защиту дочери, вплоть до полного отделения от семьи графа, чтобы жить отдельно, а смирился с таким порядком вещей, словно ничего не произошло. Они просто все вместе издевались над маленькой глупышкой Лори, чувствуя свою безнаказанность. Не просто забыли о ней и начали игнорировать, а именно издевались, заставляя тяжело работать и голодать, закрывая на все глаза и молчаливо позволяли это.

– Моральные уроды, – выплюнула холодно. – Что ж, пусть радуются, их стараниями предсказание жреца точно сбудется. По крайней мере, они все для этого сделали.

Невесело улыбнувшись, я снова посмотрела на статую, задумавшись о вопросах, которые еще не задала. Есть ли смысл копаться во всем этом? Будет ли мне легче, если я узнаю какие-то секреты? Хотя, чего вряд ли я хотела знать все. Независимо от того, будет мне легче или нет, но это так же уверенность в завтрашнем дне, четкое осознание всего.

– Ты ведь не случайно позволил Даргесу себя поймать? И моя магия создания – это не только из-за моей души, верно?

– Ты права, я долго готовился к тому, чтобы встретиться с твоим драконом. Правда, я думал, что на этот раз мне придется самостоятельно его искать, но судьба все расставила по своим местам.

Не судьба, а я просто решила и дальше притворяться глупышкой Лори. Впрочем, можно все действительно на судьбу скинуть. Ведь если бы я не попала в тело Лорейн, тогда бы не стала притворяться глупой, чтобы понять, что дальше делать.

– Тогда, как насчет магии?

– В основном магия зависит от души, я тебе не врал. Просто в твоем случае роли сыграла не только душа, но и баланс в мире. После нападения расы насекомых много земель больше не пригодны для жизни, и баланс в мире нужно снова восстановить.

– То есть, мне предстоит еще одна миссия?

– Можно и так сказать. Или же твою миссию возьмут на себя твои дети. Сломать что-то, уничтожить просто, но для восстановления потребуется много сил. Это будет долгий процесс, который займет много времени, – оотчуждённо проговорил Август. Определенно, эта тема его особенно ранила.

– Кстати, а как эти существа расы насекомых вообще появились?

– Это моя халатность, – немного помолчав, признал вину филин. – Я был неопытным и баланс в мире нарушился, из-за чего появилась брешь, которой и воспользовались эти насекомые.

Что ж, не думаю, что во всем можно винить исключительно Августа. Все-таки его маму убили другие, желая каких-то несусветных благ, оставляя мир без хранителя и маленький филин, определенно, мало что мог сделать. Поэтому, естественно, за каждое решение приходится платить. Все в мире пострадали из-за жадности и алчности того, кто убил хранителя. Впрочем, последующие решение, которые принимали те или иные существа у власти вряд ли сильно отличались, поэтому все дошло до сегодняшнего итого. Не удивлюсь, если драконы страдают тоже не просто так, и именно из-за нарушения баланса в мире у них больше не рождаются девочки. Да и истинности они, по сути, лишились в один момент по неизвестным причинам.

– Сколько тебе лет? – Спросила ошарашенно, когда поняла, что все происшествия, по крайней мере те, о которых я знала, произошли точно не вчера!

– Много.

– Сколько?

– Больше ста...

– А если точнее? – Прищурившись, уточнила настойчиво.

– Больше четырёхсот, – сдавленно добавил Август, явно не желая отвечать на этот вопрос.

Правда, судя по слову «больше», докапываться до этого конспиратора я смогу очень долго и вряд ли узнаю точную цифру. Впрочем, мне уже совсем не хотелось допытываться и узнавать правду. От одной только мысли, что Август столько столетий оставался совершенно один у меня мурашки по всему телу выступили. Раньше я считала себя одинокой, но действительно ли это было одиночество? Я имела возможность общаться с коллегами, учила детей, и во время как Август был совершенно один. Но, конечно, одиночество тоже бывает разное.

Подойдя к филину, я аккуратно погладила его по спине, впервые