Тайна опозоренной жены - Кария Гросс

Я направилась к смятой подушке, засунула под нее руку, но денег там не было! Я откинула подушку, трогая смятую простыню и пытаясь проверить рукой, не завалились ли они в какую-нибудь щель!

Звук подъезжающей кареты заставил меня насторожиться.

По залитой солнцем аллее ехала карета, а я удивленно смотрела на то, как она останавливается возле дома. Из-за проклятого козырька я не видела, кто из нее вышел.

— Подержи! — прошептала я, вручая Кристиана в руки Милдред.

Я вышла за дверь, слыша, как внизу раздается скандал.

— Вон из дома! — произнесла тетушка Мэйбл. Я застыла на лестнице, глядя на Адриана, которого тетушка не пускала на порог. — И деньги ваши заберите! Мы их не примем! Это — позор для нашей семьи!

— Я хочу видеть хозяйку! — произнес Адриан, а я смотрела на него, чувствуя странное волнение. «Глядя на такого красавца все женщины чувствуют странное волнение!», — успокоила я себя.

— Она просила вернуть вам деньги обратно! — произнесла тетушка Мэйбл, расправив плечики. — Мы от вас подачки не примем!

— Я хочу лично поговорить с ней, — настаивал гость, а я сглотнула, видя красивый поворот головы, сверкающий камзол и светлые длинные волосы, которые скользнули по вышивке, словно змеи. Я видела могучую шею, а внутри появилось кокетливое желание притронуться к ней, провести по ней пальцем.

— Она спит! — строго произнесла тетушка Мэйбл, словно это была ее личная заслуга.

Адриан поднял на меня глаза, а потом посмотрел на тетушку.

— Вернитесь в постель! Я спасаю вашу репутацию! Точнее, то, что от нее осталось! — строго произнесла тетушка Мэйбл. — Вы потом мне еще спасибо скажете! Так вот, уважаемый герцог! Забудьте дорогу сюда!

Глава 13

Сейчас я чувствовала себя уставшим врачом, который вышел сообщить, что пациент по имени «репутация» только что скончался в страшных муках. Напоследок она издала предсмертный хрип и отбросила туфельки.

— Тетушка Мэйбл! — возмутилась я, видя, как рьяно тетушка защищает мою репутацию. — Быстро прекратите!

— Я пытаюсь отвадить этого человека от нашего дома! — произнесла строго тетушка Мэйбл. — Его визиты плохо сказываются на вашей репутации, подтверждая ненужные слухи! А я обещала вашей матушке, что буду приглядывать за вами!

— Можете приглядывать за мной из комнаты, — произнесла я с нажимом.

Я повернулась к гостю, который внимательно наблюдал за нашим разговором.

— И не подумаю! — произнесла тетушка Мэйбл, скрестив руки на груди. — Вы, между прочим, замужняя женщина! И ваш супруг, узнав о том, каких гостей вы принимаете, придет в ярость! И точно с вами разведется! А это страшный позор!

Хм… Разведется, значит?

— Не обращайте внимания на ворчливую тетушку, — улыбнулась я Адриану.

— Да нет, мне очень интересно, — заметил он с улыбкой. — Я привез вещи для ребенка. И еду…

Я почувствовала прилив благодарности, глядя на красавца — мужчину, который не обязан помогать чужой семье, но делает это.

— У него ужасная репутация! От него даже невеста отказалась! — произнесла тетушка Мэйбл.

— Значит, он встал на путь исправления, решив помочь нашей несчастной семье! — ответила я.

— Благодарю вас! — кивнула я Адриану. — Мне сейчас нужна любая помощь.

«А от вас она вдвойне приятна!», — пронеслось в голове, но это я не озвучила.

— А что скажут соседи? — спросила тетушка Мэйбл.

— Кто? — спросила я, поворачиваясь к ней. — Белки и ежики? Ладно белки. Но то, чтобы ежики разносили сплетни — слышу впервые…

Это была тонкая ирония, а я с удивлением услышала смех гостя. Едва сдержав улыбку, я продолжила.

— Я прямо вижу картину, как мой муж выходит из кареты, а к нему через весь лес бегут ежики со сплетнями! И наперебой рассказывают как к нам приезжал герцог Адриан…

Смех красавца стал громче. Тетушка Мэйбл покраснела и сжала губы в ниточку.

— А сверху белки: «Да, да! Приезжал! Сами видели!», — усмехнулась я, глядя на гостя.

Он просмеялся, опомнился, и крикнул слугам, чтобы выгружали вещи. Несколько огромных коробок перекочевало в холл. А я жадно смотрела на банты.

— Я не знаю, как вас благодарить, — вздохнула я, поднимая взгляд на красавца.

Он вернул мне деньги, которые настойчиво совала ему обратно тетушка Мэйбл. И звенящий мешочек снова оказался в моих руках. Я любовно погладила его пальцами.

— А мне не нужна благодарность! — заметил Адриан, нахмурившись.

Интересно, что означают его сдвинутые брови? Хотела бы я знать…

— И все-таки, — начала снова свою песню тетушка Мэйбл. — Я против! Береги честь с молоду!

— А желудок с детства! — произнесла я очень хозяйским голосом. Сейчас важно было показать, что хозяйка в доме именно я, а не старая тетушка, которая готова была умереть от голода, гордой, но не сломленной. — Или вы думаете, что умерев от голода мы что-то кому-то докажем? Если собираетесь умирать с голоду, делайте это без меня!

Я тут же повернулась к гостю.

— Если бы у меня был чай, то я бы обязательно вам его предложила, — вздохнула я, усмехаясь. — И поговорила бы с вами о погоде. Но, поскольку чая нет, то разговоры о погоде откладываются. Зато могу предложить пирог из ворованных яблок!

— Из ворованных яблок? — удивился Адриан.

— Он вдвойне вкуснее, чем обычные, купленные с того же дерева, — улыбнулась я.

— А! — дернулась тетушка Мэйбл, хватаясь за сердце. — Не слушайте ее. Я вас умоляю! После родов она немного не в себе! Леди Эльвина, прошу вас! Вернитесь в свою постель! А я поговорю с гостем!

— Тетушка Мэйбл, вернитесь в свой прекрасный мирок и сидите в нем, — отрезала я. — Разрешаю пожевать учебник по этикету.

И тут меня осенила гениальная мысль.

— А вы сейчас возвращаетесь в столицу? — спросила я, скользя взглядом по могучей фигуре. В нем чувствовалось что-то властное и надменное, упрямое и своенравное. Такой мужчина не станет мириться с невзгодами судьбы. Такие, как он идут напролом.

— Да, я возвращаюсь в столицу, — заметил он.

Я выглянула в открытую дверь, видя припавшую пылью карету. Представив себя на тележке, поедаемую мухами, заляпанную пылью и грязью, под палящим солнцем, я тут же дернула головой, видя себя в карете на мягком сидении в приятной компании.

— К сожалению, ваша тетушка права, — заметил вдруг Адриан, а я скрипнула зубами от досады. — Мне не стоит больше приезжать. Это действительно плохо скажется на вашей репутации. Несмотря на то, что я ничего плохого не имею в виду. И моя помощь не подразумевает какую-либо оплату с вашей стороны.

Мне показалось, что луч солнца осветил его волосы, а кто-то пропел «Алилуя!».

Я дернула головой, чтобы прогнать наваждение.

— А будет совсем неправильно, если