Смерть - Мишель Хёрд

— Ш-ш-ш... — воркует Нолан, крепче обнимая меня.

Отчаянно нуждаясь в хоть каком-то утешении, я прижимаюсь к нему и рыдаю навзрыд.

Когда я начинаю успокаиваться, он бормочет:

— Вот так, любовь моя. Это не конец света. У тебя есть я, и больше тебе в этой жизни никто не нужен.

Услышав его жуткие слова, я отстраняюсь и пересаживаюсь на другой конец дивана. Я обхватываю себя руками за талию и опускаю плечи.

— Не будь такой, — говорит он напряженным тоном. — Я разрешил тебе поговорить с Грейс. Ты могла хотя бы поблагодарить меня.

Боже.

Я сижу неподвижно, отказываясь целовать его.

Мой отец умер, а Грейс находится в руках монстра. Я не могу сейчас разбираться еще и с Ноланом.

— Не испытывай мое терпение, Сиара! — Он хватает меня за руку, и стаскивает с дивана. Когда я падаю на пол, чудом не задев кофейный столик, он приказывает: — Встань передо мной на колени.

Я опускаюсь на колени, не поднимая глаз.

Нолан наклоняется вперед, и когда он тянется к платью, я пытаюсь отстраниться, но он грубо хватает меня за шею.

— Прекрати! Ты будешь делать то, что я говорю, или я накажу тебя. Ты же этого не хочешь, правда?

Я быстро качаю головой, тяжело дыша.

— Не двигайся, — приказывает он, затем отпускает мою шею и берется за платье. Мне не остается ничего другого, как позволить ему снять его. Как только я оказываюсь обнаженной, я скрещиваю руки на груди, но он качает головой. — Опусти руки. Положи руки на бедра.

Я неохотно подчиняюсь, но в тот момент, когда Нолан расстегивает пуговицу на джинсах, я отшатываюсь в сторону. Я не успеваю далеко уйти, как он наваливается на меня, прижимая к деревянному полу.

Он сильно шлепает меня по попе, и моя кожа тут же начинает гореть.

— Я сказал, не двигайся!

Я вздрагиваю от ярости в его голосе, и когда он переворачивает меня на спину, я отчаянно качаю головой.

— Пожалуйста, не делай этого.

— Не двигайся, и мне не придется тебя наказывать. — Он приподнимает бровь, наклоняясь надо мной. — Хорошо?

Я быстро киваю, но когда он запускает руку в джинсы и вытаскивает свой твердый член, из меня вырывается безнадежный крик.

— Ш-ш-ш. Мы оба получим удовольствие от этого, поверь, — воркует он, обхватывая ладонью мою щеку, а затем проводя пальцами по моему горлу.

Нолан сжимает свой член в кулаке и начинает медленно поглаживать его. Я не могу на это смотреть, но, испытывая благодарность за то, что он не насилует меня, просто отворачиваю голову от него и пытаюсь дистанцироваться от этого кошмара.

Костяшки его пальцев скользят по моей груди, и я слышу скользящие звуки, когда он дрочит все быстрее и быстрее.

Зажмурившись, я молюсь, чтобы впасть в панический транс, но этого не происходит, и мне приходится слушать, как он мастурбирует, лаская мою грудь.

Внезапно он хрюкает, а затем теплая жидкость брызжет на мою грудь и горло.

Пока Нолан кончает, на меня накатывает сильная волна тошноты, и, не раздумывая, я отталкиваю его от себя и вскакиваю на ноги. Цепь звенит, когда я бегу в ванную, и я едва успеваю добежать до туалета, как меня начинает тошнить.

Ад.

Я застряла в абсолютном аду, и ничего не могу сделать, чтобы спастись.

Грейс меня не ищет, а папа мертв.

Мое тело сильно дергается, когда меня продолжает тошнить.

Глава 5

Сиара

Тупо уставившись на деревянный пол, я вспоминаю об адских моментах, произошедших на прошлой неделе.

Каждую вечер я сражаюсь с Ноланом, после чего он запихивает меня в сундук. Из-за моего непослушания мне запретили сидеть на стульях. Приходится стоять на коленях на твердом полу. Они адски болят, и на них уже образовались огромные синяки.

Но ночные заточения в сундуке того стоят. Там он не сможет меня изнасиловать, а сейчас я боюсь этого больше всего на свете. Нолан до этого пока не дошел, но, боюсь, это лишь вопрос времени.

Нолан дрочит раз в день, обычно перед ужином, и всегда кончает мне на грудь. После этого мне приходится терпеть, когда он меня купает.

Но это еще не самое худшее. Мои глаза закрываются, когда невыносимое унижение охватывает меня с головы до ног.

На прошлой неделе меня унижали снова и снова. Мне не разрешают ничего делать самой. Он даже подтирает мне зад.

Мое лицо морщится, а на глаза снова наворачиваются слезы.

Я сойду с ума в этом доме.

Грейс.

Я цепляюсь за воспоминания о своей сестре и тех моментах, когда чувствовала себя в безопасности рядом с ней.

От звукового сигнала моего телефона я резко поднимаю голову и широко раскрываю глаза.

Нолан бросает на меня взгляд, и на его губах появляется ухмылка.

— Хм, похоже, тебе пришло сообщение.

Ненависть к этому человеку переполняет меня, что я не могу сдержаться и презрительно смотрю на него.

— Похоже, ты все еще не усвоила урок, — бормочет он, а затем снова переключает внимание на телевизор.

Я стискиваю зубы, мой подбородок дрожит, когда я отказываюсь от последних остатков своей гордости.

— Прости, Нолан. Пожалуйста, могу я прочитать сообщение?

Он снова смотрит на меня, затем вздыхает и похлопывает по месту рядом с собой на уродливом коричневом диване.

Когда я пытаюсь встать, у меня ужасно сводит ноги, а цепь гремит. Я подхожу ближе и опускаюсь рядом с ним.

Он достает телефон из кармана, и когда открывает сообщение, я жадно вчитываюсь в текст.

ГРЕЙС:

Это мой новый номер. Как ты? Тебе нравится путешествовать? Тебе что-нибудь нужно?

Я прикрываю рот рукой, и из меня вырывается рыдание. Имя Грейс и ее короткое сообщение рассеивают тьму, которая поглотила меня за последнюю неделю.

— Я позволю тебе поговорить с ней, но следи за тем, что говоришь. Я не хочу убивать тебя сегодня. — Я быстро киваю и тянусь за устройством. Он тут же поднимает его. — Сначала поблагодари меня.

Я снова стискиваю зубы и, наклонившись, касаюсь его губ.

Когда я отстраняюсь, на его лице мелькает удовлетворение, и он протягивает мне телефон.

Я перечитываю сообщение Грейс еще раз, а затем быстро набираю ответ.

Я:

Я в порядке. Не беспокойся обо мне, мне ничего не нужно. Как ты? Ты дома? Прости, я пропустила похороны. Скучаю по тебе!

Я стараюсь написать как можно больше, опасаясь, что Нолан