Девиант - Крофт Эмери

На несколько мгновений я уплыла от этой сладости. Он отстранился и повел меня к кровати.

— Пожалуйста, можно мне это снять?

Я потянулась к повязке, но он перехватил мои руки.

Это значило «нет», разумеется.

Ощущение его голых рук на моих было странно электризующим.

Его тонкие пальцы сжали мои, и он притянул меня ближе, усаживаясь на край кровати.

Он обхватил мои бедра и усадил к себе на колени.

Я расставила ноги по обе стороны от его бедер.

Его теплое дыхание коснулось моей спины, когда он приподнял меня и насадил на свой пылающий член.

Раньше я не пробовала позу «наездницы» и не совсем понимала, что делать.

Его твердый член медленно входил в мою пизду, за что я была благодарна.

Его язык эротично прошелся по моему затылку, и он вогнал в меня весь член целиком.

— Ох.

Пальцы Наездника впились в мои ягодицы, и он начал двигать меня вверх-вниз на своем стояке.

О, это было так приятно и странно интимно.

Я уперлась руками в его колени и начала двигаться сама — вверх и вниз.

Мои движения были медленными и осознанными.

Жесткий Наездник одобрительно сжал мои ягодицы, и я ускорилась.

Тепло разлилось по низу живота.

— Ох, блядь, да.

Мои слова были тихим жарким шепотом, на который он отвечал своим рычанием.

Хлюп, хлюп, хлюп.

Правая рука Жесткого Наездника скользнула с бедра, а левая сжала мою грудь. Теперь я скакала на нем быстрее. Его губы прижались к моей спине, он засасывал кожу, пока рука спускалась ниже, обходя бедро к моей киске.

Его кончики пальцев терли мой клитор, пока я подпрыгивала на его члене.

Напряжение в бедрах меня не заботило — я искала разрядку.

— Боже мой — да!

Искры удовольствия пробежали по бедрам, ноги задрожали.

Его пальцы терли клитор всё сильнее, и вдруг я замерла, когда жар и наслаждение пронзили мое тело. Ногти впились в его бедра, тело затрепетало от интенсивности оргазма.

— Ох, блядь.

Я пискнула в ладонь, и Жесткий Наездник замер с твердым членом внутри меня.

Волны удовольствия вырвались из меня горячим сквиртом.

Теплая жидкость потекла по моим бедрам и его пальцам.

Жесткий Наездник глубоко застонал, прижавшись к моей спине, а его пальцы продолжали ласкать мою мокрую пульсирующую пизду.

Его дыхание было тяжелым на моей коже.

Пизда приятно сжимала его член, и волны наслаждения обжигали меня изнутри.

— О-о.

Внезапно он легко поднял меня и уложил на кровать.

Дыхание было сбивчивым, когда он устроился между моих ног.

Он закинул мою левую ногу выше, на сгиб своего локтя, и его член с хлюпаньем ворвался в мою мокрую киску.

Я застонала от восхитительного давления внутри.

Его губы прижались к моей шее, и член начал ритмично качаться во мне.

Я обхватила Жесткого Наездника за талию и жестче прижала его к себе.

Шлеп, шлеп, хлюп.

Я удивилась, что он не оттолкнул мои руки, как делал раньше.

Я осмелела и быстро скользнула пальцами под его черный свитер, по гладкой разгоряченной коже.

Я застонала.

Мышцы на его пояснице восхитительно перекатывались под моими пальцами.

Я была уверена — Жесткий Наездник чертовски сексуален.

Его тело ощущалось чудесно под моими руками.

Я могла только гадать, каково это — лежать с ним полностью голыми.

Он сделал мощный толчок и замер. Его горячее дыхание коснулось моих губ, и хотя я его не видела, я чувствовала, что он наблюдает за мной.

Его губы накрыли мои, язык соблазнительно ворвался в рот, пока его член пульсировал, изливая горячую сперму глубоко в меня.

Всё сегодня было странно другим — гораздо более интимным.

Но стоило мне начать наслаждаться этим, как Жесткий Наездник отстранился.

Он этого не хотел.

Послышался шорох одежды, и я поняла, что через секунду он исчезнет.

Сердце упало при звуке закрывающейся двери; я сорвала повязку и в расстроенных чувствах отшвырнула её в сторону.

Завернулась в простыню и ждала, пока внизу не щелкнет дверь на патио.

Всё, он ушел.

Я повалилась на кровать, прижав руку к тяжело вздымающейся груди.

Мое тело чувствовало себя живым, и причиной тому был Жесткий Наездник.

Мне действительно нравился мой партнер в маске, и я хотела большего, чем то, что у нас было.

Но он уступит. Рано или поздно.

Глава 9

Я долго и пристально смотрела на мать.

— Мам, ну зачем ты заставляешь?

Ванесса повернулась ко мне, и я заметила её раскрасневшиеся щеки.

— Дейзи-Мэй, не всё в этом мире крутится вокруг ТЕБЯ. Я ничего не могу поделать с тем, что этим утром в Центре помощи возникла чрезвычайная ситуация. Пожалуйста, просто съезди к Дженис и забери мои вещи.

Центр помощи, клуб вязания, гребаные фермерские рынки!

Меня уже тошнило от матери и всей этой её дребедени.

— Почему ты тогда не можешь поехать в Каррик с Брайсом завтра?

Мать металась по кухне, деловито готовя три десятка сэндвичей для внепланового мероприятия в местном Центре помощи, который обеспечивал горячим питанием и поддержкой всех нуждающихся.

Она остановилась и несколько мгновений смотрела на меня.

Затем вытерла руки о свой ярко-персиковый передник.

— Ладно! Вот и ладно. Не беспокойся об этом, Дейзи.

Я простонала:

— Ой, мам, ну не надо вот этого.

Блядь, я ненавидела то, как мастерски она заставляла меня чувствовать себя виноватой.

В этот момент в кухню зашел Брайс.

Он крутил в руке ключи от джипа и сверлил меня взглядом.

Он тоже не выглядел в восторге от перспективы поездки в Каррик со мной.

— Сколько мне еще ждать тебя, королева Дейзи? — тон его был резким и бесцеремонным.

Черт, мысль о том, чтобы провести несколько часов в компании этого занудного козла, — совсем не то, как я планировала провести свою субботу.

Демонстрируя свой нрав, я с силой хлопнула ладонью по столу и, прежде чем встать, смерила мать взглядом.

Затем капризно фыркнула и промчалась мимо Брайса.

— Пять минут.

Когда сразу после одиннадцати утра джип свернул на трассу 213 в сторону Каррика, я прибавила громкость на радио.

Небо было уродливого тускло-серого цвета, и снова пошел дождь.

— Уф, мама с ума сошла.

Брайс не ответил и, к счастью, оставался таким же замкнутым, как и всегда.

Я проверила телефон и, к своему отчаянию, увидела, что Жесткий Наездник не в сети.

Я предположила, что, возможно, он работает днем или он студент.

Он не выходил у меня из головы всю ночь, и после долгих раздумий у меня